📖 Глава 110. 106 глава

Галактика раскололась.

Это случилось мгновенно и одновременно растянулось на вечность. Когда пала Кадия, когда примарх Акарий Селестон погиб вместе с большей частью своего легиона, защищая родную планету от невиданной прежде ярости, реальность содрогнулась. Оковы, державшие Око Ужаса на цепи тысячелетиями, лопнули, когда пилоны исчезли. И варп хлынул наружу.

Сначала это был треск, едва слышный на краю восприятия. Псайкеры на ближайших мирах закричали в унисон, их глаза потекли кровью, а разумы обратились в пепел от того, что они увидели в Имматериуме. Потом пришла волна. Она прокатилась через Сегментум Обскурус, взметнулась к северу Люпинуса, ударила в сердце Игниса, разделив его надвое. Она не остановилась. Она вклинилась между Пацификусом, Форнаксом и Фениксисом, словно гигантский клинок, разрубающий живую плоть. Она устремилась на юг, разрезая Скутис и Инвизибилис, оставляя за собой шрам, который виден даже с материальной стороны реальности - багровую, пульсирующую рану в самой ткани пространства.

Великий Разлом. Некоторые называли его Cicatrix Maledictum. Другие просто - Шрам. Но название не имело значения. Важно было то, что он сделал с галактикой.

Десятки тысяч световых лет мощнейшей варп-бури, протянувшейся от края до края галактического диска. В одних местах ширина достигала сотен световых лет, в других - тысяч. Внутри бушевали штормы, которые разрывали материю на атомы и складывали её обратно в формы, противоречащие всем законам физики. Время текло вкривь и вкось - корабль мог войти в Разлом и выйти через секунду, но для экипажа пройдут столетия. Или наоборот. Или и то, и другое одновременно. Псайкеры, попытавшиеся заглянуть в эту бездну, сходили с ума мгновенно. Даже технология паутинных врат, которой пользовался Империум, оказалась бессильна - Разлом разрывал коридоры Паутины, словно гнилые нити.

Но хуже всего была судьба миров, оказавшихся внутри Разлома.

Их было больше тысячи. Обитаемые планеты, промышленные центры, агромиры, ульи с миллиардами жителей. Когда волна накрыла их, они не исчезли сразу. Нет, это было бы милосердием. Вместо этого реальность вокруг них начала... растворяться. Законы физики переставали работать. Гравитация меняла направление каждые несколько минут. Свет застывал в воздухе, превращаясь в твёрдые кристаллы, которые можно было потрогать. Тени обретали субстанцию и начинали охотиться на своих хозяев. Люди просыпались и обнаруживали, что их воспоминания принадлежат кому-то другому, а их собственное прошлое - это чужая жизнь.

Псайкеры ловили обрывки посланий из Разлома. Мольбы о помощи. Проклятия. Молитвы, обращённые к Императору, которые превращались в хрипы безумия на полуслове. "Помогите нам", - кричали они. "Спасите нас". "Император, где ты?". А потом крики обрывались, и приходила тишина, хуже любого крика.

Некоторые миры были поглощены полностью. Варп втянул их в себя, как водоворот засасывает обломки корабля. Что стало с их жителями, никто не знал. Может быть, они стали частью варпа. Может быть, их души растворились в бесконечности Имматериума. Может быть, они до сих пор живы где-то там, в измерении, где страдание вечно, а смерть - недостижимая мечта.

Тысячи миров. Триллионы жизней. Все они исчезли за одно мгновение, и единственное, что осталось - эхо их предсмертных криков, разносящееся по варпу, словно погребальный колокол по всей галактике.

А Разлом продолжал гореть. Багровый шрам в небе, видимый с тысяч планет, напоминание о том, что реальность хрупка, что боги безжалостны, что Империум больше не един.

Потому что Разлом сделал невозможное - он разделил галактику надвое.

С одной стороны остался Светлый Империум. Одиннадцать сегментумов: Фениксис, Скутис, Веритатис, половина Игниса, половина Люпинуса, Морталис, Силенциум, Примус, половина Инвизибилиса. Здесь всё ещё сияла Терра. Здесь всё ещё можно было увидеть свет Астрономикона - золотой маяк, пронзающий тьму варпа, знак того, что Император ещё бдит над своими детьми.

С другой стороны - Тёмный Империум. Десять сегментумов: Феррум, Леонис, Гидра, Ангеликум, Ноктис, Обсидионис, большая часть Пацификуса, большая часть Форнакса, Ультрамар, Либертатум. Квинтиллионы человек, отрезанных от Терры, которые больше не ощущали света Астрономикона.

