📖 Глава 16. Глава 16

Прошло три заката, прежде чем Ванг, как и обещал, принёс детей Рамзеса — Киншасу и Траяна. Два маленьких львёнка оказались удивительно похожи. Любопытные глаза, ещё неуклюжие лапы и бесконечное желание исследовать всё вокруг не давали им усидеть на месте.

Мвекунду поначалу опасался этой встречи. После смерти Тиары он боялся, что сын не найдёт в себе сил принять малышей — особенно зная, что их бросила мать.

Но произошло совсем другое.

Едва увидев львят, Рамзес словно ожил. Осторожно прижал их к себе, долго обнюхивал и вылизывал, а потом почти весь день возился с ними: перекатывал лапой, позволял карабкаться себе на спину, терпеливо ловил, когда они неуклюже бросались на его хвост. Львята быстро перестали его бояться и уже к вечеру воспринимали отца как огромную живую игрушку.

Глядя на них, Рамзес впервые за последние дни искренне улыбался. И всё же Мвекунду видел: улыбка исчезала, стоило малышам заснуть или ненадолго убежать к Амади. Тогда сын словно проваливался в себя. Его взгляд пустел, движения становились медленными, мысли возвращались туда, откуда не могли выбраться. Горе никуда не ушло — просто рядом с детьми ненадолго отпускало.

Учитель понимал: Рамзеса могла бы спасти работа. Она всегда помогала отвлечься от самых тяжёлых мыслей. Но сейчас даже её он не мог дать сыну. До начала нового обучения оставалось ещё немало времени, а малыши были слишком юны для занятий.

Что касается Айзека, Амади почти с ним не расставалась. Она сама выкармливала малыша и никому его не доверяла. После смерти Тиары дочь тоже изменилась: стала молчаливой, избегала шумных разговоров и почти всё время проводила наедине с детьми. Поэтому Рамзес видел Айзека лишь изредка — когда Амади ненадолго выходила из уединения или сама приносила малыша отцу.

Мвекунду с тревогой наблюдал за обоими. Каждый переживал утрату по-своему. Амади пряталась от мира. Рамзес, напротив, старался жить ради детей. Но Учитель слишком хорошо знал сына, чтобы обманываться: рана была ещё свежа, и время пока научило его только скрывать боль, а не жить с ней.

На четвёртый рассвет Мвекунду разбудил едва уловимый шорох у входа в пещеру.

Старый лев мгновенно открыл глаза. Долгие сезоны Учительства приучили его доверять чутью. Кто-то был рядом. Он бесшумно поднялся и вышел наружу.

У входа стоял лев. Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга. Потом Мвекунду не поверил собственным глазам.

— Ахади?!

Лев широко улыбнулся.

— Доброе утро, Учитель! Давно не виделись.

— Ахади…

Мвекунду быстро подошёл к нему и крепко прижался лбом к его лбу.

— Как же я рад тебя видеть!

— И я рад, Учитель.

Несколько мгновений они стояли молча. С последней встречи произошло столько всего, что слова нашлись не сразу. Наконец Мвекунду слегка отстранился.

— Какими судьбами? Что привело тебя сюда?

Ахади усмехнулся.

— Захотел увидеть старого друга. Разве этого мало?

Мвекунду улыбнулся, но тут же помрачнел.

— Для друга — более чем достаточно… Только, Ахади, если ты думаешь, что здесь всё забыто…

Он виновато опустил глаза.

— Мне пришлось просить Совет передать твои прежние земли Мвонге — в качестве малой платы за потерю Уру. Прости меня…

Ахади спокойно покачал головой.

— За что? Ты сделал то, что должен был.

Он улыбнулся.

— Зато теперь у меня есть настоящий дом. Уру счастлива. Я счастлив.

— Как она?

— Передавала тебе поклон. И ещё…

На лице Ахади появилась улыбка, которую невозможно было скрыть.

— У нас родились Муфаса и Така.

Мвекунду сразу оживился.

— Вот это новость! Поздравляю! От всей души поздравляю!

— Спасибо.

— И кто же из них наследник?

— Муфаса.

— Значит, уже пора искать ему Учителя…

Ахади кивнул.

— Именно поэтому я здесь. Я хочу попросить Рамзеса стать его Учителем.

Улыбка на лице Мвекунду медленно погасла.

— Не знаю…

— Что случилось?

Учитель тяжело вздохнул.

— Нас посетила беда, Ахади… И не одна.

И он коротко рассказал обо всём. Выслушав его, Ахади долго молчал.

— Мне очень жаль… А ребёнок?

— Выжил. Мальчика назвали Айзеком.

Ахади кивнул.

— Тогда я действительно пришёл не вовремя.

Он сделал шаг назад.

— Не стану больше тревожить вас…

В этот момент из пещеры вышел Рамзес. Увидев Ахади, он удивлённо замер.

