📖 Глава 9. Глава 34. Последний бой

Голос был незнакомым. Шторм медленно обернулся. И впервые за долгое время его лицо изменилось. Перед ним стоял лев, которого невозможно было не заметить.

Высокий. Чуть выше самого Шторма. Белая шерсть цвета слоновой кости покрывала массивное, словно высеченное из камня тело. Густая грива обрамляла шею, а под ней виднелось необычное полукольцо почти чёрной шерсти. Такие же полосы проходили по нижней части рельефных, мускулистых лап. Не украшение. Предупреждение. Этот лев был создан для боя. Но больше всего Шторма поразили глаза. Холодные голубые глаза, в которых горела ненависть.

— Кто ты? — тихо спросил он.

Лев сделал шаг вперёд.

— Моё имя, возможно, тебе ничего не скажет.

Он поднял голову.

— Но имя моей мамы ты точно знаешь.

Шторм нахмурился.

— Какое?

— Калаша.

На мгновение вокруг словно стало тише. Шторм замер.

— Калаша…

— Вспомнил?

Лев оскалился.

— Я Джитузури.

Он сделал ещё шаг.

— Сын Калаши. Которая погибла из-за тебя.

Шторм внимательно посмотрел на него.

— Я вспомнил. Полосатая львица. Она приходила к нам с маленьким тобой. Но какое отношение я имею к её смерти?

В глазах Джитузури вспыхнула ярость.

— Самое прямое.

Он зарычал:

— Ты бросил её!

Пауза.

— Когда я родился.

Шторм ничего не ответил.

— Я знаю твою историю, Шторм. Знаю про Лизу. Знаю, что ты тоже оставил её. С львёнком.

Он приблизился.

— Двоежёнец.

Голос стал полон презрения.

— Если бы моя мать была жива сейчас, ты бы стал троеженцем. А тогда ты просто отвернулся. Бросил нас.

Джитузури оскалился.

— И сегодня ты ответишь за это.

Шторм смотрел на него спокойно.

— Ты ошибаешься. Я виделся с вами всего ничего. Я её практически не знал…

— Не знал?! Тогда зачем она приходила к тебе, когда я был совсем малым?

Джитузури ударил лапой по земле, подняв кучу камней в воздух.

— Она хотела тебя вернуть, а ты прогнал её со мной. Я вызываю тебя на поединок.

Он посмотрел на остальных.

— Только ты и я. Насмерть.

Шторм понял. Это был не просто враг. Это была боль, которую кто-то превратил в оружие. Но времени на разговор уже не было.

— Хорошо, Джитузури.

Он встал в боевую стойку.

— Я принимаю твой вызов.

— Убей его, Джитузури! — крикнул Квам. — А мы пока займёмся Симбой!

Трое аутсайдеров бросились вперёд. И тут Шторм догадался. Четверо убийц на одну жертву, пока его займёт этот гигант…

— Симба, уходи! — закричал он. — Это засада на тебя!

Но было поздно. Схватка началась. Шторм прыгнул первым. Двумя короткими мощными ударами он отбросил одного из нападавших от Симбы. Тот упал на камни и захрипел.

Но в тот же миг Шторм сам почувствовал удар. Затем чьи-то лапы сомкнулись вокруг него, оторвали от земли и отбросили на камни в сторону.

— Ты дерёшься со мной. Папочка.

Голос Джитузури был спокойным. Слишком спокойным.

— Симба!

— Держись, Шторм! — крикнул Симба, отбиваясь сразу от двух противников. — Мы справимся!

Шторм развернулся. Теперь перед ним стоял настоящий гладиатор. Они начали кружить друг вокруг друга. Шторм атаковал. Джитузури блокировал. Шторм искал слабое место — шею, живот, суставы. Но его противник будто заранее знал каждый удар.

«Настоящий боец», — понял Шторм.

Он краем глаза смотрел на Симбу. И из-за этого пропускал удары. Слишком сильные. Слишком точные. Наконец Шторм перестал сдерживаться. Инстинкты гладиатора включились, и он рванул вперёд. Серия ударов. Ещё одна. Белая шерсть Джитузури стала красной. Но он не падал. Только смотрел. А потом ответил.

