Душевный разговор двух влюблённых

Алукард повержен. Трёх Тёмных Владык больше нет. Омотэ-Мока исчезла. Ёши Кирия разгуливает на свободе. Академия Ёкай осталась без директора и всякого чувства направления - как и её студенты. Эти неспокойные, пылающие свежими ранами и горестными утратами времена выпали на их молодость, но, так или иначе, они проживут их сполна: со всей болью и радостью.

Им осталась доломанная на квантовом уровне стационарная реверсирующая установка и эта отсеченная ветвь событий. И все усиливающийся холод.

_____________________________________

При вмешательстве в прошлое неслучившееся настоящее продолжает существовать, даже если Вселенная его «не запоминает».

Там, где решают бумаги, настоящие решения принимаются под столом.

Сборник драбблов: милые, душевные, обыденные и забавные ситуации, не вошедшие в основную историю.

Сто лет назад Восемь Отражений потряс магический катаклизм. И хоть не все ощутили на себе его разрушительное воздействие, он изменил устоявшуюся за предыдущие века жизнь. В Константинополе появился император, объединивший под своей властью уцелевшие Земли, порталы в Старый мир были вновь открыты, а чародеи стали один за другим превращаться в Тени и уходить в неизвестном направлении.

Последнее никак не должно было коснуться Феодоры, ведь в ее семье никто не был наделен магическими способностями.

Изобретатель Кит уехал из Морквограда обратно в родной город, потому что ему попросту надоели постоянные сражения с Мэром

Джинни Уизли пропала в тайной комнате, и ребята отправляются ее спасать. Но что было бы, если бы они обратились к Другому Профессору?

После использования проклятого заклинания, Сид оказался последним живым существом. Земля погрузилась во мрак. Остался только он, наедине со своими призраками прошлого.



Это история о гордыне и разрушении, памяти и искуплении, о том, что даже после конца всего сущего, может родиться новая жизнь.

— Тебе больно, — говорит она, не глядя прямо на Нео. Ей не требуется смотреть, она видит его и так — разумом, а не последовательностью сигналов от зрительных нервов.

— Я в порядке, — практически моментально огрызается он и принимается яростно шуровать гнутым металлическим прутом в углях. Пламя поднимается выше. — Настолько, насколько это возможно последний месяц.

— Тридцать девять дней и три часа, — автоматически уточняет Бренна время от появления «зеленого неба». — И ты не в порядке.