📖 Глава 12. Глава 12

Через несколько восходов после возвращения Тиары в земли Мвекунду, когда пещеры ещё хранили запах недавнего свадебного пира, к Учителю пришёл лев, которого никто не ждал в этот день.

Рамзес был счастлив. После долгих лун страха, разлуки и неизвестности он наконец лежал рядом с Тиарой — своей женой. Вокруг собрались немногочисленные гости, друзья Учителя. Они рассказывали истории и поздравляли молодых. Тиара улыбалась.

Но всякий раз, когда среди гостей появлялся новый силуэт, она невольно поднимала голову. Тиара ждала Калашу и надеялась, что дочь всё-таки придёт, хотя бы раз увидит её рядом с Рамзесом.

Но солнце поднялось и ушло к закату, а Калаши так и не было. Тиара скрыла свою боль. Сегодня был день Рамзеса. И она хотела, чтобы он запомнил его счастливым.

Когда вечерние тени стали длиннее, появился лев, при виде которого Рамзес насторожился. Мвекунду сразу понял: это не обычный визит.

Слишком серьёзным было лицо пожилого льва.

— Здравствуй, Ванг, — поприветствовал его Мвекунду. — Рад видеть. Хотя должен признаться, я не ожидал тебя. Но сегодня такой день, что…

— Добрый вечер, Мвекунду.

Ванг посмотрел на Рамзеса.

— Хотя для всех ли этот вечер добрый — скоро станет понятно.

Мвекунду нахмурился.

— Зачем пришёл?

— Поговорить.

Ванг перевёл взгляд на него.

— С тобой и твоим сыном.

Втроём они оставили гостей и отошли подальше.

— Помнишь мою дочку, Лейлу? — спросил Ванг.

— Конечно. Как она? — ответил Мвекунду.

— Спасибо, неплохо. Она уже стала матерью двух львят. Им почти пять лун.

Несколько мгновений никто не говорил. Мвекунду медленно повернул голову к сыну.

— Что ж, рад за тебя. Хотя Лейла почти ровесница Рамзеса…

— Именно.

Ванг говорил спокойно. Слишком спокойно.

— Кто их отец? — тихо спросил Рамзес.

Ванг посмотрел прямо на него.

— Ты.

Молчание стало тяжёлым. Даже ветер словно перестал двигаться.

— Объясни, — произнёс Мвекунду.

— Лучше бы он сам объяснил. Но изволь. Твой сын был с моей дочерью незадолго до своего исчезновения. Лейла ждала его и верила, что он вернётся.

Ванг сделал паузу.

— И не сразу сказала правду. Надеялась, что совесть некоторых сама их приведёт обратно.

Он посмотрел на молодого льва.

— Но несколько восходов назад она узнала, что он взял другую львицу в жены.

Рамзес опустил взгляд.

— Тогда она рассказала всё.

Мвекунду молчал. Но внутри него уже поднимался холодный гнев.

— И зачем же ты пришёл сейчас?

Ванг посмотрел на траву под лапами.

— Засуха ударила по нашим землям. Добычи мало. Стало трудно кормить всех.

Он поднял глаза.

— Лейла надеялась, что Рамзес заберёт её. Что он станет отцом не только по крови, но и по поступкам.

Рамзес вздрогнул.

— Она…

— Она больше не хочет тебя видеть.

Эти слова прозвучали тихо. Но ударили сильнее рыка. Ванг продолжил:

— Я решил выдать её замуж. Жених согласен взять её. Но без львят. И Лейла согласилась.

Рамзес резко поднял голову.

— Как же мать могла…

— Могла.

Ванг посмотрел на него жёстко.

— Ты оставил её одну. Не интересовался, как она живёт. Погулял немного и бросил.

Он сделал шаг ближе.

— Не удивляйся, что теперь она выбирает свою жизнь.

Мвекунду заговорил впервые:

— Довольно.

Он говорил тихо, но в голосе было столько силы, что Ванг остановился.

— Ты говоришь о моих внуках.

— Именно поэтому я здесь.