И Шторм понял: этот лев тоже умеет терпеть боль.

Удары стали тяжелее. Кровь стекала по его морде. В ушах шумело. Тело обжигала боль. Но была только одна мысль.

Симба.

— Чего стоишь?! — закричал Мтаи. — Квам, помоги!

— Мне кажется, ты сам справишься.

Шторм посмотрел в его сторону. Один враг уже лежал. Квам стоял позади всех. Но Мтаи теснил Симбу. И готовился нанести смертельный удар. Очень знакомый многим гладиаторам… Вот и подсечка.

Шторм не думал. Он бросился вперёд.

Джитузури попытался схватить и удержать его. Но Шторм вырвался. Он накрыл собой упавшего Симбу в тот момент, когда сверху обрушился удар. Лапа Мтаи пришлась по нему. Но он успел оттолкнуть его в сторону.

А потом Симба вцепился в горло и корпус Мтаи. И они оба покатились по земле.

Шторм видел, как истекающий кровью Симба сумел изловчиться и ударить несколько раз аутсайдера в голову. Через несколько мгновений Мтаи захрипел и рухнул. Но придавил своим телом Симбу. Силы вконец оставили его, и он потерял сознание.

В это же мгновение Джитузури снова схватил Шторма и с силой бросил себе под лапы. Удары посыпались один за другим, разрывая шерсть и плоть. Шторм лишь пытался закрыться и вывернуться. В какой-то миг он почти выбрался из-под противника, но Джитузури перехватил его и поволок к обрыву. Удар. Ещё один. Наконец он прижал Шторма к земле у самого края. Внизу ревел горный водопад, а камни уходили в тёмную пропасть.

Лапы Джитузури сомкнулись на его горле. Шторм впервые почувствовал, что силы уходят. Но он всё ещё смотрел только на одного льва.

На Симбу.

Квам наблюдал за всем со стороны. Он видел, как Шторм бросился спасать друга. Вдруг над ними раздался тревожный крик птиц. В небе появилась стая.

Квам побледнел.

— Проклятье… Они подняли тревогу.

Он быстро подошёл к Симбе. Тот лежал неподвижно. Мтаи вроде дышал, но тоже не двигался. Квам посмотрел на них. Но видел только то, что хотел увидеть.

«Симба мёртв». Ему было достаточно. Он повернулся к Джитузури.

— Кончай с ним! Они уже идут!

Джитузури не ответил.

— Слышишь?! Я ухожу на север! Кончай его и возвращайся к Мвонге!

Квам бросился прочь.

Он не знал, что Мтаи мёртв. Не знал, что его тело вздымалось лишь потому, что лежало на ещё живом Симбе. Присмотрись Квам хотя бы несколько мгновений — и всё обернулось бы для него гораздо хуже. Но он боялся. И впервые Симбу спасла не сила, а поспешность врага.

А Шторма ждала последняя схватка. С Джитузури. Он прижал Шторма к земле и застыл. Оба льва тяжело дышали. Вокруг них трава была разрыта и покрыта кровью, а в воздухе стоял тяжёлый запах борьбы. Но Джитузури уже почти не чувствовал боли. Перед ним был тот, кого он искал с тех пор, как узнал правду. Тот, кого ненавидел. Тот, кого пришёл убить. Но теперь белый лев думал уже не о поединке, а о матери. Мог ли Шторм и правда бросить её с детёнышем?

Он сильнее надавил лапой на грудь Шторма.

— Скажи мне…

Голос Джитузури дрожал от ярости.

— Скажи, за что ты бросил нас, Шторм?!

Шторм едва держал глаза открытыми. Каждый вдох отдавался жгучей болью.

— Я знал её… немного… Мы никогда не… были вместе…

Джитузури напрягся.

— Не лги мне!

Шторм посмотрел ему прямо в глаза.

— Я… не твой… отец…

Эти слова словно ударили Джитузури сильнее любого удара.

— Нет…

Он сжал лапы.

