📖 Глава 9. Мятеж

В это время в Земле Прайда Шторма происходили совсем другие события.

Однажды Тимон и Пумба с увлечением охотились на жуков.

— Пумба, вот этого полосатого не трогай! — с важным видом заявил Тимон. — Он мой!

— Но я его первым увидел!

— Зато я первым захотел!

Пумба тяжело вздохнул.

— Иногда с тобой очень трудно дружить...

— Зато весело!

В этот момент Тимон вдруг насторожился.

Он поднялся на задние лапы, вытянул шею и принюхался.

— Пумба...

— Что?

— Кажется... сюда идут гиены.

Пумба тоже поднял голову.

— Ну и что? Нас же нельзя есть.

Тимон нервно усмехнулся.

— Конечно нельзя. Только знаешь... сегодня мне что-то совсем не нравятся их морды. Особенно те, что с зубами.

— У всех гиен есть зубы.

— Вот именно! Поэтому предлагаю срочно исчезнуть.

— Но...

— Никаких "но"! Если останемся, они потом скажут, что перепутали нас с кем-нибудь другим. Несчастный случай! Ошибка природы! Нет уж, спасибо.

Пумба нехотя кивнул.

— Ладно...

Они быстро юркнули в густой кустарник и затаились. Через несколько мгновений на поляну вышли четыре гиены. Одна из них остановилась и шумно втянула воздух.

— Погодите... Я чую бородавочника... и суриката.

Она довольно облизнулась.

— Кажется, нас ждет отличный обед.

Вторая тоже принюхалась.

— И правда... Только это те самые дружки Симбы. Их трогать запрещено.

Первая презрительно фыркнула.

— А кто сейчас будет проверять? На Скале осталось совсем немного защитников.

Третья гиена резко перебила ее:

— Не сейчас.

— Почему?

— Потому что сначала мы заберем власть.

Повисла короткая тишина. Четвертая гиена негромко усмехнулась.

— Тогда можно будет охотиться на кого угодно.

— Именно.

Первая снова облизнулась.

— Да зачем ждать? Львов сейчас мало. Можно ударить уже сегодня.

— А потом вернутся Симба и Кейси, — холодно ответила третья. — Нет. Сначала все должно быть подготовлено. Ошибку Арины мы больше не повторим.

Остальные молча кивнули.

— Идем. Пусть пока живут. Скоро все равно станут нашей добычей.

Гиены неспешно скрылись среди высокой травы. Еще несколько мгновений Тимон и Пумба сидели неподвижно. Первым осторожно высунулся Тимон. Он осмотрелся во все стороны:

— Кажется... ушли.

Пумба шумно выдохнул.

— Уф...

Потом посмотрел на друга.

— Тимон... ты слышал?

— Еще бы! Эти пятнистые консервы собирались нас съесть!

— Я не об этом.

— А о чем?

— Они сказали, что хотят захватить власть.

Тимон перестал улыбаться.

— Точно...

Он задумчиво потер подбородок.

— И ведь говорили они совсем не как обычно...

Пумба обеспокоенно посмотрел на него.

— Что это значит?

Тимон ответил уже без привычной веселости:

— Это значит, дружище, что пахнет очень большими неприятностями.

Он решительно вскочил.

— Надо срочно бежать на Скалу и всё рассказать тем, кто там остался.

— Думаешь, он нас послушает?

— Конечно! Мы же лучшие... ну... почти лучшие... ладно, очень хорошие друзья Симбы!

Пумба кивнул.

— Тогда побежали.

— Побежали! И чем быстрее, тем лучше. Что-то мне совсем не хочется становиться первым блюдом после государственного переворота.

Тимон и Пумба прибежали на Скалу, где их встретил Ванга.

Тимон сразу узнал молодого льва.

— Привет, Ванга! Кто сейчас остался за главного? Нам срочно нужно поговорить!

Ванга удивленно посмотрел на них.

— Вы что, ничего не знаете?

— Не знаем чего? — насторожился Тимон.

Лев тяжело вздохнул.

— У нас беда. Настоящая беда.

Тимон и Пумба переглянулись.

— Какая?

