📖 Глава 11. Глава 11

За Сэл приехал медицинский «Белый рыцарь». В зачарованном транспорте она ехала впервые. С виду это был старенький автомобиль с заклинанием незримого расширения, а внутри располагалась большая палата; кроме водителя, в машине было трое работников.

Сэл хотела пойти сама, но врач, не обращая внимания на её возражения, молча и бесцеремонно левитировал её на улицу, едва не стукнув головой о дверной косяк.

— Повнимательнее, придурок! — Драко шёл за ним и был просто в ярости. — Или будешь свои зубы по асфальту собирать!

— Простите, мистер Малфой.

Драко решил остаться с Сэл до приезда транспорта, чтобы проследить как:

— Эти дилетанты выполнят свою работу и довезут тебя живой.

Сэл наблюдала за его движениями и выражением лица. Он кидался угрозами и ругательствами; очевидно, все колдомедики и авроры узнавали его, и это сразу делало их напряжёнными и взволнованными. Он руководил ситуацией, и все подчинялись. Но в этот момент в нём не было ни самодовольства, ни тщеславия. Лицо его, как показалось Сэл, было отрешённым.

— Ты выглядишь так, будто совсем не наслаждаешься тем, как заставляешь всех нервничать.

Драко не посмотрел на неё.

— Если бы они работали как надо, им бы не пришлось нервничать.

— Или если бы указания им давал кто-то другой?

Малфой удивлённо взглянул на неё, но быстро постарался вернуть лицу нейтральное выражение и отвернулся.

Вся бригада помогала Сэл добраться до квартиры. Её аккуратно левитировали на кровать, бережно укрыли одеялом, дали обезболивающее зелье, перед уходом ещё раз проверили все показатели. Прощались с Сэл и Драко долго, по несколько раз повторяя одни и те же наставления, а один из колдомедиков даже слегка поклонился.

Когда дверь за врачами закрылась, Сэл громко засмеялась.

— Ну и сцена! Ты что, им Убивающим заклятием пригрозил?

— Всего лишь объяснил, где они окажутся работать, если я не буду удовлетворён их работой.

Странно, но Драко не выглядел ни гордым, ни довольным собой. Сэл ожидала от него пафоса и высокомерия. Она, конечно же, знала о Малфоях — весь мир о них знал, об их богатстве и наследии. Можно было подумать, что Драко было стыдно пользоваться своим влиянием.

Он снял мантию, устало потёр глаза, оценивающе взглянул на Сэл, а потом молча зашагал на кухню.

— У тебя тут нет чая.

Послышались звуки резко открывающихся и захлопывающихся шкафов.

— Да у тебя вообще ничего съедобного нет.

Он несколько раз попытался призвать с кухни хоть что-нибудь заклинанием «Акцио», но безрезультатно.

— Драко, — попыталась окликнуть его Сэл. — Да нет у меня никакого чая, терпеть его не могу. Если что, есть кофе.

— Тебе нельзя кофе! — Драко появился из-за угла разъярённый и тут же увидел, что Сэл поднимается с кровати. — Если ты сейчас же не ляжешь обратно, клянусь, я кину в тебя Оглушающее.

— Тебе не нужно сидеть надо мной, я в порядке.

— Это вообще-то моя обязанность. Быстро ложись обратно!

— Не надо на меня кричать! Твоя работа закончится с моей смертью, так что тебе даже на руку, если я…

Сэл стала отходить от постели, но договорить не успела. Малфой быстро подошёл к ней и совершенно неожиданно коротко ударил носком ботинка под колено. Нога Сэл тут же подогнулась, и она потеряла равновесие. Она уже приготовилась встретиться с полом, когда Драко подхватил её на руки.

Сэл растерянно посмотрела ему в глаза.

— Я бы мог и магией, но не был уверен, что не выкину тебя в окно. Как же ты меня бесишь! — Он слегка усмехнулся, а потом бережно положил её обратно на постель.

Несколько секунд Сэл пребывала в лёгком недоумении.

Сэл решила принять поражение, устроилась поудобнее, укуталась в плед и прикрыла глаза. Голова кружилась, в висках пульсировало. Стыдно было признаться, но очень хотелось есть и пить, а ещё — спать. Через несколько секунд она приоткрыла глаза, чтобы проверить, что делает Драко.

Он стоял у камина и заказывал еду навынос.

Слава Мерлину, будет еда!

— Я взял тебе супа.

— Супа? Я не люблю супы. Можно что-нибудь другое?

Но Малфой уже шёл в её сторону с ужасно недовольным выражением лица.

— Супа так супа, — примирительно пробормотала Сэл.