— Ты врёшь!

Шторм собрал последние силы. Он резко поднял передние лапы, обхватил голову Джитузури и попытался провернуть приём, который много раз использовал в боях. Если бы он оказался сверху — всё могло измениться. Но Джитузури был настоящим гладиатором. Он почувствовал движение. Предугадал. И вместо переворота Шторм описал в воздухе дугу. А когда вновь оказался под врагом, земля под ним закончилась.

Несколько мгновений он ещё пытался найти опору. Но его задние лапы сорвались вниз. Тело повисло над пропастью. Шторм удерживался только передними лапами, вцепившись в край обрыва. Под ним ревела вода горного водопада.

Джитузури медленно подошёл к краю и посмотрел сверху вниз.

— Шторм…

Он наклонился ближе. Его голос стал почти отчаянным.

— Скажи мне правду!

Шторм тяжело дышал. Сил почти не осталось.

— Я… говорю… правду…

— Ты знал мою мать?!

— Да…

Шторм почти выкрикнул это.

— Да, я знал её!

Джитузури замер.

— Значит, ты…

— Нет…

Шторм покачал головой.

— Мы никогда… не были вместе…

Джитузури с яростью схватил его лапы.

— А это?!

Он показал тёмные полосы на своих передних лапах. Шторм поморщился от боли.

— Такие же, как твои!

— Твоя мать была белой полосатой львицей…

— Моя мать была дочерью тигрицы и белого льва!

Джитузури почти кричал.

— Теперь вспомнил её?!

Шторм смотрел на него. И впервые в голосе Джитузури услышал не только ненависть. Там была боль. Очень давняя боль.

— Послушай меня…

Пауза.

— Как зовут… её…?

Джитузури отвернулся.

— Это неважно!

— Нет…

Шторм собрал последние силы.

— Важно…

Он посмотрел ему в глаза.

— Я сам… сын тигрицы…

Джитузури застыл. Шторм снова посмотрел на него. И сказал то, чего ещё ни разу не говорил:

— Ты победил… Закончи бой честно… Но знай — тебя обманули…

Пауза.

— Но… мы всё ещё… можем разобраться…

Ещё один вдох.

— Без боя… Мой отец здесь… Он знает больше.

Джитузури сильнее сжал его лапы.

— Если ты лжёшь…

В его голосе уже не было прежней уверенности.

— Ты умрёшь прямо сейчас.

Шторм закрыл глаза.

— Обещаю… Ты узнаешь… правду…

Тишина. Только шум ветра. И вдруг Джитузури словно проснулся. Никто в такой ситуации не стал бы лгать. Шторм висел над пропастью. Он был полностью в его власти. Ему оставалось только откинуть его лапы. Но он продолжал стоять на своём. И если он говорит правду…

Джитузури резко опустился.

— Я оставляю тебе жизнь. Держись!

Он схватил его лапы.

— Я вытащу тебя!

В этот момент небо раскололось громом.

Пока шла битва, из-за гор пришли тёмные тучи. И через несколько мгновений обрушили на землю тропический ливень. Вода мгновенно залила её. Камни стали скользкими.

Шторм попытался найти опору задними лапами.

— Держись!

Джитузури оглядел склон и нашёл небольшой каменный выступ. Если добраться до него… Он сможет помочь.

Несмотря на кровь, стекавшую по шерсти, белый лев сорвался с места. Он спустился по узкой тропе вниз. Каждый шаг отдавался болью. Но он не остановился. Потому что теперь перед ним был уже не враг. А тот, чью жизнь он должен был спасти, чтобы хотя бы узнать правду. Которую искал всю взрослую жизнь. Добравшись до выступа, Джитузури выпрыгнул вверх. Удар о камни отозвался жгучей болью. Но он удержался.

Он поднялся на задние лапы и прижался к скале.

— Шторм!

Тот едва слышал.

— Обопрись на меня!

Джитузури поднял голову.

— Лапами на мою голову!

Шторм попытался.

В этот момент ливень ударил сильнее.

И где-то рядом раздался кашель. Симба пришёл в себя. Он сбросил тело Мтаи, тяжело поднялся и осмотрелся.

