📖 Глава 12. 10 глава. Часть первая

15 марта 1956 года

Том появился в холле поместья уже поздно вечером, когда на улице уже окончательно стемнело. Сквозь высокие окна виднелись лишь смутные очертания сада, а внутри особняка горел ровный мягкий свет. Магия дома почти мгновенно отреагировала на возвращение хозяина. Где-то вдали ожили защитные контуры. Несколько внутренних систем перестроились. Поместье узнало его.

На какое-то мгновение Том просто остановился посреди холла. После нескольких часов, проведённых среди разрушенных зданий, крови, пыли и криков раненых, окружающая тишина казалась почти нереальной. Слишком спокойной, слишком правильной.

Он медленно поднялся на второй этаж, вошёл в спальню и наконец стянул с себя остатки испорченной рубашки. Ткань отправилась в корзину для мусора. Рубашку было проще выбросить, чем восстанавливать.

Несколько секунд Том молча рассматривал собственное отражение в зеркале. Спина выглядела неприятно. Не опасно, а именно неприятно — несколько длинных порезов, засохшая кровь, осколки стекла, застрявшие в мышцах.

Для обычного человека подобные ранения стали бы поводом для визита к целителю. Для большинства волшебников тоже. Том лишь поморщился. Его же это просто раздражало.

Он сосредоточился. Магия откликнулась мгновенно. Осколки дрогнули и один за другим начали выходить наружу. С тихим стуком они падали на пол, оставляя после себя тонкие кровавые дорожки. Следом начали затягиваться повреждённые ткани. Кожа восстанавливалась прямо на глазах, словно организм просто исправлял небольшую ошибку. Через несколько секунд от ран остались лишь следы засохшей крови.

Том ещё раз посмотрел в зеркало и отвернулся. Ничего серьёзного, даже вспоминать не о чем. Та рана от атама была куда неприятней.

Он направился в ванную комнату, раздеваясь на ходу. Душ принял его в свои тёплые объятия. Горячая вода шумела долго. Гораздо дольше, чем обычно. Том стоял под струями воды, не двигаясь и почти ни о чём не думая.

Вернее, пытался не думать, без особого успеха. Перед глазами вновь и вновь вспыхивали обрывки сегодняшнего дня. Разрушенные фасады. Крики. Окровавленные люди. Мальчик, найденный под завалом. Пожилая ведьма, которую удалось вытащить буквально за несколько минут до обрушения стены. И десятки других лиц. Слишком много для одного дня. Слишком много для человека, который всего лишь приехал купить книги.

Наконец Том перекрыл воду, накинул халат и спустился в кабинет. Обычно именно в это время начиналась самая приятная часть дня — книги, исследования, магия, работа с артефактами, новые идеи. Сегодня же он обнаружил, что не хочет ничего из этого.

На столе лежала купленная во «Флориш и Блоттс» литература. Несколько дней назад подобная находка заставила бы его немедленно погрузиться в чтение. Сейчас он лишь скользнул взглядом по корешкам и прошёл мимо.

Странное ощущение. Непривычное. Том сел в кресло возле камина и некоторое время просто смотрел на огонь. Не анализировал произошедшее, не строил теорий, не пытался вычислить организаторов взрыва. Для этого было слишком мало информации. Да и желания, если честно, тоже не наблюдалось.

Он просто устал. Не телом, разумеется. Тело уже давно пришло в норму. Устал разум, но не как у обычных людей, а он просто заебался. Постоянное напряжение последних часов, необходимость непрерывно принимать решения, следить за десятками вещей одновременно и буквально вытаскивать людей из-под завалов постепенно превратились в тяжёлый фон, который он осознал только сейчас, оказавшись в безопасности.

Том прикрыл глаза. Несколько секунд сидел неподвижно, а затем поднялся. На сегодня достаточно. Остальное завтра.

Он поднялся в спальню, погасил свет и лёг в кровать. Сон пришёл почти мгновенно. Впервые за долгое время Том уснул не потому, что решил придерживаться режима, а потому что действительно хотел спать.

И уже через несколько минут в поместье осталась лишь привычная ночная тишина, нарушаемая только далёким шорохом ветра за окнами.