Паника охватила миры Тёмного Империума мгновенно. Люди падали на колени, молясь, плача, требуя ответов, которых не было. Проповедники Пути Знания надрывались, пытаясь убедить паству, что Император всё ещё с ними, что Его любовь не зависит от видимости маяка. Но как убедить в этом человека, который всю жизнь ощущал свет, а теперь его душа в полной темноте?

Самоубийства. Бунты. Массовые психозы. На некоторых мирах люди просто ложились и умирали, отказываясь жить в галактике, где Император их покинул. На других поднимались восстания против губернаторов, которых обвиняли в том, что их грехи привели к божественному отвержению. Целые города горели, пока толпы безумцев уничтожали друг друга в припадке религиозного исступления.

А потом начали появляться порталы.

По всей галактике, в обеих её половинах, стали открываться разломы в реальности. Небольшие, поначалу. Трещины, через которые сочился красный свет и доносился запах крови и серы. А потом они расширились, и из них хлынули демоны.

Демоны Кхорна. Кровопускатели, размахивающие адскими клинками. Охотники за Черепами на своих адских скакунах, несущиеся по улицам городов, сметая всё на своём пути. Они убивали всех, кого видели, и чем больше убивали, тем сильнее становились. Кровь текла реками, черепа складывались в горы, и где-то в варпе Кхорн смеялся, насыщаясь бойней.

Сотни миров подверглись атаке одновременно. Это была не случайность, не хаотичное вторжение - это была координированная атака, спланированная с точностью военной кампании. На каждом мире демоны появлялись в ключевых точках: столицах, военных базах, энергостанциях. Они били быстро и жестоко, не оставляя времени на организацию обороны.

И что хуже - они были не одни.

Культисты. Почитатели Кхорна, спавшие годами, и до кого не добрался бдительный взор Инквизиции, десятилетиями в ожидании своего часа, пробудились. Они выползли из подульев, из канализаций, из тайных храмов, скрытых под невинными фасадами. Они убивали соседей, резали собратьев-рабочих, приносили в жертву собственные семьи, выкрикивая имя Бога Крови. Адептус Арбитрес сражались с ними на улицах, но на каждого убитого культиста приходилось двое новых - люди сходили с ума, поддаваясь шёпоту Хаоса, обещавшего силу взамен на души.

Десятки миров пали за первые недели. Целые планеты, где демоны истребили всё живое, оставив только горы трупов и океаны крови. Инквизиция работала на пределе возможностей, пытаясь найти и уничтожить культистские ячейки до того, как они смогут призвать новых демонов, но их было слишком много. Кхорн готовился к этому удару долго, очень долго, и когда наконец нанёс его, Империум захлебнулся в крови.

Но Кхорн был не единственной угрозой.

Тираниды продолжали пожирать галактику. Великий Пожиратель, как называли его псайкеры, не остановился из-за какого-то Разлома. Напротив, ульи-флоты словно почуяли слабость и удвоили свои усилия. Основная их масса сконцентрировалась в Тёмном Империуме, где планеты были менее развиты, оборона слабее, а пространства для манёвра - больше. Они двигались волнами, поглощая мир за миром, превращая цветущие планеты в мёртвые, голые камни, лишённые даже атмосферы.

От двухсот до четырёхсот миров пали за первые месяцы после открытия Разлома. Точные данные были недоступны - связь в Тёмном Империуме превратилась в лоскутное одеяло из обрывков сообщений, отчаянных призывов о помощи и долгих периодов абсолютной тишины. Целые сектора исчезали с карт, и никто не знал, были ли они уничтожены тиранидами, демонами или просто потеряны во тьме.

В Светлом Империуме ситуация была чуть лучше, но только чуть. Остатки тиранидских флотов, не успевшие войти в галактику до открытия Разлома, всё ещё представляли угрозу. Они кусали, отступали, кусали снова, изматывая оборону, заставляя распылять силы, которые отчаянно требовались на других фронтах.

Потому что был ещё один фронт. Главный фронт.

Из Ока Ужаса вырвался флот. Огромный, древний, несущий на себе знаки и символы Тёмной Эры Технологий. Тысячи кораблей, от малых фрегатов до чудовищных линкоров, каждый из которых мог в одиночку уничтожить целый сектор. Ими командовал некто, кто в своей безжалостности и холодной ярости опустошал целые миры.