И увидел край обрыва.

— Шторм!

Он бросился туда.

— Шторм, держись!

Джитузури кричал снизу:

— Прыгай! Я помогу тебе!

Но Шторм почти ничего уже не слышал. Шум дождя. Кровь. Усталость. Всё смешалось в один рёв. Он разобрал только одно.

— Прыгай!

Шторм сделал последнее движение. Оттолкнулся. Но каменный выступ под Джитузури не выдержал. С хрустом он сорвался вниз. И Джитузури полетел вместе с ним.

Шторм успел только поднять глаза. И увидеть его. Живым.

— Симба…

Его лапы соскользнули. Потеряв последнюю опору, Шторм сорвался вниз, ударился о нижний каменный уступ и тяжело рухнул на землю.

— НЕТ!

Симба бросился вниз по склону. Гром откатился к горам; ливень ослаб до редких тяжёлых капель. После рёва воды и боя наступившая тишина пугала сильнее любого крика — будто сама саванна замерла над двумя разбитыми телами.

Джитузури первым пришёл в себя. Он медленно поднял голову. Рядом лежал Шторм. Но едва живой. Он наклонился к нему. И вдруг услышал:

— Скажи мне…

Джитузури замер.

— Что?

Шторм едва говорил.

— Как… её… звали…

Джитузури молчал. Потом тихо назвал имя. В этот момент к ним подбежал Симба.

— Шторм!

Лицо Симбы исказилось от ужаса.

— Только не это…

— Симба… Живой… Смогли… отбиться…

Шторм открыл глаза. Джитузури посмотрел на него. И впервые понял: этот лев даже сейчас думал не о себе.

— Его надо наверх.

Голос Джитузури был твёрдым.

— Помоги мне.

Симба посмотрел на него с ненавистью.

— Я сам его понесу.

Он сделал шаг вперёд.

— Я видел, что ты пытался в конце спасти его. И поэтому я дам тебе шанс убраться живым.

Джитузури не отступил.

— Нет времени спорить.

Он посмотрел на Шторма. Потом на Симбу.

— Ты сейчас ещё слабее меня.

Симба хотел ответить. Но увидел, что Шторм снова теряет сознание. Джитузури перевернулся и осторожно подставил свою спину. Симба помог устроить Шторма на ней.

— Не знаю, кто ты и что у тебя в голове. Зачем пришёл, бросал вызов. Но лучше ты молись. Потому что сейчас тебя встретит такая ярость, какую ты в жизни не встречал.

Они двинулись к Скале. Какое-то время они шли молча. Потом Симба тихо сказал:

— Ты идёшь на смерть. Почему?

Тот молчал.

— Тебя никто не простит. Поединка не будет. Если Шторм умрёт, тебя живьём будут рвать на части даже гиены. Ты меня понимаешь?!

— Мне всё равно.

И тогда Шторм вдруг открыл глаза.

— Он…

Его голос был почти неслышным.

— Он не виноват… Не дай его убить…

Симба остановился.

— Что?

Шторм с трудом говорил.

— Пусть он скажет моему папе её имя… Он знает…

Симба не мог поверить. Но Шторм уже снова закрывал глаза.

— И добавь, что я… прощаю… его…

Джитузури опустил голову. Эти слова оказались тяжелее любого обвинения. Симба посмотрел на него.

— Какое имя ты должен назвать его отцу?! Отвечай, почему я должен защитить тебя?

Джитузури долго молчал. Потом ответил:

— Я должен наконец узнать правду. Любой ценой.

Он посмотрел на Шторма.

— И исправить, что натворил.

Симба продолжал смотреть на него холодно.

— Всё, что мог, ты уже сделал. Молись, чтобы сегодня погибли только твои дружки.

Джитузури ничего не ответил. Он продолжал нести льва, которого ещё недавно хотел убить.

В это же время у северного выхода Лиза и Леда искали следы Мбембе. Тропический ливень почти полностью смыл запахи и отпечатки лап. Лишь изредка ветер приносил едва уловимый след, который тут же растворялся среди мокрых камней.