На следующий день Том проснулся ближе к полудню.

Сон действительно помог. Не решил всех проблем и не стёр воспоминания о вчерашнем дне, но по крайней мере голова больше не напоминала перегретый котёл, готовый взорваться от очередной мысли. За последние месяцы он привык спать немного и просыпаться быстро, однако сегодня организм явно решил, что имеет на этот счёт собственное мнение.

Некоторое время Том просто лежал в кровати, глядя в потолок. Дом был тих. Защитные контуры работали исправно, магия поместья текла ровно и спокойно, нигде не ощущалось ни малейших признаков вторжения или нарушения периметра. После вчерашнего хаоса подобное спокойствие воспринималось почти как роскошь.

Размышления прервало знакомое уханье. Том повернул голову. За окном на карнизе сидела крупная серая сова с зажатым в когтях свежим выпуском «Ежедневного пророка». Птица выглядела предельно деловито и явно не собиралась улетать без оплаты.

Окно открылось по небрежному движению руки. Сова немедленно влетела внутрь, сбросила газету на письменный стол и выжидающе наклонила голову. Том достал из ящика кнат и положил монету в мешочек на лапке. Птица благодарственно слегка цапнула его за палец, удовлетворённо ухнула и исчезла за окном.

Газета же осталась лежать на столе. Том даже не посмотрел в её сторону. Если вчерашний взрыв действительно стал главной новостью страны, то никуда эта новость уже не денется. А если не стал — тем более.

Слегка размяв тело, больше по привычке, чем по необходимости, он оделся и спустился на кухню с газетой в руке. Через несколько минут на плите уже стоял чайник. Пока закипала вода, Том достал продукты и принялся готовить завтрак. Ничего сложного — яичница с беконом, несколько ломтиков хлеба и крепкий чай. Простая еда, которую он любил именно за её простоту.

Странно, но подобные бытовые мелочи всегда помогали привести мысли в порядок. Магия, артефакты, ритуалы и сложные расчёты были интересны, но иногда гораздо приятнее оказывалось просто стоять возле плиты и заниматься чем-то предельно понятным.

Закончив с готовкой, Том перенёс тарелку и чай на стол возле окна. Снаружи стоял обычный мартовский день: серое небо, голые деревья, ветер, гуляющий по территории поместья. Ничего необычного. Будто вчера в центре магического Лондона не взорвали половину улицы.

Он спокойно позавтракал, не торопясь и наслаждаясь редким ощущением покоя. Лишь когда на тарелке ничего не осталось, а в чашке ещё плескался горячий чай, Том наконец потянулся за газетой.

Уже по толщине выпуска было понятно, что редакция использовала каждую доступную страницу. Первая полоса лишь подтвердила это предположение.

Почти половину листа занимал огромный заголовок:

«ТРАГЕДИЯ В КОСОМ ПЕРЕУЛКЕ. МИНИСТЕРСТВО ОБЕЩАЕТ НАЙТИ ВИНОВНЫХ»

Ниже располагались колдографии разрушений, и было их много. Обрушившиеся фасады, завалы, авроры, собирающие показания свидетелей, занятие своей работой целители, разбитые витрины, носилки с ранеными.

Том некоторое время рассматривал фотографии. На одной из них он неожиданно обнаружил самого себя. Судя по всему, колдограф поймал момент, когда он вместе с несколькими волшебниками поднимал одну из рухнувших балок.

Фотография получилась откровенно неудачной. Он, весь пыльный, уставший, с растрёпанными волосами, с выражением лица заёбаного человека, который бы предпочёл оказаться где-нибудь подальше отсюда.

Том хмыкнул и перевернул страницу. Дальше шли цифры — двадцать три погибших, сто двадцать семь раненых, несколько полностью уничтоженных зданий, более двух десятков повреждённых магазинов.

Министерство обещало быстрое расследование. Аврорат уверял читателей, что уже ведёт поиски виновных. Министр магии выступал с заявлениями о необходимости сплочённости перед лицом новой угрозы. Ничего неожиданного.

