📖 Глава 3. Глава 3

Дни в новом доме сменяли друг друга, и жизнь понемногу входила в привычное русло. Тиара всё сильнее привязывалась к Бенгеле. Та оказалась удивительной львицей. Иногда она могла посреди ночи разбудить Тиару совершенно серьёзным вопросом:

— Тиара, объясни мне одну любопытнейшую вещь. Что такое формализм? Мне кажется, это фэноменально важный вопрос!

После таких разговоров Тиара долго не могла уснуть. Бенгела обладала редким умом и бесконечным любопытством. При этом она сохраняла почти детскую непосредственность. Многие её рассуждения были настолько неожиданными, что Тиара смеялась до слёз.

Однажды вечером Бенгела пришла как раз тогда, когда Тиара укладывала Калашу спать. Увидев её, львёнок радостно вскочил.

— Тётя Бенгела! Расскажите что-нибудь интересное!

— Калаша, нельзя приставать к гостям с такими просьбами, — мягко одёрнула её Тиара.

— Почему же нельзя? — удивилась Бенгела. — Дитя тянется к знаниям. Это же замурчательно! Такие порывы нельзя останавливать.

— Мне неловко перед тобой, — улыбнулась Тиара. — Она так привыкла к твоим рассказам…

— Неужели? Вот это поворот хвоста! Тогда специально для моей самой внимательной слушательницы расскажу одну историю.

Бенгела удобно улеглась и заговорила чуть тише:

— Это история про маленького антилопёнка, который однажды потерял маму.

Калаша сразу навострила уши.

— Он был совсем маленьким. Стоял один среди высокой травы и всё время тихонько звал:

— Мама… мама…

Но мама не приходила. Зато его услышала львица по имени Конока. Антилопёнок испугался. Ведь мама всегда говорила, что львы страшные. Но Конока не стала его есть.

Она легла рядом, согрела малыша своим боком и сказала:

— Не бойся. Пока я рядом, никто тебя не обидит.

— Правда? — тихо спросила Калаша.

— Правда, — кивнула Бенгела. — Сначала он ей совсем не доверял. Даже пытался боднуть её своими крошечными рожками. А потом привык. Иногда засыпал, уткнувшись носом ей в лапу. Иногда гонялся за её хвостом, думая, что это какая-то смешная змейка.

Калаша захихикала.

— Каждый день Конока искала его стадо. Они поднимались на холмы, заглядывали в долины, прислушивались к каждому звуку.

А антилопёнок всё спрашивал:

— Сегодня найдём маму?

И Конока отвечала:

— Обязательно найдём.

Она очень хотела помочь ему вернуться домой.

Бенгела ненадолго замолчала.

— Нашли? — нетерпеливо спросила Калаша.

— Нет… Не успели.

Однажды Конока всего на несколько мгновений потеряла малыша из виду. Когда она бросилась искать его, было уже поздно. По поляне проходил одинокий лев…

Бенгела снова замолчала.

— И антилопёнок погиб.

Калаша печально опустила голову.

— Какая грустная история…

— Да, — тихо ответила Бенгела. — Конока очень долго винила себя. Но знаешь, что она сделала потом?

— Что?

— Она не перестала помогать другим. Если находила потерявшихся малышей, снова пыталась вернуть их домой. Не всех удалось спасти. Но одного она всё-таки довела до родного стада.

— Значит, она всё-таки победила?

Бенгела улыбнулась.

— Думаю, да. Иногда не получается изменить весь мир. Но можно изменить весь мир для кого-то одного.

Калаша задумчиво молчала.

— А ещё, — добавила Бенгела, — добро не становится хуже только потому, что однажды проиграло.

Она хотела сказать что-то ещё, но заметила, что Калаша уже крепко спит. Бенгела тихонько поднялась.

— Спасибо тебе, — шёпотом сказала Тиара. — Ты действительно умеешь рассказывать.

— Только это не сказка, — негромко ответила Бенгела. — Такая львица действительно жила.

Тиара удивлённо посмотрела на неё.

— Правда?

— Да. Эту историю ещё моя мама слышала от своей мамы. Конока действительно не могла иметь львят и жила одна. Она несколько раз пыталась спасти детёнышей антилоп, отбившихся от стада.

Бенгела ненадолго задумалась.

— Наверное, она понимала, что почти ничего не сможет сделать. Она ведь не могла кормить их молоком. Но всё равно пыталась. Представляешь? Даже понимая, что надежды почти нет.

— Она была очень смелой.

— Или очень доброй, — тихо сказала Бенгела. — Иногда между этими словами почти нет разницы.

— А что с ней стало?

— Никто не знает. Говорят, спустя полный круг сезонов Конока просто исчезла. Может быть, ушла искать новое место. А может, отправилась вслед за своими предками. Об этом уже никто не расскажет.

Некоторое время обе молчали. Потом Бенгела негромко усмехнулась:

— Иногда мне кажется, что я немного похожа на неё. Мне тоже ужасно хочется стать мамой. И я очень надеюсь, что когда-нибудь встречу достойного льва. Всё-таки льва, а не антилопу. Это было бы… фэноменально неловко.