— Здесь… — тихо сказала Леда. — Кажется, она проходила…

Лиза молча кивнула. Они сделали ещё несколько шагов — и одновременно остановились.

Перед ними лежали три гиены. Все были без сознания. Никакой борьбы. Никаких криков. Их оглушили быстро и точно. Лиза почувствовала, как внутри всё похолодело.

— Это сделал тот, кому они доверяли… — прошептала она.

Она внимательно осмотрела тела.

— Их застали врасплох…

В следующий миг она резко подняла голову.

— Вторжение?

— Да. Ты быстрее, беги вперёд. Я за тобой. Надо объявить тревогу…

Едва Леда побежала вперёд, как странный звук прозвучал совсем рядом. Лиза успела лишь начать поворачиваться. Тяжёлый удар обеими лапами обрушился ей на затылок. Перед глазами вспыхнула ослепительная белая вспышка.

Мир исчез.

— Лиза!..

Леда услышала глухой удар и обернулась. Она бросилась к лежащей львице и склонилась над её головой, когда второй удар настиг и её. Она даже не успела закричать. Через несколько мгновений возле северной границы снова воцарилась тишина. Лишь дождь продолжал стучать по камням.

На Скале тревога вспыхнула почти одновременно. Мокрая насквозь Корбана влетела на вершину, тяжело переводя дыхание.

— Западная граница! — выкрикнула она. — Бой! Небольшой отряд львов прорвался внутрь!

Всё вокруг мгновенно пришло в движение. Кейси, Кову и Айзек вскочили одновременно.

— Чака! — приказал Кейси. — Поднимай всех! Пусть охотницы немедленно возвращаются!

Корбана уже разворачивалась обратно.

— Я приведу своих!

Она сорвалась с места. Кову шагнул к западной тропе.

— Идём!

Но Кейси преградил ему дорогу.

— Нет.

— Что?!

— Пока сюда не придёт подмога, никто не уйдёт.

— Там папа! — почти закричал Кову.

— А здесь пятеро львят!

Голос Кейси прозвучал неожиданно жёстко.

— И три львицы. Если нападение — отвлекающий манёвр, кто защитит их?

Он быстро оглянулся.

— Где мама? Почему Лизы до сих пор нет?..

В этот момент на площадке появился Рафики. Рядом с ним шёл Мхазиги.

— Мы услышали тревогу, — спокойно сказал мандрил. — И пришли.

— Спасибо… — выдохнул Кову.

Почти одновременно на дальнем конце поляны показался охотничий отряд Налы. Кейси облегчённо выдохнул.

— Теперь можно!

И в это мгновение на западной тропе показался Симба. Он шёл медленно, пошатываясь. Весь в крови. За ним появился огромный белый лев. На его спине неподвижно лежал Шторм.

На несколько долгих мгновений над Скалой повисла абсолютная тишина. Потом её разорвал отчаянный крик Кову и Айзека.

— ПАПА!

Они оба сорвались с места.

Симба и белый лев подошли ближе. Джитузури осторожно опустился на землю, чтобы не потревожить раненого. Его белая шерсть была густо пропитана кровью.

Шторм почти не двигался.

— Квам… — тяжело произнёс Симба. — Они устроили засаду…

Он перевёл дыхание.

— Как-то прошли через границу.

— Мы шли много переходов… только ночами, — тихо сказал Джитузури. — Кто-то открыл нам проход.

Айзек резко шагнул вперёд.

— Ты пришёл с ними?!

— Да…

— Он дрался со Штормом один на один, — быстро сказал Симба, заметив, как напряглись всё вокруг. — А потом пытался спасти и принёс сюда. Тут какая-то давняя история. Шторм просил, чтобы Рамзес с ним поговорил. И сказал, что простил его. Но один аутсайдер ушёл.

— Квам ушёл на север… — добавил Джитузури. — Через ваши земли. Он спешил к кому-то…

Айзек вздрогнул.

— Мама…

Он побледнел.

— Она тоже пошла туда… С Ледой искать Мбембе…

Джитузури осторожно положил Шторма на землю.