Драко сел у её постели, скрестив руки на груди.

— Ты весь день будешь тут сидеть?

— Судя по всему. Ты явно попытаешься вскочить, стоит мне уйти.

— Ещё как попытаюсь. Я устала лежать, хочется прогуляться. — Теперь и Сэл скрестила руки на груди.

— Я видел проекцию твоего мозга, когда тебя сегодня осматривали. Я плохо разбираюсь в целительстве, но там столько тёмных зон… — Он осёкся и посмотрел на неё, пытаясь понять, знает ли она о своём состоянии и не шокирует ли её эта информация.

Сэл не казалась удивлённой. Она привстала и подложила под плечи большую подушку.

— Да, Драко, я знаю. Мой мозг изучают со всех сторон уже не первый год. Все изменения, все мёртвые зоны, каждый новый удар — всё фиксируется. — Она с невозмутимым видом поправила одеяло и взглянула Малфою в глаза.

Он смотрел на неё растерянно, с явным непониманием.

— Тебе всё равно? — спросил он после нескольких секунд паузы.

— Конечно нет. Совсем наоборот.

— Как скажешь.

С минуту оба молчали.

На балкон прилетела сова со свёртком — это был обед. Драко, не вставая, открыл окно и впустил её, расплатился и подал Сэл суп на подносе, трансфигурированном из карандаша. В свёртке также оказались коробка чёрного чая и пакет молока.

Сэл ела с жадностью, а Драко заваривал чай — ужасно крепкий, с неприличным количеством сахара и молока.

— Раз ты тут и уходить не собираешься, стоит придумать какую-нибудь тему для разговора, — предложила она, допивая бульон прямо из тарелки.

— Всё ещё хочешь узнавать друг друга получше?

— А ты нет?

— Я не очень хочу делиться историей своей жизни.

— Можешь тогда что-нибудь спросить о моей.

— Как ты себя чувствуешь?

— Мне лучше, спасибо…

— А вообще? Ты обычно нормально себя чувствуешь?

Сэл задумалась. Она не знала, каково это — нормально себя чувствовать. Будь то эмоциональный или физический дискомфорт, она уже давно не была в норме.

— Обычно я стараюсь не зацикливаться… — Сэл начала ковырять заусенец. — Если буду обращать на всё это внимание, то не останется времени для остальной жизни, понимаешь?

— А сколько той жизни осталось?

Драко сразу же пожалел, что спросил, но этот вопрос назойливой мухой вертелся у него в голове весь день. Он догадывался, что ситуация у Сэл не самая оптимистичная, но после того, как увидел проекцию её мозга у целителя, был растерян и зол.

— Не надо так, Драко. Я не знаю сколько и не жажду узнать. Не смотри на меня так. Ты сегодня увидел только состояние моего мозга — видел бы ты моё сердце. — Она хихикнула.

И этот смех окончательно вывел Малфоя из себя. Он встал, сделал несколько шагов от кровати, потом вернулся и снова сел.

— Как ты можешь оставаться такой спокойной? Как тебя может веселить возможная скорая смерть?

— Думаешь, я не грустила? Первые несколько лет, когда узнали о моём «состоянии», — последнее слово Сэл произнесла, скривившись и показав пальцами кавычки, — мы с родителями ходили к десяткам целителей, вели переписку с лучшими умами волшебного мира и даже с парочкой магловских врачей. Мы искали ответ и решение, плакали и ссорились. И это ни к чему не привело. Ответа мы не нашли, как и лечения. Зато почти потеряли друг друга и точно потеряли столько времени, сколько могли провести вместе и просто наслаждаться жизнью, как бы абсурдно это для тебя ни звучало.

Сэл чувствовала себя всё более уставшей, голова гудела и кружилась. Драко, наверное, заметил, что она побледнела или что ей становилось всё труднее держать глаза открытыми.

— Тебе нужно в отделение. Я вижу, тебе хуже.

— Драко. — Сэл из последних сил наклонилась и взяла его за руку. — Пожалуйста. Это последнее, что мне нужно.

— Невозможно радоваться жизни, которая предаёт тебя.

— Не надо жалеть меня. И не надо прощаться со мной. Для человека, который ненавидит свою жизнь, ты уж слишком много усилий тратишь на то, чтобы ценить мою больше.

— Я не ненавижу свою жизнь, я просто…

— Несчастлив.

Драко прыснул и закатил глаза.

— Счастье…

Сэл всё ещё держала его за руку. Он не сопротивлялся. Ему казалось, что этот жест был необходим и естественен, хотя обычно он ненавидел прикосновения. Про себя он, конечно же, убеждал себя, что это Сэл нуждается в этом.