Тиара тихо рассмеялась.

— Встретишь. Я в этом не сомневаюсь.

— Очень на это рассчитываю. А вообще я пришла не только рассказывать истории. Завтра выходим на охоту раньше обычного. Так что никаких грустных мыслей. Выспитесь как следует.

Она поднялась.

— Спокойной ночи! И пусть всем нам приснятся хорошие сны!

С этими словами Бенгела скрылась в кустах, а Тиара ещё долго смотрела ей вслед, думая о том, как странно иногда судьба сводит вместе совершенно непохожих друг на друга существ.

Бенгела постепенно ввела тигрицу в местную жизнь. Она показала ей окрестности, рассказала, где чаще всего держатся разные стада, научила различать дичь по запаху, следам и даже по тревожным голосам птиц. Для Тиары это стало новой школой жизни. Она училась заново — теперь не у тигров, а у львов.

Однако счастье длилось недолго.

Вскоре Тиара заметила, что Мтая всё чаще оказывается поблизости. Куда бы она ни шла — на охоту, к водопою или обратно, — спустя некоторое время ветер неизменно приносил его запах. На мягкой земле оставались свежие следы широких лап, а на коре деревьев и колючих кустах нередко висели клочки белой шерсти. Молодой лев явно ходил за ней по пятам, хотя старательно делал вид, будто это случайность.

Пока Тиара была среди львиц, он держался на расстоянии. Но однажды дождался момента, когда она возвращалась одна.

— Привет!

— Привет.

— Как дела? — Мтая натянуто улыбнулся, стараясь казаться приветливым.

— Нормально. Чего тебе?

— Эй, полегче! Я же просто интересуюсь.

— Зачем? — спокойно спросила Тиара, не отводя взгляда.

Мтая на мгновение растерялся. Такой прямоты он явно не ожидал.

— Я… хотел предложить тебе свою дружбу. И своё покровительство.

— Спасибо. Не стоит.

— Что именно не стоит?

— Ни покровительство. Ни дружба.

— Почему?

— Потому что про тебя мне уже многое рассказали.

— И что же такого?

— Здесь половина львят — твои дети, а их матери — разные львицы. Извини, но подобная дружба меня не интересует.

Лицо Мтаи заметно помрачнело.

— А здесь вообще-то я решаю, с кем дружить! И потом… я единственный свободный белый лев. Ты уже любила белого льва. Нас здесь немного. Мы слишком выделяемся среди остальных. Другие нас сторонятся. Мы должны держаться вместе.

— Мы никому ничего не должны, — спокойно ответила Тиара. — Особенно друг другу. То, что цветом шерсти ты похож на моего любимого, ещё не делает тебя похожим на него. Я сама могу постоять за себя. Ещё вопросы?

Мтая медленно перестал улыбаться.

— Есть. Ты собираешься жить здесь долго?

— Тебе какое дело?

— Если останешься хотя бы ещё на день… всё равно станешь моей.

Тиара прищурилась.

— Да неужели?

— Не забывай, кто тебя спас. Кто дал тебе и твоему детёнышу приют. Мой отец позволил вам жить на нашей земле, охотиться здесь, кормиться. Пора платить за добро.

Он сделал шаг вперёд.

— Я и отец были добры к тебе. Значит, и ты должна быть… очень… доброй ко мне.

На слове «очень» он нарочно понизил голос.

Он уже не просил. Он требовал. И был абсолютно уверен, что тигрица не осмелится отказать наследнику Короля.

— Последний раз предупреждаю, — тихо произнесла Тиара.

Но Мтая лишь усмехнулся и сделал ещё один шаг. Следующее мгновение оказалось для него полной неожиданностью: перед глазами мелькнула полосатая лапа.

Удар был настолько быстрым и сильным, что молодой лев даже не понял, как оказался на земле. Перед глазами вспыхнули искры. Зарычав от ярости, он вскочил и бросился вперёд. Тигрица словно растворилась. Он пролетел мимо.

Ещё миг — и Мтая уже сам лежал мордой в земле. Мощная лапа прижимала его к траве, острый коготь остановился возле самого горла, а над ухом раздался низкий тигриный рык — негромкий, но такой, от которого по спине побежали мурашки.

Мтая впервые по-настоящему испугался.

— Ладно… сдаюсь… — прохрипел он.

Ещё несколько мгновений Тиара удерживала его. Потом молча убрала лапу и отошла. Мтая медленно поднялся. Он уже не смотрел на неё с самоуверенной улыбкой. Несколько раз насторожённо оглянулся и, не сказав больше ни слова, ушёл. Тиара решила, что на этом всё закончилось.

Она ошиблась.

Вскоре она увидела перед собой почти весь прайд. Впереди шёл Джерах. Рядом — Анабель и Мтая. По их лицам Тиара сразу поняла: разговор будет тяжёлым.

— Мой сын сообщил мне, — начал Джерах холодным официальным голосом, — что ты без всякой причины напала на него после того, как он предложил тебе стать его женой. Это правда?