— Нужно спешить. Я знаю её.

— Кто открыл вам проход?! — прорычал Кову.

Он одним прыжком сбил Джитузури с лап и прижал когти к горлу. Белый лев даже не сопротивлялся.

— Не знаю точно…

Он тяжело дышал.

— Но догадываюсь…

Симба внимательно посмотрел на него.

— Ты сказал, что знаешь Мбембе?

Джитузури медленно поднял глаза. И спокойно ответил:

— Да. Она приёмная дочь Мвонге.

Слова прозвучали как удар.

— Он почти никому о ней не рассказывал. Я долго жил у него. Она тоже.

Он сделал короткую паузу.

— И несколько раз встречалась с Квамом.

Мир вокруг Айзека будто перестал существовать. Он слышал слова. Но не мог принять их. Перед глазами вспыхивали совсем другие картины. Улыбка Мбембе. Их прогулки. Её тихий шёпот в первую ночь. «Не торопись, красавчик…» Всё это… было ложью?

Он медленно покачал головой.

— Нет…

Ещё шаг назад. Голос сорвался.

— Ты врёшь…

Он вдруг сорвался с места. Глаза налились яростью.

— Ты врёшь!

Айзек бросился к Джитузури.

— Дерись со мной, убийца!

— Брат, остановись! — Кейси встал перед ним. — Если бы он хотел, то убил бы и папу, и Симбу, а потом сбежал. Но вместо этого он пришёл к нам. Убить его всегда успеем. Сейчас не он — главная опасность. Надо найти маму и Леду.

В этот момент Рафики и Мхазиги уже склонились над Штормом. Один осторожно прижимал к ранам листья акации, другой наносил густую пахучую мазь. Кровь постепенно смешивалась с дождевой водой, но остановить её пока не удавалось.

Шторм тихо застонал.

— Ну что, Рафики? — спросил Симба, не сводя глаз с друга.

Старый мандрил тяжело вздохнул.

— Он потерял слишком много крови. Всё очень плохо… Я сделаю всё, что в моих силах.

— Он выживет! — почти выкрикнул Айзек. — Ведь уже было такое! Он справится!

Ответа не последовало. В этот момент над Скалой раздался отчаянный крик.

— ШТОРМ!

Все одновременно подняли головы.

На площадке стояла Триша. Позади неё замерли Витани и Киара. Они услышали шум снизу и вышли посмотреть. Одного взгляда оказалось достаточно. Триша сорвалась с места и почти кубарем слетела вниз.

— Шторм…

Она упала рядом с ним на колени и осторожно коснулась его окровавленной гривы, словно боялась причинить ещё большую боль.

— Любимый… пожалуйста… очнись…

Шторм приоткрыл глаза. Увидев её, он попытался улыбнуться. Но сил хватило лишь едва заметно шевельнуть губами:

— Всё как тогда… у Симбы… Помнишь? Вот он и был… мой последний бой…

Тем временем к Скале подбежала Нала. Ещё издалека она увидела окровавленного Симбу и неподвижного Шторма. Она замерла. Лицо её побледнело. Муж и брат. Слишком много родной крови. В глазах потемнело. Через мгновение лапы подкосились, и она без чувств рухнула на землю.

— МАМА! — вскрикнула Киара.

Рафики быстро подбежал к ней, приложил к носу листья и осторожно похлопал по щеке. Нала открыла глаза. Первое, что она увидела, — склонённого над ней Симбу. Он молча лизнул её в лоб.

— Что… произошло?.. — прошептала она.

Но ответить он не успел. Вперёд вышел Джитузури. Его белая шерсть стала багрово-алой.

— Нужно догнать Квама, — сказал он. — Если по дороге ему встретятся ваши…

Он не договорил. Кейси резко вскочил и сделал шаг вперёд.

— Я иду!

— Нет, стойте.

Все повернулись к Джитузури.

— Если Квам уже захватил кого-то из ваших, то сразу поймёт, что помощь пришла. Тогда он может убить заложников.

Он сделал короткую паузу.