Флот двигался через Светлый Империум как нож через масло. Первым пал мир-кузница Металлиус Прайм. Потом агромир Вердант. Потом улей-планета Гектор III. Каждый раз главнокомандующий Кровавого Бога наносил удар с хирургической точностью, выбирая цели так, чтобы максимально дестабилизировать регион, перерезать линии снабжения, посеять хаос. Вместе с его флотом шли демонические орды Кхорна, легионы культистов, предателей, которые за тысячелетия в варпе стали чем-то большим, чем просто люди, и меньшим, чем демоны.

Хорус Луперкаль, первый среди примархов, взял на себя командование обороной Светлого Империума. Он собрал флоты, мобилизовал легионы, бросил в бой всё, что мог. Его Сыны Хоруса сражались на десятках фронтов, пытаясь задержать наступление, замедлить его, дать время на эвакуацию мирных жителей, на укрепление ключевых позиций. Другие примархи присоединились к нему - Фулгрим, Рогал Дорн, Магнус, все, кто оказался на светлой стороне Разлома. Они дрались с яростью отчаяния, потому что понимали: если флот прорвётся, если он доберётся до Терры, всё будет потеряно.

И он двигался к Терре. Это было очевидно. Каждый манёвр, каждый удар - всё вело к Священной планете. Главнокомандующий не распылялся по галактике. Он пробивал коридор, прямой путь к сердцу Империума, уничтожая всё на своём пути. Медленно, но неотвратимо.

А в Тёмном Империуме была своя битва.

Робаут Жиллиман, примарх Ультрамаринов, собрал совет на Макрагге. Вместе с Сангвинием и Пертурабо он объявил о создании Империума Секундуса - временного правительства, призванного заменить недостижимую Терру. Триумвират взял на себя командование десятью сегментумами, отрезанными от света Астрономикона, и начал организацию обороны.

Это было не просто. Каждый примарх в Тёмном Империуме сражался за свою жизнь. Но Жиллиман был убедителен. "Мы одни, - говорил он. -И пусть мы не чувствует Свет Императора, это не значит, что он нас покинул. Если мы не объединимся, мы падём по отдельности". Феррус Манус, Лев Эль'Джонсон, Альфарий и Омегон, Конрад Кёрз, Джагатай хан, Вулкан, Ангрон, Пертурабо и Сангвиний - все они встали под знамёна Империума Секундус.

Но даже объединённых сил не хватало. Тираниды пожирали миры быстрее, чем можно было организовать оборону. Демоны Кхорна прорывались сквозь любую защиту. А хуже всего было то, что примархи действовали вслепую. Они не знали, что происходит в Светлом Империуме. Не знали, жив ли Император. Не знали, есть ли вообще надежда.

Но даже уверенность Жиллимана не могла скрыть правды: галактика горела.

Миллиарды умирали каждый день. Целые миры превращались в погребальные костры. Флоты исчезали в варп-штормах. Армии гибли под когтями тиранидов и клинками демонов. Империум, который до этого стоял непоколебимо, который объединил галактику под одним знаменем, который казался вечным - этот Империум трещал по швам.

И худшее было в том, что никто не знал, есть ли выход. Разлом не собирался закрываться. Тираниды не собирались отступать. Главнокомандующий Хаоса неумолимо шёл к Терре. Кхорн ликовал, насыщаясь бойней.

А где-то далеко, на Священной Терре, на Золотом Троне сидел Император. Раненый, ослабленный, но всё ещё живой. Всё ещё борющийся с Разломом. Астрономикон продолжал гореть, хоть и не освещал половину галактики. Это был единственный лучик надежды во тьме - пока горит маяк, пока жив Император, есть шанс.

Но шанс - это не гарантия. И когда смотришь на карту галактики, на багровый шрам Разлома, рассекающий её надвое, на тысячи миров, охваченных войной, на миллиарды мёртвых и умирающих, на безумие, страх и отчаяние, разливающиеся по планетам как чума - трудно верить в чудеса.

Галактика раскололась.

И никто не знал, можно ли её собрать обратно.

3.М29, Марциус III

Подулей горел. Дым от пожаров смешивался с испарениями химических стоков, превращая воздух в ядовитую смесь, от которой слезились глаза даже сквозь респираторы. Сержант Адептус Арбитрес Маркус Зейн вжался в укрытие за разрушенной баррикадой, перезаряжая дробовик. Где-то наверху, в шпилях улья, шла настоящая война - тираниды прогрызали себе путь сквозь жилые секторы, пожирая всё живое. Но здесь, в промышленных глубинах, опасность была не менее смертоносной.

«Кровь для Бога Крови!» - рёв культистов эхом разносился по тоннелям. Они шли волной, не обращая внимания на потери. Красные робы, испачканные кровью и грязью, искажённые ненавистью лица, в руках - самодельное оружие, автоганы, цепные мечи. Когда-то эти люди были обычными рабочими, тружениками Империума. Теперь они предали всё ради тёмного божества.