— Доброе утро…

Ахади подошёл ближе.

— Я слышал… Прими мои соболезнования.

— Спасибо.

Рамзес хотел пройти мимо, но отец остановил его.

— Сынок…

Он подошёл и крепко обнял его.

— Так больше нельзя.

— Что нельзя?

— Чтобы ты перестал жить.

Рамзес молчал.

— Мне тоже больно, сын. Каждый угол этой пещеры напоминает о Тиаре. Но она отдала жизнь, чтобы ты жил дальше, а не умер вместе с ней.

Мвекунду посмотрел сыну прямо в глаза.

— Она любила твою улыбку. Не твою скорбь.

Рамзес отвернулся.

— Папа…

— Послушай меня.

Мвекунду положил лапу ему на плечо.

— Сейчас тебе нельзя оставаться здесь.

— Почему?

— Потому что здесь слишком много воспоминаний. Они не дают тебе сделать следующий шаг.

Он указал взглядом на Ахади.

— Поэтому я прошу тебя отправиться с ним. У него есть ученик для тебя. Муфаса.

Рамзес покачал головой.

— Нет, папа… Я сейчас не смогу никого учить.

— Сможешь.

— Нет.

— Сможешь.

— Мы всегда набирали целую школу учеников, а не одного!

— Иногда жизнь меняет правила, — спокойно ответил Мвекунду.

Тут вмешался Ахади.

— Помнишь, ты сам говорил: «Друзья моего отца — мои друзья».

— Говорил…

— Так помоги другу.

— Но обучение Муфасы…

— Он — будущее всего моего прайда, — тихо сказал Ахади. — И я никому не доверяю так, как своему Учителю.

Мвекунду продолжил:

— А я никому не доверяю так, как своему сыну.

Он говорил спокойно, но в голосе звучала особая теплота.

— Рамзес… Ты уже давно стал Учителем. Настоящим.

Рамзес поднял глаза.

— Папа…

— Я горжусь тобой.

Этих слов Рамзес не ожидал.

— Всю жизнь я боялся, что не успею передать тебе всё, что знаю. А теперь понял: ты уже способен идти своей дорогой.

Мвекунду улыбнулся.

— Настало время, когда не я должен вести тебя за собой, а ты — других.

Он ненадолго замолчал.

— Помоги Муфасе стать достойным Королём. Так же, как когда-то я помог его отцу.

Рамзес долго молчал. Потом неожиданно развернулся и ушёл. Ахади тихо вздохнул.

— Похоже…

— Не спеши, — перебил его Мвекунду. — Он сейчас борется не с нами.

Прошло совсем немного времени. Рамзес вернулся. Его глаза были красными, но взгляд стал твёрже.

— Я согласен.

Оба старших льва одновременно посмотрели на него.

— Но у меня просьба.

— Какая? — спросил Ахади.

— Дайте мне сегодняшний день.

Он с трудом сглотнул.

— Я хочу побыть с Айзеком. Не знаю, когда снова его увижу.

Ахади понимающе кивнул.

— Конечно.

Но Мвекунду неожиданно покачал головой.

— Нет.

Оба удивлённо посмотрели на него.

— Ты отправишься сейчас.

— Прямо сейчас?!

— Именно.

Рамзес растерялся.

— Но…

— Если останешься ещё хотя бы на одну ночь, то снова передумаешь.

Мвекунду подошёл совсем близко.

— Иногда сердце нужно вырывать из боли сразу. Иначе оно навсегда останется в ней.

Он ласково потёрся лбом о лоб сына.

— Айзек будет здесь. Мы с Амади позаботимся о нём. Твой сын ни в чём не будет нуждаться. А ты…

Он с трудом договорил:

— Ты должен снова научиться жить.

Рамзес молча прижался к отцу. Так они простояли несколько долгих мгновений.

— Спасибо… папа.

— Нет.

Мвекунду улыбнулся.

— Это тебе спасибо. За то, что стал наконец тем львом, о котором мечтал твой старый Учитель.

Он повернулся к Ахади.

— Береги его.

Ахади серьёзно кивнул.

— Клянусь.

— Теперь он не только мой сын.

Мвекунду улыбнулся.

— Теперь он ещё и Учитель будущего Короля.

Ахади подошёл к старому другу. Они крепко обнялись.

— Береги себя, Учитель.

— И ты, мой мальчик.

— Не называй меня так. У меня уже двое сыновей.

— Для меня ты всё равно останешься тем львёнком, которого когда-то впервые привёл ко мне учиться твой отец.

Ахади тихо рассмеялся, но глаза его предательски заблестели.

— Тогда… до встречи.

— До встречи.

Мвекунду долго смотрел вслед двум удалявшимся львам. И только когда их силуэты окончательно растворились среди высокой травы, старый Учитель негромко прошептал:

— Удачной дороги… мои мальчики.