— Меня он не боится. Я догоню его.

Кову мгновенно оказался перед ним.

— Чтобы помочь ему?!

Он вновь одним движением повалил Джитузури на землю и прижал когти к его горлу.

— Или чтобы сбежать вместе с ним?! Хорошая задумка, но мы не идиоты тебя отпускать.

Джитузури опять не сопротивлялся. Он спокойно посмотрел Кову в глаза:

— Я вернусь.

— Почему мы должны тебе верить?!

Несколько мгновений стояла тяжёлая тишина. Потом раздался слабый голос.

— Я…

Все обернулись. Шторм с огромным трудом открыл глаза.

— Я… верю…

Каждое слово давалось ему почти через силу.

— Иди…

Он перевёл взгляд на сыновей.

— Укажите… ему дорогу… Он… пойдёт первым… Вы… следом…

— Но, папа…

— Сделайте… как… я сказал…

Возражать больше никто не решился. Симба поднялся.

— Я пойду с ним.

— Нет, — тихо остановил его Джитузури.

Симба удивлённо посмотрел на него.

— Квам уверен, что ты мёртв. Иначе бы добил тебя.

Он перевёл взгляд на лежащего Шторма.

— Нельзя, чтобы он узнал правду. Иначе он вернётся с армией… Пока вы слабы.

Симба медленно сжал зубы. В этих словах была логика.

— Мы ещё живы, — глухо произнёс он.

— Так притворитесь мёртвыми.

Симба подошёл к нему вплотную:

— Не смей тут указывать. Иначе тебе уже сейчас перегрызут горло. Несмотря на твой честный поединок.

— Он не был совсем честным, — тихо ответил тот. — Шторм всё больше рвался к тебе, чем дрался со мной. И потому проиграл. Хоть всё по правилам, но… Я не ждал такого…

Кову продолжал смотреть на Джитузури с нескрываемой ненавистью.

— А чего ждал? Ты один из них.

Джитузури молча поднялся. Посмотрел на Шторма. Потом тихо ответил:

— Уже нет. Трус Квам в бой даже не вступил. Держитесь поодаль, чтоб он не увидел.

И, не говоря больше ни слова, повернулся к северной тропе. За его спиной уже собирались Кейси, Кову и несколько львиц. Никто из них не доверял белому гладиатору. Но все они доверяли Шторму. И этого оказалось достаточно.

Квам вышел к северному проходу. У самой скалы его уже ждала Мбембе. Она заметно нервничала и то и дело оглядывалась.

— Наконец-то… Я уж начала думать, что ты не придёшь.

— Не так-то просто было выбраться, — проворчал Квам. — Значит, это тебя я должен вывести?

— Да. Меня сюда прислал папа. Но я хочу ещё вернуться позже.

Квам внимательно посмотрел на неё.

— Так это ты открыла нам проход?

— Я.

Он ухмыльнулся.

— Неплохо.

— Не время разговаривать. Нужно уходить. Меня едва не застали.

— Кто?

— Лиза и Леда. Типа жена Шторма и его сестра.

Квам резко остановился.

— Где они?

Мбембе удивлённо посмотрела на него.

— Зачем тебе?

— Хочу посмотреть.

— Они лежат без сознания в кустах. Я только оглушила и оттащила их, иначе они бы увидели меня, и я не смогла потом вернуться…

Квам медленно повернул голову к ней.

— Ты их не убила?

— Я не убийца.

Квам лишь усмехнулся.

— Посмотрим…

Он шагнул к кустам. Там, рядом друг с другом, неподвижно лежали две львицы. Одну из них он узнал сразу. Лицо его исказила довольная улыбка.

— Вот мы и встретились снова…

Он склонился над Лизой.

— Помнишь меня? Нет… Уже не вспомнишь.

Мгновение спустя его клыки сомкнулись на её шее. Раздался короткий хруст шейных позвонков. Кровь брызнула на мокрую траву и тут же потянулась алыми нитями в дождевой воде. Тело Лизы судорожно дёрнулось.

— Зачем?! — вскрикнула Мбембе.