Ванг кивнул.

— Через несколько восходов у Лейлы будет новая семья. А ещё через пять восходов я принесу сюда львят.

Он посмотрел на Рамзеса.

— Ты их отец.

Пауза.

— Мы их назвали Киншасой и Траяном.

Мвекунду медленно закрыл глаза. Внутри ломалось нечто более глубокое, чем гнев: доверие к собственному сыну.

— Хорошо, — наконец произнёс он.

Ванг кивнул.

— Ещё одно.

Он повернулся к Мвекунду.

— Совет собирается после следующей смены луны. Ты должен быть там вместе с сыном и его семьёй.

— Тиара беременна. Ей скоро рожать.

— Совет хочет говорить с ней.

— Нет.

В голосе Мвекунду впервые появился металл.

— Она никуда не пойдёт.

Рамзес вмешался:

— Почему Совет хочет её видеть?

Ванг посмотрел на него холодно.

— Молодой лев, иногда лучше сначала слушать.

— Она моя жена.

— Рамзес.

Мвекунду остановил сына.

— Что именно сказал Совет?

— Мне поручили только передать приглашение.

Ванг склонил голову.

— Остальное узнаешь сам.

Ванг ушёл. Долгое время после его ухода никто не говорил. Рамзес стоял неподвижно. Потом тихо произнёс:

— Папа… я ничего ей не обещал.

Мвекунду даже не посмотрел на него.

— Замолчи.

Это было сказано спокойно. И именно поэтому страшно.

— Лучше молчи, сын.

Он повернулся.

— Посмотри на меня.

Рамзес поднял глаза.

— Я растил тебя не для этого.

Мвекунду говорил медленно.

— Я хотел, чтобы ты стал Учителем. Чтобы львы смотрели на тебя и говорили: «Вот каким должен быть Король».

Он сделал паузу.

— А теперь?

Тишина.

— Теперь они увидят льва, который оставил беременную львицу и ушёл искать другую судьбу.

— Я не любил Лейлу. Только Тиара в моём сердце.

В глазах Мвекунду вспыхнул холодный огонь.

— А дети, по-твоему, появились от ветра? Если ты не любил её, зачем был рядом, целовал, ласкал? Зачем дал надежду, а потом отнял?

Мвекунду отвернулся.

— Сейчас я впервые задумался, понимаешь ли ты вообще, что такое любовь.

Рамзес молчал.

— Ты думал только о своих чувствах.

Голос Мвекунду стал тише.

— Но любовь — это не только желание быть с кем-то. Это ответственность за тех, кто оказался рядом благодаря тебе.

Рамзес закрыл глаза.

— Что мне делать?

Мвекунду холодно посмотрел на сына.

— Ты примешь своих детей.

Пауза.

— И будешь заботиться о них так же, как о детях Тиары.

Рамзес молча кивнул.

— Но она ничего не должна знать. Правду об их матери ты скроешь.

Рамзес поднял голову.

— Почему?

Мвекунду долго молчал. Потом сказал:

— Потому что она больна. Очень.

Мир для Рамзеса остановился.

— Что?

— Она скрывала это, чтобы не омрачать твоё счастье.

Он посмотрел сыну прямо в глаза.

— А теперь ты принёс ей ещё одну боль.

Рамзес побледнел.

— Она умрёт?

— Не знаю.

Мвекунду тяжело вздохнул.

— Поэтому больше никто не должен знать правду. Львицу-кормилицу я найду.

Молчание.

— Ты понял меня?

— Да, папа.

— Никогда не говори Тиаре о Лейле.

Рамзес кивнул. Мвекунду остался один. Он смотрел, как последние лучи солнца уходят за горизонт. Ещё недавно Учитель боялся, что сын слишком торопится жить. Теперь ясно видел, к чему ведёт такая спешка. К испытаниям.

Слишком рано. Слишком жестоко.

Мвекунду закрыл глаза.

— Только бы Тиара не узнала…

Впервые за многие сезоны старый Учитель боялся не врагов, не войн и не чужих прайдов.

Он боялся правды.