Зейн выглянул из-за баррикады и выстрелил. Дробовик взревел, разнося грудь ближайшему культисту. Рядом с ним арбитры держали оборону - двенадцать человек против сотен обезумевших фанатиков. Их чёрная броня была испещрена вмятинами и царапинами, щиты покрыты трещинами. Но они стояли. Арбитры всегда стояли.

«Держать линию!» - приказал Зейн, выпуская ещё один заряд в толпу. Культисты были близко, слишком близко. Он видел их налитые кровью глаза, слышал безумный хохот. Один из арбитров слева от него закричал - цепной меч распорол его плечо. Товарищи подхватили раненого, оттащили назад, а на его место встал другой боец.

Волна накатывала снова и снова. Дробовики работали без перерыва, гильзы звенели о металлический пол, запах пороха смешивался с вонью горящей плоти. Зейн чувствовал, как устают руки, как в ушах звенит от постоянной стрельбы. Но отступать было некуда - за их спинами находились эвакуационные тоннели, куда уводили последних мирных жителей.

-Сержант, справа! - крикнул один из бойцов. Зейн обернулся и увидел новую группу культистов, обходящих их позицию. «Проклятье!» Он развернулся, готовясь дать команду к перестроению, когда воздух вспыхнул ярким светом.

Плазменный разряд превратил троих культистов в обугленные останки. Следом прогремели выстрелы болтеров - тяжёлые реактивные снаряды разрывали тела предателей, словно мокрую бумагу. Из бокового коридора вышла группа в боевой броне. Впереди шёл человек в украшенных инквизиторских доспехах, его силовой меч пылал голубым огнём. Позади - четверо вооружённых до зубов бойцов его свиты: два воина в броне с болтерами, псайкер в развевающейся робе и техник с плазменной винтовкой.

-Инквизитор Корвус Делакруа, Ордо Маллеус, - представился новоприбывший, рассекая силовым мечом очередного культиста. - Уже три недели охочусь за этими мерзавцами, а тут такое. Похоже, их логово именно здесь.

Зейн кивнул, продолжая стрелять.

-Сержант Зейн, Адептус Арбитрес. Рад подкреплению, милорд. Их слишком много.

Инквизитор усмехнулся, взмахнув рукой. Псайкер в его свите вскинул посох, и молния биоэлектричества ударила в гущу врагов, заставив их конвульсивно биться в агонии.

-Много - не значит, что их нельзя победить. Император доверил нам нести Свою волю, так что крепитесь, сержант. Я знаю, где их алтарь. Уничтожим его - обезглавим эту мразь. За мной! - приказал Делакруа, и его свита ринулась вперёд. Арбитры последовали за инквизитором, образуя боевой клин. Болтеры гремели, силовой меч рассекал плоть предателей, дробовики разили в упор. Они пробивались сквозь толпу культистов, оставляя за собой дорогу из трупов.

Впереди показались массивные двери, покрытые кровавыми рунами. За ними слышалось пение - мерзкое, гортанное, от которого стыла кровь. Техник приложил к замку плазменный заряд, и дверь рухнула. Внутри находился зал, где на импровизированном алтаре приносили в жертву пленников. Десятки культистов обернулись к вошедшим, их глаза горели безумием.

-Император с нами! - выкрикнул Зейн, и арбитры открыли огонь. Дробовики взревели залпом, болтеры добавили свою смертоносную песню. Инквизитор ринулся вперёд, его меч плясал в воздухе, оставляя за собой дугу света. Псайкер обрушил на врагов огненную бурю, превращая их в факелы.

Бой был жестоким и скоротечным. Когда последний культист пал, Делакруа подошёл к алтарю и вонзил в него меч. Руны вспыхнули и погасли, а по залу прокатилась волна чистой энергии, заставившая выживших предателей в тоннелях взвыть от боли.

-Это не конец, - тяжело дыша, произнёс инквизитор. - Демоны наступает по всей галактике, и хрен знает, какие ещё проблемы навалятся на нас. Но пока мы держимся, надежда есть.

Зейн молча кивнул, оглядывая своих людей. Трое погибли, четверо ранены. Но они выстояли. Наверху тираниды терзали улей, внизу бушевал Хаос. Но пока стоят такие люди, Империум не падёт.