Настоящий интерес начинался дальше. Перевернув следующую страницу, Том слегка приподнял бровь. Почти треть разворота занимал текст, заключённый в толстую чёрную рамку. Наверху крупными буквами было написано:

«МАНИФЕСТ ОСВОБОДИТЕЛЕЙ»

Редакция сообщала, что документ был доставлен ночью непосредственно в здание газеты неизвестным способом. После короткого совещания было принято решение опубликовать его полностью.

Любопытно. Том сделал глоток чая и начал читать. Текст оказался именно таким, каким он и ожидал.

Освободители обвиняли Министерство в коррупции и некомпетентности. Обвиняли старые чистокровные семьи в монополии на власть. Писали о застое магического мира, о необходимости реформ и о том, что Британия застряла в прошлом.

Многие тезисы выглядели на удивление разумно, по крайней мере на первый взгляд неискушённого обывателя.

Проблема заключалась в том, что подобные манифесты он видел и раньше. Не буквально этот, разумеется. Однако история человечества уже породила огромное количество людей, искренне желавших построить лучшее будущее. И удивительно часто такие люди начинали именно с убийств.

Самое важное находилось ближе к концу текста. Освободители не отрицали своей причастности к взрыву. Наоборот, они открыто брали ответственность на себя. Более того, называли произошедшее первым шагом. Первым предупреждением.

Том дочитал последние строки и задумчиво посмотрел в окно. Пожалуй, самым неприятным во всей этой истории являлся даже не сам взрыв.

Организации подобного масштаба не возникают за одну ночь. Если Освободители сумели подготовить такую атаку, значит, за ними уже стояли деньги, люди, убежища, склады, связи и поддержка. Подобные структуры строятся месяцами, а чаще годами. И если вчера они решили выйти из тени, то это означало лишь одно. Они считают себя достаточно сильными.

Впрочем, делать серьёзные выводы пока было рано. Информации слишком мало. Да и желания превращаться в добровольного следователя у него не наблюдалось.

Том сложил газету и отложил её в сторону. Проблемы британской политики никуда не денутся ещё как минимум несколько дней. А вот новые книги по артефакторике, купленные вчера во «Флориш и Блоттс», лежали в библиотеке уже сейчас. И, откровенно говоря, интересовали его гораздо больше любых революционеров.

Допив чай, Том поднялся из-за стола и направился к лестнице. День только начинался.

***

Следующие несколько дней прошли на удивление спокойно, по крайней мере лично для Тома.

Поместье продолжало жить своей обычной жизнью. Магические исследования никуда не исчезли, книги по артефакторике оказались даже интереснее, чем он рассчитывал, а найденная в одной из французских работ схема распределения нагрузки внутри многослойных контуров заставила его почти сутки потратить на собственные эксперименты.

Если бы не газеты, можно было бы даже забыть о произошедшем. К сожалению, газеты напоминали об этом каждое утро. Сначала «Ежедневный пророк» писал о расследовании. Потом о жертвах. Затем о восстановлении разрушенных кварталов. А потом началось самое интересное.

Освободители больше не молчали. Почти ежедневно появлялись новые заявления. Иногда их присылали в редакции газет. Иногда листовки обнаруживались прямо в центре магического Лондона. Один раз кто-то умудрился разбросать сотни зачарованных копий манифеста по всему Косому переулку.

Разумеется, Министерство отвечало. Почти каждый день появлялись новые заявления, опровержения и обещания скорых арестов. Несколько чиновников выступили с интервью, убеждая население сохранять спокойствие и не поддаваться панике. Газеты охотно публиковали подобные речи, однако помогало это не слишком сильно.

Слишком многие видели последствия взрыва собственными глазами. Слишком многие знали пострадавших лично. А потому за громкими словами чиновников люди всё чаще пытались разглядеть ответ на куда более простой вопрос: если Министерство действительно контролирует ситуацию, то почему Освободители продолжают действовать так, словно их никто не может остановить?

От подобных вопросов Министерство приходило в ярость, а газеты захлёбывались от возмущения. Освободители же, судя по всему, были этим вполне довольны. Особенно после того, как о них заговорили буквально все.