— Пропали Кову и Киара. Вместе с ними исчезли Сабра, Кизура и Киншаса. Скорее всего, их похитили.

Пумба ахнул.

— Похитили?!

— Симба, Кейси и почти все сильнейшие львы уже отправились на поиски.

Наступило молчание.

Пумба первым нарушил его:

— Я уверен, они быстро найдут их. Когда Симба и Кейси вместе, все обязательно закончится хорошо.

Тимон возмущенно всплеснул лапами.

— А нас даже не позвали! Тоже мне друзья!

— Тимон... — укоризненно посмотрел на него Пумба.

— Что "Тимон"? Мы тоже могли помочь!

Ванга невольно улыбнулся.

— Ладно... А вы зачем искали Симбу?

— Да нас тут чуть гиены не сожрали! — выпалил Тимон.

Ванга сразу перестал улыбаться.

— Что?

— Мы сами слышали, как они обсуждали это. И еще...

Тимон понизил голос.

— Они говорили о каком-то захвате власти.

Ванга резко насторожился.

— Они действительно так сказали?

— Да.

— Тогда дело очень серьезное...

— Почему?

— Потому что, если они собираются свергнуть Корбану, значит, готовят восстание.

Он мгновенно принял решение.

— Отведите меня туда.

Они быстро вернулись на место. Ванга внимательно обнюхал землю. Несколько мгновений молча изучал следы. Потом уверенно поднял голову.

— Нашел.

Он двинулся вперед.

— Идите тихо. Ни звука.

Через некоторое время они добрались до восточной окраины Земель прайда. Следы здесь терялись среди множества других, но Ванга уже увидел главное. В низине собралась большая группа гиен. Он осторожно подполз ближе и затаился.

На большом камне стояла молодая гиена и громко обращалась к остальным.

— Это наш шанс!

По толпе пробежал одобрительный ропот.

— Львы ослабли! Лучшие бойцы ушли. На Скале остались старики, львицы и детеныши. Если ударить сейчас, эта земля вновь станет нашей!

Несколько гиен радостно завыли. Одна из них спросила:

— А что будет, когда Симба вернется?

— Не вернется.

— Почему?

— Потому что мы приготовим для него ловушку.

Она обвела взглядом остальных.

— Но сначала нужно разобраться с теми, кто остался здесь.

— Как?

— Очень просто.

Гиена ухмыльнулась.

— Сейчас засуха. Воды становится все меньше. Мы уже несколько дней рассказываем буйволам, что львы собираются закрыть для них лучшие водопои.

— И они поверили?

— Пока сомневаются.

Она довольно оскалилась.

— Завтра перестанут.

— Почему?

— Потому что утром мы убьем несколько антилоп прямо возле реки и растерзаем туши в воде. Вода станет красной от крови. Мы скажем, что львы уже начали убивать всех, кто подходит к водопою.

По толпе прокатился довольный смех.

— Буйволы взбесятся.

— Именно.

— Они сами сметут львов со Скалы и от водопоя. А тех, кто останется жив, добьем мы.

Кто-то из задних рядов крикнул:

— А Корбана?

Лицо выступавшей сразу стало жестким.

— Корбана давно предала нас.

По толпе прошел недовольный гул.

— Она служит львам, живет по их законам и кормится их добычей.

Еще одна гиена выкрикнула:

— Она вообще стала королевой только потому, что этого захотели львы!

— Верно!

— Значит, сначала погибнет Корбана.

— И ее детеныши тоже! — выкрикнул кто-то из толпы.

Раздались одобрительные возгласы.

— А кто станет новой королевой?

— Выберем сами!

— Правильно!

— Давно пора избавиться от нее!

Ванга медленно отполз назад. Когда они отошли достаточно далеко, он тихо сказал:

— Тимон... Пумба...

Оба сразу посмотрели на него.

— Немедленно бегите на Скалу. Поднимайте всех.

— А ты?

Ванга бросил взгляд в сторону лагеря гиен.

— А я должен первым найти Корбану.

И, не дожидаясь ответа, стремительно исчез в высокой траве. Он быстро нашел её по запаху. Королева гиен вместе с двумя уже взрослыми детьми возвращалась с охоты. Увидев молодого льва, она удивленно остановилась.

