История Тиары Шторм
📖 Глава 14. Глава 14
Роды начались после полуденного отдыха. Почти одновременно первые схватки почувствовали Амади и Тиара. Мвекунду сразу понял: времени почти не осталось.
— Всем выйти, — спокойно, но твёрдо приказал он. — Здесь останутся только львицы и шаман.
— Я не уйду! — Рамзес шагнул вперёд.
— Уйдёшь.
— Папа…
— Сын, если любишь её — доверься нам.
Во взгляде Мвекунду было столько боли, что Рамзес впервые не стал спорить. Он молча вышел наружу.
День тянулся бесконечно. Амади родила быстро, и вскоре Тиара осталась в пещере одна. У неё всё сразу пошло не так. То и дело из глубины доносились приглушённые стоны. Каждый звук словно царапал когтями сердце Рамзеса.
Он уже не ходил кругами. Просто сидел вместе со всеми у входа, не сводя глаз с тёмного проёма. Порой ему казалось, что всё закончилось.
Потом снова раздавался слабый крик…
И сердце начинало биться так, словно сейчас разорвётся. Когда солнце уже клонилось к горизонту, шаман появился у выхода и негромко позвал Мвекунду. Учитель вошёл внутрь.
Спустя некоторое время он вернулся, словно постарев сразу на много сезонов. Подойдя к сыну, положил лапу ему на плечо.
— У тебя родился сын… Я должен навестить Амади, поддержать её.
Рамзес поднял голову.
— А Тиара?
Мвекунду отвёл взгляд.
— Она очень хочет тебя увидеть.
Рамзес почти бегом ворвался в пещеру. Тиара лежала на боку. К её груди прижимался и тихо попискивал крошечный львёнок.
Она открыла глаза и слабо улыбнулась.
— Ты пришёл…
Он осторожно лёг рядом и коснулся носом её щеки. Она была холоднее обычного.
— Посмотри…
Тиара слегка подвинула малыша.
— Наш сын…
Рамзес долго смотрел на него.
Маленький комочек жизни. Часть их обоих.
Он улыбнулся сквозь слёзы.
— Он похож на тебя.
— Нет… — едва слышно прошептала Тиара. — Пусть будет похож на тебя… Тогда ему будет легче жить…
Они долго молчали. Потом Рамзес тихо спросил:
— Как мы его назовём?
Тиара закрыла глаза.
— Я хотела назвать его Цезарем…
Она грустно улыбнулась.
— Но ты был прав… прошлое нельзя возвращать…
Она перевела дыхание. Каждое слово давалось всё тяжелее.
— Пусть будет… Айзек… Так я когда-то хотела назвать своего первенца.
— Хорошо.
Он осторожно потёрся о её щёку.
— Ты поправишься. Мы вместе его вырастим. У нас ещё столько всего впереди…
Тиара медленно покачала головой.
— Нет…
— Не говори так…
— Послушай меня…
Она впервые посмотрела ему прямо в глаза — очень спокойно, без страха и слёз, будто уже всё решила.
— Рамзес… обещай мне.
— Всё, что угодно.
— Сначала выслушай.
Она перевела дыхание.
— Не позволяй моей смерти убить тебя тоже.
Рамзес резко замотал головой.
— Не говори…
— Послушай. Пожалуйста. Ради меня.
Он опустил голову.
— Я не смогу…
— Сможешь. Ты сильнее, чем думаешь… Ты станешь прекрасным отцом. Наш сын будет тобой гордиться. И…
Она едва заметно улыбнулась.
— Не бойся… снова… полюбить.
Рамзес словно перестал дышать.
— Нет. Никогда.
— Не говори «никогда». Когда-то я тоже так думала… После Цезаря мне казалось, что сердце умерло навсегда. А потом появился ты, и оказалось: любовь не умирает. Она просто… меняет дорогу.
— Но я люблю только тебя…
— Поэтому и говорю. Когда-нибудь, может быть очень нескоро… Если рядом появится львица, с которой тебе снова захочется встречать рассвет, не гони её прочь из-за меня. Я не рассержусь. Я буду только рада. Живые должны жить, а не охранять могилы.
Она слабо коснулась лапой его груди.
— Просто… никогда меня не забывай. Большего не прошу.
Рамзес уже не скрывал слёз.
— Я никогда тебя не забуду.
Никогда.
— Вот и хорошо…
Она перевела взгляд на малыша.
— Позаботься о нём… И, если когда-нибудь у него появятся братья или сёстры, пусть он любит их. Всех. Неважно, от кого они… Семья — это не только кровь. Это те, кого выбираешь сердцем…
Она попыталась ещё что-то сказать, но дыхание внезапно стало тяжёлым. Шаман быстро подошёл, приложил ухо к её груди, потом тихо произнёс:
— Рамзес… Выйди.
— Нет!
— Сейчас. Пожалуйста.
Рамзес вышел. Он ещё слышал слабое дыхание Тиары. Потом наступила такая глубокая тишина, что перестали кричать даже птицы. Появившийся из-за угла Мвекунду замер. Бенгела, узнавшая правду на рассвете, не смогла сдержать слёз.
Через некоторое время шаман медленно вышел из пещеры. Он долго молчал.
Потом склонил голову.
— Учитель… Она ушла.