— Нет, Ваше Величество. Он попытался принудить меня. Я лишь защищалась.

— Но ты ударила его?

— Да. Но…

— Значит, предложение стать его женой всё-таки было?

— Нет. Он…

— Нет? — Голос Джераха стал ледяным. — То есть мой сын лжёт?

— Да, Ваше Величество.

Король кивнул, словно именно этого ответа и ожидал.

— Любопытно. Он говорит, что лжёшь ты. Ты говоришь, что лжёт он. Свидетелей нет. Значит, кто-то из вас действительно лжёт.

— Это не я.

— Возможно.

Он сделал небольшую паузу.

— Тогда докажи.

— Каким образом?

— Ответь всего на два вопроса.

Тиара насторожилась.

— Ты когда-нибудь лгала мне?

— Нет.

— И никогда не нарушала моих законов?

— Нет…

И только произнеся это слово, она поняла, куда ведёт разговор. В груди похолодело. Мтая стоял чуть позади отца и едва заметно улыбался.

Он всё рассказал. Абсолютно всё.

— Вот как? — тихо произнёс Джерах. — А мой запрет охотиться в одиночку?

Тиара молчала.

— Ты нарушила его?

— Да…

— И буйвол, которого вы якобы нашли…

— Его добыла я.

— Значит, ты солгала мне тогда.

Тиара хотела что-то сказать, но Джерах уже поднял лапу.

— И сейчас тоже солгала. Ты только что уверяла, что никогда не нарушала моих законов.

Тигрица опустила голову. Ловушка захлопнулась.

— Но…

— Никаких «но», — холодно произнёс Джерах. — Ты дважды обманула своего Короля. После этого требуешь, чтобы я поверил именно тебе?

— Именно! — тут же вмешалась Анабель. — Она лгунья. Она обманула тебя, нарушила закон, подняла лапу на наследника прайда и едва не убила его. Такая львица… или тигрица… опасна. Ей не место среди нас.

Тиара посмотрела на неё. Теперь она понимала всё: испытание на охоте, молчание после него, ложь про буйвола.

Всё это с самого начала было частью ловушки.

Джерах выдержал долгую паузу. Потом неожиданно сказал уже спокойнее:

— Однако мы можем проявить милосердие. При одном условии.

Тиара горько усмехнулась, уже догадываясь, что последует дальше.

— При каком?

— Сегодня же ты станешь невестой моего сына.

Ответ прозвучал мгновенно.

— Нет. Я не люблю его.

— Любовь, — равнодушно произнёс Джерах, — годится для сказок. Брак нужен для продолжения рода. Ты сильная охотница. Мой сын силён. Ваши дети будут сильными. Остальное меня не интересует.

— Меня интересует.

Тиара смотрела прямо ему в глаза.

— Я сама решаю, кого любить. И никогда не стану женой Мтаи.

Несколько мгновений стояла тишина. Потом лицо Джераха стало жёстким.

— Тогда покинь мои земли.

Он говорил уже не как собеседник. А как Король.

— Сегодня. Сейчас. И больше никогда сюда не возвращайся. Если ещё хоть раз переступишь границу моего прайда — я убью тебя.

Тиара выдержала его взгляд.

— Ты несправедлив.

— Замолчи.

— Нет. Однажды ты поймёшь это. Но тогда будет поздно. Твой сын — трус. Даже ваши львицы говорят об этом. Ему не сила нужна, а честь.

— Замолчи!

— Если кто-нибудь узнает…

— Никто не узнает! — взревел Джерах. — Если хоть где-нибудь откроешь рот — смерть найдёт тебя. Клянусь!

— Не стоит клясться, — спокойно ответила Тиара. — Я не похожа на твоего сына. Не суди других по себе.

— Приведите детёныша.

Вскоре появилась испуганная Калаша.

— Мама… что случилось?

Тиара ласково прижалась к ней.

— Ничего. Мы просто уходим.

Проходя мимо Бенгелы, она остановилась.

— Спасибо тебе за всё. Думаю, больше мы не увидимся.

Бенгела тяжело вздохнула.

— Не говори так… Мир ведь ужасно непредсказуем. Сегодня прощаемся, а завтра, глядишь, опять нос к носу столкнёмся. Я в такие штуки верю. Ну а если вдруг не свидимся… тогда будь здорова. Очень-очень здорова. Потому что ты — фэноменально везучая тигрица, а вот здоровья даже самым везучим иногда не хватает.

— Спасибо. Я никогда тебя не забуду.

— Хватит разговоров! — рявкнул Джерах.

До самой границы прайд сопровождал изгнанниц в полном молчании. Позади оставался дом, который так и не стал родным. Впереди снова лежала неизвестность. Калаша молча шла рядом с матерью, ничего не спрашивая. У самой границы Джерах остановился.

— Всё. Убирайся. И помни мои слова.

Он резко развернулся. Весь прайд молча последовал за своим Королём. А Тиара и Калаша остались одни посреди бескрайней саванны, где ветер уже заметал их следы.