— Ванга? Что ты здесь делаешь?

— Пришел предупредить.

Он говорил быстро и без лишних слов.

— Тебя и твоих детей хотят убить.

Корбана резко подняла голову.

— Кто?

— Твои же гиены.

Она долго молчала.

— Ты уверен?

— Я только что слышал их собрание. Они готовят переворот. Хотят избавиться от тебя, поднять буйволов против львов и захватить власть. За подмогой я уже отправил Тимона и Пумбу.

Корбана медленно села. На ее лице не было ни удивления, ни страха.

Только усталость.

— Боюсь... мой народ действительно устал от меня.

Она тяжело вздохнула.

— Я столько времени убеждала их, что лучше жить рядом со львами, чем погибнуть в бессмысленных войнах. Нас слишком мало. Львы защищают нас и от чужаков, и от других стай гиен. Но всегда находятся те, кому мало спокойной жизни. Им нужно либо все..., либо ничего.

— Это всего лишь кучка подстрекателей, — твердо сказал Ванга. — Мы можем остановить их сейчас.

Корбана покачала головой.

— А потом появятся новые.

— Если сегодня они проиграют, далеко не каждый захочет стать следующим.

Рядом шагнул вперед молодой самец гиены.

— Ванга прав, мама. Надо драться.

Корбана посмотрела на сына.

— Ты слишком молод...

— Иногда молодые видят то, чего не замечают старые, — спокойно ответил Ванга.

Он сделал шаг ближе.

— Они подняли головы только потому, что Симба и Кейси ушли. Думают, что львов мало и никто не вмешается. Когда они поймут, что ошиблись, желающих повторить это станет гораздо меньше.

Корбана молчала. Ванга вдруг улыбнулся.

— Или дочь Арины действительно решила сдаться?

Глаза Корбаны вспыхнули.

— Ты плохо знал мою мать.

— Я не застал ее.

Ванга выдержал паузу.

— Но мой Учитель говорил, что Арина никогда не отступала перед дракой. Он верил, что ее дочь такая же.

Несколько мгновений Корбана смотрела на него. Потом резко поднялась.

— Хватит.

Она зло ударила хвостом по земле.

— Видимо, жара совсем размягчила мне голову.

Королева оскалилась.

— Хотят власти?

Еще шаг вперед.

— Хотят войны?

Она коротко рыкнула.

— Тогда они ее получат.

Корбана повернулась к детям.

— За мной.

Ванга кивнул.

— Самых опасных оставьте мне.

Корбана усмехнулась.

— Там сейчас каждый считает себя самым опасным.

Когда они вернулись, собрание продолжалось. Несколько десятков гиен шумно обсуждали будущий мятеж. Появление Корбаны заставило многих насторожиться.

Она спокойно подошла ближе.

— О чем совет?

Выступавшая гиена сразу ответила:

— Об охоте.

— Странно.

Корбана медленно оглядела собравшихся.

— Обычно такие вопросы решаю я.

Наступило молчание.

— Или я уже не ваша королева?

Никто не ответил.

— На кого же вы собрались охотиться?

— На крупную добычу.

— Неужели... на львов?

Еще тише. Корбана вдруг усмехнулась.

— Значит, правда.

Она резко повысила голос.

— Я знаю весь ваш план!

По толпе прошел тревожный шепот.

— Вы собирались убить меня. Потом поднять буйволов против львов. Все уже раскрыто.

Именно в этот момент вперед вышел Ванга.

— Вы искали войны?

Он спокойно посмотрел на толпу.

— Я здесь.

Несколько гиен зарычали.

— Кто готов доказать свою храбрость?

Наступила напряженная тишина. Потом вперед вышла та самая гиена.

— Это всего лишь блеф.

Она презрительно посмотрела на Вангу.

— Если бы львы все знали, сюда пришел бы целый прайд, а не один сопляк.

Она повернулась к остальным.

— Их мало!

Гиены дружно оскалились.

— Убьем их сейчас!

Вперед вышли около десятка самых крепких гиен. По сигналу Корбаны рядом с ней встали оба ее ребенка.