Он нуждался.

— Я очень люблю одну песню. Там были слова… — Сэл тихо промурлыкала несколько строк:

Ты отчаянно просишь о помощи,

Но боишься касания руки.

Он сидел и наблюдал, как она засыпает. Сэл тихонько пела и сжимала его ладонь, а когда наконец уснула, Драко не сразу решился убрать руку.

Эта ведьма забралась к тебе в голову, болван.

Стараясь сохранять профессионализм, он проверил её основные жизненные показатели, оставил на тумбочке обезболивающее зелье и записку:

Обязательно отправь мне записку, как проснёшься. Оставлю свою сову следить за тобой.

***

Остаток дня Малфой и Марлоу провели за регистрацией новых загадочных артефактов, которые поступали в Отдел тайн. Их было огромное количество, и большинство не представляли ни опасности, ни особого интереса — просто оставались необъяснимыми.

Работали молча. В тишине раздавались лишь скрип пера, шорох пергамента и иногда — тихие ругательства Малфоя по поводу бессмысленности этой работы.

— Когда закончим, я бы хотел показать тебе кое-что, Драко.

— Что-то настолько же захватывающее?

— Не ёрничай. Кто-то должен этим заниматься. К тому же никогда не знаешь, что может пригодиться. — Марлоу положил перо и отложил свитки в сторону. — Мы думаем с Сэл о том, чтобы отделить магическое ядро от её тела.

— Это невозможно, — твёрдо сказал Драко. — Это не какой-то орган, который можно вырезать. Волшебник и его магия — единое целое.

— Возможно, у нас с тобой так, но не у Сэл, как можно догадаться. Этот дисбаланс и приводит как к ухудшению физического состояния, так и к бесконтрольным всплескам магии.

— Не лучше ли найти способ исправить этот дисбаланс, Эл?

— Если ты сможешь это сделать, то смело можешь претендовать на орден Мерлина первой степени. Ты читал те книги, что я тебе передавал?

— Конечно.

— Те несколько обскуров, которые были задокументированы, либо убивали своего носителя, отделяясь от него, либо быстро пожирали его изнутри. Получается, обскур злокачественен, стоит только ему окончательно сформироваться. Но, высвобождаясь, он также лишает носителя жизненных сил.

— Значит, важнее не допустить его образования.

— Видимо, ты уже о втором ордене Мерлина подумываешь. Здесь мы знаем гораздо меньше, чем не знаем. Все мои наблюдения едва ли помогают вовремя выявить и изолировать обскуров, пока они не уничтожили половину города. — Марлоу грустно усмехнулся.

— И сколько ты их встречал? В газетах ничего не писали, насколько я знаю.

— Достаточно, к сожалению. Особенно растёт тенденция после Второй войны.

— И всё это юрисдикция Отдела тайн?

— И только его, — Марлоу шутливо отсалютовал. — Если бы каждые несколько месяцев общественность узнавала о риске уничтожения половины города, вряд ли бы это кому-нибудь помогло.

— Как ты узнал о Сэл?

— Через Чарли. Как-то на семейном ужине он наперебой рассказывал о своей подруге — какая она проницательная, какая весёлая… Чарли парень эмоциональный. Ну и случайно в одной из историй упомянул её странную манеру колдовать и частые приступы, когда магия выходит из-под контроля. Я всегда удивлялся тому, как всё семейство Уизли способно игнорировать странности и даже опасность, когда речь заходит о тех, кого они любят.

— Тебя только это удивляло в этой семейке?

Марлоу проигнорировал попытку Драко его разозлить и продолжил:

— По всем критериям магия Сэл обскуриальна, в этом нет сомнений, но ведёт она себя необычно. Причины мы не знаем. Знаем только, что процесс гибели носителя продолжается, но гораздо медленнее. Что-то долго сдерживало его, а потом перестало.

— Ты сам придумал эти критерии. Почему ты считаешь, что Сэл не просто психически нестабильна или физически больна? — Малфой чувствовал всё нарастающую тревогу, пока они обсуждали возможную скорую гибель Сэл. Даже выражение «гибель носителя», когда речь шла о ней, почему-то его оскорбляло. — У тебя профдеформация, Эл.

— Я давно над этим работаю. И до недавнего времени — практически один. Мне приятно наконец делиться своими мыслями, прости, если иногда они звучат слишком безлично. — Марлоу замолчал и задумался, будто не хотел рассказывать дальше.

— И с кем же ты работал раньше?

— С Дамблдором. Мы провели немало дней за совместной работой.

Драко чуть не открыл рот от изумления.

— Сколько же часов в сутках было у этого волшебника?