Очередной визит в Косой переулок лишь подтвердил это наблюдение. Люди обсуждали теракт повсюду — в книжном магазине, в аптеке, в кафе, на улице. Даже в очереди за ингредиентами для зелий.

— Говорю вам, это просто психи.

— Психи не устраивают такое.

— Тогда кто?

— Не знаю.

— А я слышал, что среди них есть бывшие авроры.

— А я слышала, что они иностранцы.

— А мой кузен работает в Министерстве и говорит...

Большая часть подобных разговоров представляла собой обычные слухи. Люди строили догадки. Спорили. Пугали друг друга. Выдумывали всё новые подробности.

Однако постепенно Том начал замечать одну неприятную тенденцию. Не все осуждали Освободителей. Большинство — да. Но далеко не все. Однажды он случайно услышал разговор двух молодых волшебников возле магазина артефактов.

— Конечно, людей жалко, — говорил один из них. — Но ведь они правы насчёт Министерства.

— Правы или нет, людей взрывать нельзя.

— Я не про взрыв. Я про остальное.

Другой ничего не ответил.

Именно подобные разговоры показались Тому значительно интереснее самого манифеста. Теракт шокировал общество. Но идеи начинали жить собственной жизнью.

Том заметил и другую перемену. Возле входов в некоторые магазины появились дополнительные защитные чары. Владельцы лавок обсуждали усиление охранных заклинаний, а несколько раз он видел авроров, патрулирующих улицу прямо среди бела дня. Ещё неделю назад подобное сочли бы чрезмерной предосторожностью. Теперь же присутствие вооружённых магов воспринималось почти естественно.

Через несколько дней Министерство официально объявило о создании специальной следственной группы. Аврорат начал проводить обыски и проверки. Несколько раз газеты сообщали о задержаниях подозреваемых.

Ни одно из них, разумеется, ни к чему не привело. Освободители словно растворились. Да, они существовали, да, они действовали, да, они публиковали новые заявления. Но при этом никто не мог назвать ни одного имени, ни одного лица, ни одного подтверждённого участника организации.

Это раздражало Министерство. Это нервировало общество. И, судя по всему, полностью устраивало самих Освободителей.

В один из вечеров Том дочитал очередную статью и задумчиво отложил газету в сторону. Всё происходящее начинало напоминать начало чего-то гораздо большего. Пока ещё не войны, нет. Даже не полноценного кризиса. Но уже чего-то достаточно серьёзного, чтобы изменить привычную жизнь магической Британии.

Вопрос заключался лишь в том, насколько далеко всё зайдёт. Впрочем, сейчас его куда больше занимала другая проблема. Последняя книга по ритуалистике закончилась. А это означало, что вскоре придётся снова ехать в Косой переулок. На этот раз уже не только за книгами.

***

Несколько дней спустя.

Станция Литтл-Хэнглтон выглядела именно так, как и должна выглядеть маленькая английская станция где-то посреди сельской глубинки — небольшая платформа, старое кирпичное здание с обвалившимся фасадом и облупившейся краской, пара скамеек, на которые не стоило бы садиться, если только не хочешь, чтобы они рухнули. И почти полное отсутствие людей.

Моргана сошла с поезда, поправила сумку на плече и огляделась. Честно говоря, место выглядело гораздо скучнее, чем она ожидала, и это разочаровывало. Никаких древних руин. Никаких таинственных особняков на горизонте. Никаких загадочных магических аномалий.

Обычная деревня. Настолько обычная, что это даже немного раздражало. Она ещё раз посмотрела на небольшой листок с записями.

Имя. Несколько обрывков информации. Название Литтл-Хэнглтон. И больше практически ничего. Негусто, очень негусто. Но это уже было лучше, чем неделю назад.

Моргана убрала записи обратно в сумку и уверенно направилась к выходу со станции. В конце концов, любой поиск начинается с первого шага. А Том Реддл определённо стоил того, чтобы потратить на него немного времени. Хотя бы ради науки. Разумеется, исключительно ради науки.

С этой мыслью она покинула станцию и направилась в сторону деревни, не замечая, что улыбается.