Ванга тихо сказал:

— Главаря не трогайте. Он мой.

И первым бросился вперед. Первая гиена даже не успела среагировать. Удар тяжелой лапы отбросил ее в сторону. Вторая прыгнула сверху. Ванга ушел в сторону, схватил ее за шею и швырнул прямо в двух других.

Началась свалка. Корбана и ее дети дрались рядом, не позволяя противникам окружить молодого льва. Но численное превосходство быстро стало сказываться. Все больше гиен подключалось к драке. Ванга дрался так, как когда-то учил Шторм. Постоянное движение. Ни одного лишнего шага. Удар — уход — новый удар. Еще одна гиена рухнула на землю. Но почти сразу две другие успели полоснуть его когтями по плечу и боку. Ванга зашипел от боли. Еще несколько противников сомкнули кольцо.

Корбана уже тяжело дышала. Ее дети тоже начали отступать. Казалось, еще немного — и численность возьмет верх.

Именно тогда в толпу гиен словно ударила молния. Две львицы одновременно ворвались в драку.

Дуала. И Аккра.

Никто из гиен не ожидал появления новых противников. Первая же атака смяла их строй. Через несколько мгновений бой превратился в беспорядочное бегство. Несколько самых яростных продолжали сопротивляться.

Но силы уже были слишком неравны. Когда всё закончилось, вокруг лежали тела погибших мятежников, среди которых была и зачинщица переворота. Уцелевшие участники драки разбежались. Те, кто так и не решился напасть, отступили к краю поляны и ждали, опустив головы.

Ванга тяжело опустился на землю. Его плечо и бок были рассечены когтями, ярко желтую шерсть покрывала кровь. Дуала первой подбежала к нему.

— Ты ранен!

Ванга слабо улыбнулся.

— Бывало и хуже...

Она осторожно прижалась к нему, помогая удержаться на лапах. Неподалеку Корбана молча зализывала собственные раны. Ее дети тоже были ранены, но остались живы.

Переворот закончился, так и не успев начаться. В этот момент подоспел Дарий с Мхазиги:

— Ого! Ну и славную же вы тут вечеринку устроили! — присвистнул Дарий, оглядывая поле боя. — Вот умеете без меня начинать! Блин, самое интересное опять пропустил!

Потом повернулся к Ванге.

— Ты как?

Ванга, морщась, зализывал глубокую царапину на плече.

— Живой...

— Живой? — голос поддерживавшей его Дуалы дрогнул. — Ты совсем сдурел?!

— Да все нормально...

— Нормально?!

Она едва сдерживала слезы.

— Ты зачем полез в драку один? Тебя же могли убить!

Ванга виновато отвел взгляд.

— Но не убили же...

— Дурак...

Она легонько ткнула его лапой в плечо и тут же осторожно лизнула рану.

— Прости, Дуала... Просто времени не было...

— ...а голову включить было, — закончил за него Дарий.

Он подошел ближе, внимательно осмотрел раненого ученика и покачал головой.

— Ну шо ты за герой такой? Сам же послал Тимона с Пумбой за подмогой. Таки дождаться её было совсем никак?

Ванга промолчал.

— Если бы мы задержались хоть на пару мгновений, — добавила Аккра, — вас бы здесь уже не было.

Дарий кивнул.

— Во-во. И шо бы ты тогда доказал? Что умеешь красиво погибать?

Он хлопнул Вангу по здоровому плечу.

— Шторм тебя учил побеждать, а не лезть одному против толпы.

Потом Дарий повернулся к Корбане.

— А теперь ты, Ваше Гиенское Величество.

Корбана спокойно выдержала его взгляд.

— Что?

— Шо значит — "что"? Ты-то куда полезла? У тебя дети рядом. Ты королева. Если тебя убьют — дальше шо?

Корбана тяжело вздохнула.

— Они и так собирались убить меня сегодня. Ждать было нельзя.

— Можно было, — покачал головой Дарий. — Всегда можно выиграть немного времени. Иногда оно стоит целой жизни.

Корбана ничего не ответила. Наконец тихо сказала:

— Возможно... Но тогда мне казалось иначе.

Она перевела взгляд на Вангу.