— Гораздо больше, чем у нас с тобой, — подмигнул Марлоу. — Альбус помогал мне в исследованиях и немного — в поиске лекарства. Мы пришли кое к каким результатам. Пойдём.

Они вошли в образовавшуюся прямо в воздухе дверь Отдела тайн и прошли через весь архив Секции магического естества. За последним стеллажом с книгами Марлоу остановился и взмахом палочки сделал видимой старую, обшарпанную дверь.

— Ты что, на досуге занимался сомнительными исследованиями с Дамблдором? — Драко никак не мог поверить, что Марлоу оказался настолько высокопоставленным волшебником, чей статус был такой же тайной, как и всё в его отделе.

— Ты меня обижаешь своим удивлением, Драко. Входи.

Небольшая комната казалась ещё меньше из-за полок, забитых книгами и свитками. Посреди неё стоял стул, окружённый множеством высоких подсвечников.

— Ещё одна необъяснимая диковина?

— Скорее нет, чем да. Эти свечи мы с Альбусом разрабатывали несколько лет. Состав у них сложный, на изготовление каждой тратится немало денег налогоплательщиков. — Марлоу улыбнулся, хлопнул в ладони и потёр их друг о друга. — Садись!

— Нет, Эл, я лучше постою здесь. — Драко недоверчиво усмехнулся.

— Мне кажется, мы уже определили, что я здесь единственный человек, который старается сохранить всем жизнь. Сядь уже наконец.

Драко обошёл стул и медленно сел. Тем временем Марлоу вручную, длинными деревянными лучинами, одну за другой зажигал свечи. Те тихо шипели, их пламя вытягивалось и постепенно склонялось в сторону Малфоя.

Он почувствовал, как оно коснулось руки, затем шеи и спины — и прошло сквозь него. Ни жара, ни боли не было. Марлоу шептал заклинания и медленно водил палочкой от одной свечи к другой.

Пламя начало подсвечивать тело Драко изнутри.

Он в панике посмотрел на Марлоу, но тот лишь ободряюще кивнул.

— Не беспокойся, всё под контролем. Просто расслабься и наблюдай.

Свечение постепенно сосредоточилось в груди Малфоя, а затем вырвалось наружу и ринулось к потолку над его головой, образуя вихрь из голубых и оранжевых потоков. Они перемешивались и зацикливались, складываясь в нечто, напоминающее знак бесконечности.

Свет наполнял комнату. Зрелище было прекрасным — будто рождение маленькой вселенной.

— Это твой магический отпечаток, Малфой. Познакомься. Человеческая и магическая части существуют в идеальной гармонии и дополняют друг друга.

— Эффектно.

Марлоу наградил Драко лёгким подзатыльником и хихикнул.

— Это сложная и блестяще продуманная магия, балда. Не переломишься, если выскажешь своё восхищение.

— Ладно, ладно, это и правда впечатляет. Доволен? — Драко не мог оторвать взгляда от танца стихии над своей головой. Потоки расходились и вновь смешивались, бушевали и изящно переплетались. — Я удивлён, если честно, что это… что у меня…

— Что твой внутренний мир прекрасен? Драко, ты себя недооцениваешь. Я вижу сильный магический потенциал. Когда мы проводили эти исследования с добровольцами — сквибами и маглами… — Марлоу уловил удивлённый взгляд Малфоя. — Ты что, стал правозащитником? Один небольшой «Обливиэйт» — ничего страшного. Так вот, у них проявляется только человеческая часть. А у разных волшебников можно различить разный по силе магический отпечаток.

— Ты пытаешься сделать мне комплимент?

— Если угодно. Твои результаты впечатляют, что уж там. — Марлоу взглянул на всё ещё бушующие над головой Драко потоки. — В моих воспоминаниях есть один обскур, которого нам удалось изолировать и изучить. Я тебе покажу. У него потоки разделяются и существуют отдельно. А вот у Сэл…

Он ненадолго замолчал.

— У неё удивительным образом между уже отделившимися магической и человеческой частями сохраняются мосты. Соединения. Они непостоянны: одни исчезают, появляются новые. Мы проводим это исследование с ней каждые несколько дней, и каждый раз картина иная. Они будто пытаются соединиться. Снова и снова создают связи — хрупкие, непостоянные. Они рушатся, но обе части всё равно стремятся воссоединиться.

Драко наконец отвёл взгляд от собственного магического отпечатка.

— И почему это происходит, вы не знаете?

— Нет.

— Но как же вы без знания причины сможете всё исправить?

Марлоу посмотрел на него.

— Думаю, в этом ты сможешь нам помочь.