3.М29 Вигилант IV

Небо над фабричными комплексами планеты Вигилант IV пылало багровым огнём. Реальность разрывалась, как гнилая ткань, и из зияющих ран пространства изливались демоны. Кровопускатели, бешеные от жажды резни, Охотники за Черепами на своих адских скакунах, гончие и даже один кровожад - все они несли смерть и разрушение. Воздух дрожал от их рёва, земля содрогалась под их поступью.

Капитан Адам Коруш из легиона Сынов Хоруса стоял на разрушенной стене завода, обозревая поле боя. Его силовая броня была покрыта демоническим ихором, на левом плече зияла глубокая борозда от удара адского клинка, которая постепенно затягивалась живым металлом. Вокруг него сражались его братья - тридцать восемь космодесантников из роты, что осталась от изначальной сотни. Рядом полки имперской гвардии держали оборону из последних сил. Гаусс-винтовки выжигали дыры в демонических телах, тяжёлые болтеры косили врагов десятками, но они всё прибывали и прибывали.

-Брат-капитан, восточный фланг не выдержит, - донёсся по воксу голос сержанта Кая. - Гвардейцы отступают, гончие прорвались к их позициям.

Коруш сжал рукоять силового меча.

-Веду резерв. Держитесь.

Он спрыгнул со стены, увлекая за собой отделение терминаторов. Их массивные доспехи гремели, штурмовые болтеры уже плевались огнём. Коруш врубился в гущу боя, его меч рассекал варп-материю, возвращая демонов в Имматериум. Но он знал - это временно. Они вернутся. А потом вернутся снова. А защитников становилось всё меньше. Он видел, как пал майор Гренвил, командовавший 44-м полком. Видел, как демонический медный скорпион разорвал пополам брата Элиана. Сколько ещё продержатся? Час? Два?

Внезапно воздух снова задрожал, но это было другое ощущение - не мерзкое, тошнотворное давление Кхорна, а что-то иное. Перед позициями защитников открылись новые порталы, и из них хлынули... демоны. Но не кхорниты. Они двигались с неестественной грацией, их доспехи переливались всеми цветами радуги, оружие сверкало как драгоценные камни. Невероятно прекрасные девы очаровали имперские войска, на мгновение заставив их прекратить стрелять.

-Огонь по новым контактам! - начал было командовать полковник Эрхард, но Коруш поднял руку. «Стой!»

Новоприбывшие демоны не атаковали защитников. Вместо этого они с яростью обрушились на кхорнитов. Их движения были похожи на смертельный танец - клинки взлетали и падали с хирургической точностью, магия вспыхивала разноцветными вспышками. Кровопийцы ревели от ярости, бросаясь на новых врагов, но демоны Слаанеш уворачивались, наносили удары и отступали, словно дразня противников.

-Что за... - пробормотал сержант Кай, подходя к капитану. Гвардейцы тоже застыли в нерешительности, не зная, стрелять или нет. Коруш чувствовал то же замешательство. Демоны против демонов? Хаос сражается друг с другом?

И тут брата-библиария Мориса, что стоял в центре позиций, охватило сияние. Чистое, золотое, подобное свету самого солнца. Космодесантник-псайкер вскинул руки, и его голос зазвучал с неестественной мощью - в нём слышались отголоски другого, несравненно более могучего голоса:

-Не бойтесь, сыны мои. Это союзники. Боги Порядка встали против Кхорна. Слаанеш, Тзинч, Нургл - все они сражаются на нашей стороне.

Слова эхом прокатились по полю боя, достигая каждого защитника. Голос Императора. Его невозможно было спутать ни с чем. Гвардейцы пали на колени, космодесантники выпрямились, сжимая оружие. Морис опустился на землю, золотое сияние погасло, оставив его бледным и измождённым, но в его глазах горел священный огонь.

-Союзники, - повторил Коруш, поднимая меч. - Братья! Император дал нам знак! Мы не одни!

Воодушевление прокатилось по рядам защитников как волна. Гаусс-винтовки снова запылали зелёным, но теперь огонь был направлен только на кхорнитов. Болтеры космодесантников добавили свою мощь, и вместе с демонами Слаанеш они начали теснить орды Бога Крови.

Коруш видел, как одна из демониц - высокая, изящная фигура в переливающихся доспехах - рассекла Охотника за Черепами одним ударом, а затем обернулась к нему и слегка кивнула. Жест был почти человеческим - признание союзника. Капитан кивнул в ответ и ринулся в бой, его меч и клинок демоницы работали почти синхронно, расчищая путь сквозь врагов.

Битва продолжалась, но теперь у защитников появилась надежда. Император не оставил их. Даже боги склонились перед его волей. И пока светит Астрономикон, пока бьются сердца верных, Империум выстоит.