— Ваш молодой лев очень напоминает Шторма.

Дарий усмехнулся.

— Ага. Такой же здоровенный... и такой же временами без мозгов.

Ванга смущенно фыркнул. Дуала тут же посмотрела на Дария.

— Не смешно.

— А я и не смеюсь.

Дарий развел лапами.

— Просто констатирую медицинский факт.

Корбана невольно улыбнулась.

— Но храбрости ему не занимать.

— Вот именно это меня и пугает, — тихо сказала Дуала.

Она снова посмотрела на Вангу.

— Ты хоть представляешь, что со мной было бы, если бы...

Она не договорила. Ванга осторожно коснулся ее лапы.

— Прости...

Дуала лишь вздохнула.

— Домой.

Аккра подошла с другой стороны, помогая Ванге идти. Вслед за ними двинулся Мхазиги.

Дарий задержался рядом с Корбаной.

— Ну шо, помочь дойти? Или уже сама справишься?

Корбана медленно поднялась. Несмотря на усталость, она выглядела вновь настоящей королевой. Она обвела взглядом собравшихся гиен.

— Есть еще желающие оспорить мою власть?

В ответ десятки голов одновременно отрицательно качнулись. По толпе прошел приглушенный ропот. Корбана удовлетворенно кивнула.

Потом посмотрела на Дария.

— Передай уважаемому королю Рамзесу, что у гиен снова спокойно. И пусть не беспокоится.

Дарий улыбнулся.

— Передам. Он таки любит хорошие новости.

Он развернулся и быстрым шагом догнал остальных. На Скале собрался небольшой совет. Сначала Рамзес поблагодарил Тимона и Пумбу за своевременное предупреждение, а потом перевел взгляд на Вангу.

— А теперь поговорим о тебе.

Молодой лев виновато опустил голову.

— Но я хотел как лучше...

— Хотеть мало, — спокойно, но жестко ответил Рамзес. — Надо еще думать. Ты бросился против толпы гиен почти в одиночку. Сегодня мы едва тебя не потеряли.

Он сделал небольшую паузу.

— Нам сейчас не нужны герои, погибшие красивой смертью. Нам нужны живые львы. Чтобы такого больше не повторялось.

— Достаточно, Рамми, — мягко остановила его Сарафина.

Она подошла к Ванге.

— Да, он поступил необдуманно. Но сегодня он доказал, что стал настоящим защитником прайда.

Рамзес посмотрел на жену и улыбнулся.

— Ты права.

Он вновь повернулся к Ванге.

— Дуала и Аккра рассказали, как ты сражался.

Рамзес подошел ближе и коснулся его плеча.

— Мы гордимся тобой.

Ванга смущенно кивнул.

— Спасибо...

Сараби тяжело вздохнула.

— Но теперь надо думать о другом. Буйволы уже на взводе. Гиены успели посеять среди них страх. Любая случайная кровь может превратить все это в настоящее восстание.

— Только буйволы ведь не знают, что здесь произошло, — добавил Ванга. — Почему они сразу поверят нам?

— После сегодняшнего кое-какой авторитет появится, — спокойно сказал Рамзес.

Дарий покачал головой.

— Пап, появится... но не настолько, шоб на одном честном слове остановить целое стадо.

Рамзес посмотрел на сына.

— И что ты предлагаешь?

Дарий прочистил горло.

— Значит, так...

Он посмотрел на Дуалу.

— Ты уж не обижайся, красавица. Я понимаю, шо Ванга тебе почти муж, сердце твоё и все такое... Но завтра он идет с нами.

Дуала нахмурилась.

— Он ранен.

— Жить будет.

Дарий улыбнулся.

— А вот его морда сейчас дорогого стоит.

Все вопросительно посмотрели на него.

— Для буйволов он теперь тот самый молодой лев, который в одиночку полез против гиен. Такой авторитет на дороге не валяется.

Он перевел взгляд на Рамзеса.

— Пойдём втроем. Ты, я и Ванга.

Дарий начал загибать когти.

— Спокойно объясним, шо гиены им наврали. Что виновные уже лежат кверху лапками. Шо никто никого к водопою не собирался не пускать. И шо никакой войны против буйволов не будет.

