📖 Глава 74. Злодеи всегда возвращаются

Первый день весны выдался сухим и солнечным, пусть лучи еще и не согревали промерзлую землю. Хоронили Майкла на скромном кладбище рядом с остальными его родственниками, почти все из которых ушли незаслуженно рано. Ханна рыдала, задыхаясь, и постоянно сморкалась в большой ситцевый платок. Рядом с бабушкой, прижавшись к ней, стояла Оливия, казавшаяся еще более крошечной и жалкой в черной пелерине поверх черного платья грубого кроя. Джесси держалась с достоинством, хотя ее прекрасные глаза и были на мокром месте; она стояла чуть в стороне, облаченная в элегантное черное пальто и кружевные перчатки. Сэм вызывался нести гроб вместе с двумя двоюродными братьями покойника.

Гюльнуш на отпевание не пришла, но заявилась на сами похороны, скромно пристроившись в конце процессии, почти незаметная в своем шерстяном траурном платье. Даже друзья увидели ее не сразу, но только Мира подошла, чтобы обнять и принять слова поддержки.

—Что сказала экспертиза? —дрожащим голосом осведомилась Гюльнуш, лишь бы не молчать в такую тяжелую минуту.

—Передозировка. —сухо и по факту ответила шатенка, не изменившись в лице. —Он систематически употреблял наркотики почти два месяца. —она устремила взгляд куда-то вдаль и сжала пальцы в кулак. —Дилеров надо сажать, всех до единого. Столько смертей... Больше, чем из-за терактов и нападений.

—Как Джесси? —на всякий случай спросила старшая, стиснув в руках черный клатч.

—А тебя это сильно беспокоит? —саркастично усмехнулась девушка, но сил злиться у нее не было. —Нормально. Лучше, чем Оливия. Если хочешь, можешь с ней поговорить.

Гюль, казалось, ждала этого неформального разрешения. Робко кивнув, она ночной тенью прошествовала к друзьям, которые все ещё толпились около свежей могилы.

—Джесс? —охрипшим от волнения голосом позвала она. —Привет.

—А. Ты. —безучастно бросила блондинка, сразу же вытирая влажные капли с щек. —Привет. Всё-таки пришла? Не думала, что Мира отправила тебе приглашение.

—Ты все еще злишься? —разочарованно спросила Гюльнуш, заламывая руки. —Прошу тебя, давай оставим это в прошлом. Сейчас нам всем тяжело, Джесси.

—Тебе-то больше всех, правда? —язвительно хмыкнула она, пожав плечами.

—Джесс, она права. —успокаивающе одернул ее Сэм, положив руку ей на плечо. —Вам пора помириться. Особенно учитывая то, что прежнего Джейка не вернуть.

—Разумеется! —раздраженно воскликнула девушка, разведя руками. —Живет себе где-то в хостеле на наши деньги, хотя мог бы вернуться. Это все из-за Гюльнуш! Если бы она не наврала ему, он сразу же поверил бы нам, вспомнил бы меня...

—Хватит! —голос брюнетки походил на звук разбивающегося стекла, и на серых глазах выступили слезы. —Я понимаю, понимаю тебя. Мне ужасно жаль, хорошо? Прости, пожалуйста, только не отталкивай меня сейчас!

Джесси сделала глубокий вдох, борясь с бурлящим в груди гневом и обидой. Гюльнуш сначала подумала, что она ее толкнет или ударит, в лучшем случае осмеёт и прогонит. Но старшая из девушек, выждав паузу и собравшись с мыслями, внезапно обхватила ее ладонями за крепкие плечи и притянула к себе, зарывшись лицом в густые черные волосы. Гюль всхлипнула и прижалась к подруге, позволив себе наконец выдохнуть.

Мира наблюдала за этим со стороны, не замечая, как на краешке ее губ играла улыбка. Она была так глубоко погружена в свои мысли, что дернулась от неожиданности, когда маленькая ладошка опустилась на ее плечо.

—Извини. —Оливия виновато опустила взгляд на свои ботинки. —Я не хотела тебя напугать. Просто бабушке и остальным совсем не до меня, а ты стоишь тут одна, вот я и решила... Может, мы могли бы поговорить.

—О чем? —недоуменно поинтересовалась девушка, изогнув бровь, но этот безобидный, казалось, вопрос ужасно смутил младшую.