Квам даже не обернулся.

— Не мешай.

Он смотрел, как кровь впитывается в землю.

— Я слишком долго ждал этого дня…

Его глаза горели безумным восторгом.

— Сначала родители… Потом дети… Я отниму у него всё. Абсолютно всё.

Мбембе попятилась. Она впервые увидела Квама таким. Не воином. Безумцем.

— Ты сошёл с ума! — прошептала она. — Что ты наделал?! Урод!

Но Квам словно не слышал. Он жадно смотрел на истекающую кровью Лизу.

В этот момент на поляне появился Джитузури. Его белая шерсть почти полностью стала алой от засохшей крови.

Мбембе бросила на него быстрый взгляд. Потом повернулась в ярости к Кваму:

— Трусливая тварь! Ты сделал меня соучастницей своих убийств. И закрыл мне путь домой…

Она сделала шаг к проходу.

— Но сам даже не думай возвращаться в Долину. После этого тебя там точно не пощадят. Надеюсь…

И, не оглядываясь, исчезла среди скал. Джитузури подошёл ближе. Его взгляд сразу остановился на Лизе. Потом — на Леде, которая ещё дышала. Он медленно перевёл глаза на Квама.

— Уходи.

Квам усмехнулся. Он сделал шаг к Леде.

— Осталась ещё одна.

Джитузури мгновенно встал между ними.

— Нет.

Его голос прозвучал спокойно. Но в нём чувствовалась сталь.

— Ты не тронешь её… или я убью тебя.

Квам недоверчиво рассмеялся.

— Что с тобой случилось? Ты же только что прикончил Шторма. Или нет?

После долгой паузы Джитузури спросил:

— Хочу знать, кого я сегодня убивал — своего отца или нет. Ты знаешь?

Квам поднял брови.

— Да какая теперь разница?

Джитузури не отвёл взгляда.

— Ответь.

Квам пожал плечами.

— Если честно… понятия не имею. Мне нужны были только Симба и Шторм. Был он твоим отцом или нет — спроси у Мвонге. Он точно знает.

Наступила тяжёлая тишина.

— Спрошу…

Голос Джитузури стал холодным. Он понял, что его могли использовать. И правды не говорят.

— Обязательно спрошу.

Квам понял, что перед ним уже не союзник.

— Уходим вместе? Вторую не трону…

— Нам не по пути. Уходи и не возвращайся, трус и убийца. Иначе кончишь так же, как она…

Квам презрительно фыркнул.

— Как скажешь.

Он развернулся и исчез в проходе. Лишь перед самым исчезновением бросил через плечо:

— Ты сам выбрал свою судьбу.

Когда его шаги стихли, Джитузури опустился рядом с Ледой. Осторожно коснулся её морды. Несколько раз лизнул в лоб. Леда вздрогнула. Медленно открыла глаза. Первое, что она увидела, — большие голубые глаза незнакомого белого льва.

— Кто… ты?..

— Потом. Молчи сейчас.

Он помог ей подняться.

— Это… твоя мать?

Он кивнул в сторону Лизы. Леда повернула голову. Какое-то время она не понимала, что видит.

Потом застыла.

— Нет… Это…

Голос сорвался. Она сделала несколько неуверенных шагов и упала рядом.

— Лиза?..

Ответа не было. Она коснулась окровавленной шерсти.

— Нет…

Слёзы мгновенно потекли по её морде.

— ЛИЗА!

Крик эхом разнёсся по скалам. Джитузури молча стоял рядом. Потом тихо сказал:

— Нужно идти. Ей уже не помочь…

Она почти не слышала его. Он поддерживал её всю дорогу. Именно в этот момент навстречу выбежали Кову, Кейси и Айзек. За ними следовали сёстры.

Айзек сразу бросился вперёд.

— Где мама?!

Джитузури остановился. Его лицо стало ещё тяжелее. Он медленно посмотрел в сторону кустов.

— Там…

После короткой паузы он тихо добавил:

— Я… успел спасти только её…

Хор голосов, полных ярости, боли и отчаяния разорвал тишину окрестных скал…