Он усмехнулся.

— Хотя фантазия у этих шавок, конечно, богатая.

Рамзес задумчиво кивнул.

— План хороший.

Потом тихо добавил:

— Беда лишь в том, что иногда ложь оказывается очень похожей на правду.

— А если они нападут раньше, чем вы успеете хоть слово сказать? — встревоженно спросила Аккра.

Дарий пожал плечами.

— Тогда будем очень быстро уносить свои красивые хвосты.

— Дарий... — начала Эли.

— Помню, любимая, — сразу перебил он. — Осторожно, аккуратно, без геройства. Все будет нормально.

— Постарайтесь вернуться целыми, — тихо сказала Сарафина.

Рамзес вновь стал серьезным.

— До нашего возвращения львят со Скалы не выпускать.

Сараби кивнула.

— Если буйволы все-таки сорвутся, уведём детей через западную пещеру.

— Хорошо.

Некоторое время все молчали. Потом Рамзес тяжело вздохнул.

— Перед самым советом я отправил Чаку обратно к Кейси.

Сарафина удивленно посмотрела на него.

— Зачем?

— Чтобы предупредить. Если Кейси задержится слишком долго, найдутся и другие желающие испытать нашу власть на прочность.

Сарафина нахмурилась.

— Не рано ли? Им сейчас нельзя мешать. Они должны найти детей.

Рамзес отвел взгляд.

— Я не хотел говорить раньше...

Все насторожились.

— Чака ещё до этого прилетал к нам с вестями от отряда.

На Скале стало совсем тихо.

— Они никого не нашли в Долине Прайдов.

Сараби испуганно прошептала:

— Значит... детей там нет?

— Они ждут известий от Адисы.

Дарий медленно произнес:

— Тогда... где же они?

Рамзес посмотрел на север.

— Есть одна мысль.

Он говорил медленно, словно сам боялся этих слов.

— Возможно, детей увели не в Долину.

— А куда? — спросил Дарий.

— На север.

Дарий резко поднял голову.

— В Саванну Невозвращения?

— Возможно.

Он помолчал.

— Белый Шторм говорил, что видел группу львов за северным проходом.

Сараби закрыла глаза.

— Боже...

Она едва удержалась на лапах.

— Тогда Симба и Кейси ищут совсем не там...

Ее голос дрогнул.

— Киара... Кову... Сабра... Кизура... Киншаса...

Она почти прошептала:

— Кто же спасет их?..

Рамзес тихо ответил:

— Возможно... Белый Шторм.

Все посмотрели на него.

— Чака рассказал, что отряд нашёл следы Белого Шторма у Большого Ручья. Но самого Джиту в Долине уже не было. Значит, он действительно пошёл дальше на север.

Дарий задумчиво нахмурился.

— А если он не ищет детей?

Все повернулись к нему.

— Если после всего случившегося он просто решил вернуться домой?

Леда резко подняла голову.

— Ты тоже считаешь его виновным?

Дарий покачал головой.

— Нет, Леда. Я таки многих повидал и верю ему как самому себе. Но, если весь мир объявил тебя предателем... куда ещё идти? Он вырос среди аутсайдеров. Поэтому и вернулся туда.

Рамзес медленно кивнул.

— Такая возможность есть.

Он тяжело вздохнул.

— И если это правда...

Фразу он закончить не смог. Наступила абсолютная тишина. Ее нарушила Леда. Она говорила спокойно, но в каждом слове звучала непоколебимая уверенность.

— Он найдёт их.

Все посмотрели на нее.

— И спасёт.

Дарий грустно улыбнулся.

— Очень хотелось бы, шоб ты оказалась права.

Он поднял глаза к темнеющему небу.

— Дай Бог...

Позже Сараби подошла к Рамзесу, когда тот отдыхал рядом с Сарафиной. Некоторое время она молча смотрела на него. Потом тихо спросила:

— Рамзес... Я хочу знать правду.

— Какую именно?

— Что будет с нашими внуками... если их не найдут? Зачем вообще похитили их?

Рамзес долго молчал. Потом тяжело вздохнул.

— Я не знаю наверняка. Но могу предположить.