—Ну... —она снова отвела взор и слегка попятилась. —О тебе. Обо мне. О Майке. О чем обычно друзья разговаривают?

—А ты о чем говорила с Майком? —старшая наморщила лоб, пытаясь вспомнить хоть что-то о девочке: ее хобби, увлечения, что она любит.

—Ну, он любит футбол... —неуверенно сказала Оливия. —Любил, то есть. Мы обсуждали каких-то спортсменов, делали ставки на матчах. Он даже брал меня с собой. Однажды один из его друзей начал ко мне приставать, и Майк сломал ему нос. Больше он меня не водил никуда.

У Миры сердце сжалось от этих простых, почти наивных слов. Девочка всегда говорила об ужасных вещах так, как будто это было обычным делом. Возможно, для нее это и было так, и от этого Лето стало совсем тошно.

—А ты сама что любишь? —выдавила из себя она, через силу улыбнувшись, чтобы подбодрить подругу.

—Я? —такого искреннего непонимания на детском личике девушка совсем не ожидала. —Я... Я люблю бабушку Ханну. Тебя люблю, Джесси люблю. Майка... любила. А ещё пирожки с клубникой. Почему ты на меня так смотришь? Это разве плохо?

—Нет-нет, ты что, просто... —Мира запнулась, и горячая влага обожгла ее глаза изнутри. —Я всегда думала, что плохо тебя знаю, а теперь выясняется, что ты и сама себя плохо знаешь.

—Помоги мне узнать! —с внезапной пылкостью, присущей только самым чистым и открытым душам, взмолилась Оливия. —Я хочу узнать себя. Хочу жить, понимаешь? Как обычный человек. Какой ты была в семнадцать лет?

—Я? —девушка иронично усмехнулась. —Счастливой, наверное. У меня ещё не было взрослых хлопот, была семья, отец, дом. Я как раз собиралась поехать учиться в колледж. И ты скоро поедешь, правда ведь? На кого ты поступила?

—Еще рано об этом говорить... —смутилась блондинка, теребя хрупкие пальчики. —Я еще не совсем поступила. Родители Майка нашли для меня институт в Италии, но для поступления заграницу надо много чего сделать, документы оформить. С опекой было бы много проблем, поэтому я поступила бы только в этом году, когда мне исполнится восемнадцать.

—А ещё в Европе надо участвовать в общественной деятельности, чтобы учиться в хорошем университете. —задумчиво проинформировала Мира. —Я с этим тоже сейчас мучаюсь, как раз хочу поступить в Лондон. Но тебе не кажется, что лучше поговорить об этом дома, а не на кладбище?

—Ой, точно. —Оливия сконфужено хихикнула, и впалые щёки с россыпью светло-пшеничных веснушек зарделись. —Но тебе ведь ничего не мешало вести задушевные разговоры с Джаспером в морге?

—Во-первых, не было никаких задушевных разговоров, а во-вторых, это другое. Джаспер—это вообще отдельная история. —запальчиво возразила девушка, будто свернувшийся в клубок колючий еж, которого хотели рассмотреть поближе. —И вообще, давай не будем о нем?

***

После поминок все остались в доме Гельбери. Ханне сделалось дурно, и она слегла в своей комнате, а с ней осталась Оливия. Мира неоднократно предлагала что-нибудь сделать—приготовить обед или сходить за лекарствами, но старушка настояла, что это просто давление. Удивительно, как в таком почтенном возрасте она оставалась невероятно выносливой и крепкой, и все болезни отскакивали от неё, как резиновые мячики от стены.

Закрывшись с подругами в своей комнате, Мира первое время не хотела впускать Сэма, но тот так жалобно причитал под дверью, что она сдалась и открыла ему, чтобы он не разбудил Ханну.

—Что вы тут обсуждаете? Что за девичник? У нас же траур. —отчитывал их он с видом старшего.

—Ты думаешь, мы тут про парней и косметику болтаем? —огрызнулась Джесси, все ещё злившаяся на всех и все. —Хватит за нами следить!

—Я должен за вами присматривать. —самодовольно возразил юноша. —Вы же мне как сестры. Раз нет больше Майкла или старших, Георгия...

—Сэм! —зашипела блондинка, вцепившись в его руку так, что ее короткие розовые ногти впились в его кожу.