Он опустил взгляд.

— Айзек рассказывал мне, как устроена там жизнь.

Сараби невольно напряглась.

— Скорее всего, детей увели в рабство.

Эти слова прозвучали особенно тяжело.

— Рабство? — едва слышно переспросила Сарафина.

Рамзес кивнул.

— У большинства аутсайдеров нет собственной земли. Есть лишь лагеря, где они живут между походами. Они охотятся на чужих территориях, совершают набеги, воюют... Иногда похищают львят и взрослых львов.

Он сделал небольшую паузу.

— Раб становится собственностью хозяина. Он охотится для него, сражается за него, идет с ним в походы. Иногда погибает. Иногда выживает.

— Почему же они не убивают своих хозяев? — спросила Сарафина.

Рамзес покачал головой.

— Потому что вся их жизнь построена на силе.

Он немного помолчал, подбирая слова.

— Хозяина боятся. Его власть держится на авторитете. Он окружает себя самыми сильными и преданными бойцами. Одних приближает, других сталкивает между собой. Любой бунт заканчивается кровью.

— Но ведь можно просто убежать...

— Можно.

Рамзес грустно улыбнулся.

— Только бежать зачастую некуда.

Он посмотрел на Сараби.

— Хорошему рабу дают больше еды. Ему доверяют. Иногда обещают свободу. Со временем многие начинают жить этой надеждой.

— Какая же это свобода? — тихо спросила Сарафина.

— Никакая.

Рамзес медленно покачал головой.

— Но лев способен привыкнуть почти ко всему.

Он тяжело вздохнул.

— Некоторые начинают считать, что свобода — это просто хороший хозяин.

На Скале стало совсем тихо. Рамзес продолжил:

— Есть и другой путь.

Он посмотрел вдаль.

— Стать гладиатором.

Сараби непонимающе нахмурилась.

— Лучших бойцов отправляют в школы гладиаторов. Там их долго готовят к Чемпионатам. Победитель может получить свободу.

— Может? — переспросила Сарафина.

— Именно может.

Рамзес сделал ударение на этом слове.

— Никто ничего не гарантирует. До настоящей свободы доживают далеко не все.

Несколько долгих мгновений никто не произносил ни слова. Наконец Сараби тихо спросила:

— Значит... что ждёт наших малышей?

Рамзес закрыл глаза.

— Если мои предположения верны...

Ему было трудно продолжать.

— Киара, Кизура и Киншаса станут рабынями.

Он перевел взгляд на Сараби.

— А Кову и Сабру, скорее всего, отправят учиться на гладиаторов.

— Сабра же ещё совсем ребёнок... — прошептала Сарафина.

Рамзес кивнул.

— Да. Как и Кизура с Киншасой. Для настоящих поединков они ещё малы. Но заставлять что-то делать, наказывать за непослушание могут уже сейчас.

— А вот Кову могут сразу отправить к гладиаторам. И сначала будут использовать как «грушу» для тренировок более старших или опытных бойцов.

Он вспомнил рассказ Белого Шторма.

— Именно так когда-то начинал Джитузури.

Сараби закрыла глаза. По ее щекам медленно покатились слезы.

— Бедные наши внуки...

Рамзес подошел ближе.

— Послушайте меня.

Обе львицы подняли головы.

— Пока они живы, мы можем их вернуть.

Он говорил спокойно, но твердо.

— Мы не прекратим поиски. Даже если они займут много лун.

Рамзес посмотрел на север.

— Когда вернется Кейси, если потребуется, я сам поведу отряд в Саванну Невозвращения.

Он немного помолчал.

— И ещё я жду известий о Белом Шторме.

— Почему? — спросила Сараби.

— Потому что его появление среди аутсайдеров невозможно скрыть.

На лице Рамзеса впервые появилась слабая надежда.

— Если он действительно добрался туда, об этом рано или поздно узнает Адиса.

Он перевел взгляд на обеих львиц.

— А значит, узнаем и мы.

Рамзес твердо закончил:

— Сейчас самое главное — не терять надежду. Пока наши дети и внуки живы, мы будем бороться за них. И однажды обязательно вернем их домой.