—Ой... —он мгновенно приуныл, виновато поглядывая на потускневшее лицо Миры и сведенные на переносице брови Гюльнуш. —Простите. Я не это имел в виду...

—Мы приняли тебя обратно, хотя ты отказался от нас. —шатенка звучала твердо, но ее зубы чуть ли не стучали от гнева. —Отпустили обиды и забыли все, что ты сделал. Можем дружно сделать вид, что этого не было, дружить, как прежде, держаться вместе—я не против! Но ты не имеешь права делать вид, что нужен нам больше других, не имеешь права изображать из себя ответственного, раз сам нас оставил. Все понятно?

—В любом случае, о чем вы тут шептались? —Сэм состроил каменное лицо, присаживаясь рядом с Джесси, которая сразу же инстинктивно отодвинулась.

—У нас есть теория относительно Неизвестных. Странно называть их так, когда мы уже знаем о них столько всего. —Мира фыркнула, и ее щека дрогнула от напряжения. —Кажется, я знаю, кто может стоять за этим всем. Проблема в том, что у меня нет никаких доказательств. Вся скромная информация хранится у миссис Алисы Гленн, работницы психиатрического центра. А я не хочу с ней лишний раз связываться; она была в хороших отношениях с Ирмой Тиурели.

—А что не так с Ирмой? Кроме того, что Полина была ее сестрой, а сама она постоянно сводила тебя с Джаспером. —парень нервно усмехнулся, хотя эти воспоминания едва ли были смешными или приятными.

—Хватит! —вдруг зло воскликнула Гюльнуш, ударив ладонью по столу, и ребята как один подпрыгнули на стульях. —Пора рассказать им все!

—О чем ты? —натянуто процедила Мира, прожигая сестру ледяным взглядом.

—Ирма Тиурели стоит за этим всем! —выпалила она, и остальные с видом потревоженных сусликов повернулись к ней. —То есть, она не работает в лаборатории, надеюсь, но она устраивала теракты. А еще она торгует запрещенными веществами, и Майкл тоже попался на этот крючок. Так она и контролирует людей!

—Да, публика там крайне маргинальная. Это даже не сидевшие зэки, а простые алкоголики и бездомные, которых она собрала под одной крышей и снабдила оружием. —ровным тоном добавила младшая, мысленно приготовившись к нападению от друзей.

—Что за бред? Откуда вы знаете? Почему нам не сказали?! —с каждым словом голос Джесси становился все громче, готовясь сорваться.

—Джаспер рассказал, а я разболтала Гюль. —максимально сдержанно пояснила Мира и изогнула уголок рта в улыбке. —Не злитесь. Это было для вашего же блага; лучше не идти в полицию, там у Ирмы свои люди. Но если бы я сказала раньше, пока вы еще не видели всей серьёзности ситуации, я бы вас не удержала.

—Может настало время обратиться за помощью? Как ты сказала, Алиса Гленн? —занервничал Сэм. —Она может помочь, правда?

—И тогда мне придётся вернуть ей Джаспера. А я его отпустила! —она крепко сжала зубы и скрестила руки на груди, отказываясь смотреть на друзей.

—Серьёзно? —Джесси измучено ударила себя ладонью по лбу. —Ну сколько можно? Почему у нас не может быть просто все хорошо и легко?

—Я потому тебе и не рассказывала! —воззвала к ней Мира, вскинув руки к потолку. —А теперь надо что-то придумать. На самом деле, я и сама думала о том, чтобы поговорить с миссис Гленн. У меня пока нет поводов ей не доверять, но надо быть осторожными. Если она найдет способ проследить хотя бы за Ирмой... Мы сможем найти и этого Рэя.

—Рэя? —Сэм наморщил лоб. —А это что за фрукт?

—Ты чем меня вообще слушаешь, Хокинс?! —рассердилась она, отвесив ему легкий подзатыльник. —Рэй Уильямс, это отец Андре и дед Джаспера.

—Изумительная семейка. —проворчал парень, потирая ушибленное сильной рукой Миры место. —Знакомство с его родителями у тебя уже было потрясающим, а дедушка у него вообще бриллиант.

—Есть только еще один нюанс. —хмыкнула девушка, закинув ногу за ногу с видом виды видавшего детектива. —Он может все ещё сидеть в своей лаборатории в Америке. Если это так, надо будет придумать способ его выманить.