📖 Глава 4. Глава 29. Исход

Прошло три полнолуния. После экзамена занятия с Рамзесом стали проходить через рассвет, и у Симбы впервые за долгое время появилось больше свободного времени. Почти всё его он проводил рядом с Налой, Киарой и Кову. Время Киары уже подходило. Она почти не покидала Скалу. Симба приказал приготовить для неё самое тихое место в глубине пещеры. Вход туда был разрешён только ему самому, Нале и Кову. Нала помогала дочери готовиться к рождению первых львят.

Рамзес всё чаще участвовал в управлении. Иногда советом, иногда историями из собственного прошлого. Симба слушал внимательно. Теперь его больше всего занимало будущее Кову и Киары. Это были самые спокойные восходы солнца за многие сезоны.

Но однажды спокойствие исчезло.

Сначала никто не придал этому значения. Земля едва заметно вздрогнула. Потом ещё раз. И ещё. Толчки были настолько слабыми, что многие решили бы, будто им показалось. Но каждый раз происходило одно и то же. На несколько мгновений смолкали птицы. Замолкал ветер. Даже насекомые переставали стрекотать. На саванну опускалась тяжёлая, давящая тишина. А затем жизнь словно возвращалась обратно.

Так повторялось несколько восходов подряд. Львицы стали беспокойно переглядываться. Антилопы всё чаще поднимали головы, прислушиваясь к земле. Слоны начали раньше обычного уводить стада к реке. Даже гиены перестали смеяться по ночам.

Сам Симба не понимал, почему его сердце становится всё тяжелее. Словно сама Земля пыталась предупредить своих детей. На четвёртый рассвет к нему пришёл Рафики.

— Пойдём.

Больше он ничего не сказал. Они молча дошли до южной границы и поднялись на высокий холм.

Рафики поднял посох.

— Смотри.

На далёком горизонте возвышалась одинокая гора. Над самой вершиной медленно поднималась тонкая белесая струйка.

Симба долго всматривался.

— Пожар?

— Не знаю.

— Если пожар, нам нечего бояться. Между нами пустыня. Огонь сюда не дойдёт.

Рафики покачал головой.

— На пожаре дым тёмный.

Он не отрывал взгляда от вершины.

— А этот… слишком светлый.

Симба нахмурился.

— Тогда что это?

Рафики ответил не сразу.

— Мой отец рассказывал… белый дым над горой вместе с дрожью земли — очень дурной знак.

— Какой?

— Просыпается сердце горы.

По спине Симбы пробежал холод.

— Что это значит?

— Он говорил… потом появляется огненная река.

Симба ещё раз посмотрел вдаль.

— Нужно спросить Рамзеса.

Он уже повернулся, но вдруг остановился.

— Нет… сначала надо узнать, что происходит.

Когда они вернулись к Скале, им навстречу вышел Зазу. Как всегда подтянутый, важный и безупречно серьёзный.

— Ваше Величество?

— Зазу, мне нужна твоя помощь.

Симба указал лапой в сторону далёкой горы.

— Слетай туда. Осмотри всё сверху и сразу возвращайся. Мне нужно знать, что происходит.

Зазу почтительно поклонился.

— Будет исполнено, сир.

Он расправил крылья.

— Постараюсь вернуться до следующего заката.

— Береги себя.

Зазу тепло улыбнулся.

— Не беспокойтесь. Я скоро вернусь.

Через несколько мгновений его маленькая синяя фигурка уже быстро удалялась к югу. Симба смотрел ему вслед ещё долго. Сам не понимая, почему вдруг захотел окликнуть его и вернуть назад.

Поднявшись на Скалу, они сразу нашли Рамзеса. Выслушав рассказ, старый лев резко поднялся.

— Симба…

Его голос вдруг стал необычайно жёстким.

— Ты уже отправил Зазу?

— Да…

— Верни его, если сможешь.

Симба замер.

— Что?

Он бросился к краю Скалы. Но Зазу уже превратился в едва различимую точку.

— Почему?!

Рамзес тяжело произнёс:

— Если мои догадки верны…

Он посмотрел на далёкую гору.

— Это не дым.

Симба почувствовал, как внутри всё оборвалось.

— Тогда что?

— Смертельный газ.

Несколько мгновений никто не двигался. Потом Симба сорвался с места.

— Нужно послать ястреба! Он быстрее!

— Нет!

Рамзес остановил его.

— Пока он догонит Зазу, сам окажется возле горы.

Наступила страшная тишина.

— Тогда…

Симба не смог договорить. Рамзес медленно закрыл глаза.

— Остаётся только ждать.

Рафики крепче сжал посох.

— Я пойду к границе. Если что-нибудь увижу — вернусь.

Рамзес посмотрел на него.

— Если Зазу не появится до заката…

Он замолчал. Симба тихо закончил:

— Значит…

— Да.

Рафики поклонился.

— Я останусь там до следующего рассвета. Попытаюсь увидеть то, что скрыто.

— Береги себя, — едва слышно сказал Симба.

До самого заката Симба не отходил от края Скалы. Каждый раз, когда в небе появлялась птица, сердце начинало биться быстрее. Но это были чужие птицы. Когда солнце коснулось горизонта, возле Симбы уже стоял весь прайд. Никто не разговаривал. Все смотрели в одну точку. На юг. Последний луч солнца исчез. Зазу не вернулся.

И тогда Симба тихо прошептал:

— Прости меня…

Никто не ответил. В ту ночь никто почти не спал. Зазу верно служил ещё Муфасе. Он воспитывал самого Симбу. Он не покинул королевскую семью даже в самые тяжёлые времена. И теперь погиб, исполняя последний приказ своего короля.

Симба сидел неподвижно у края Скалы. Он продолжал смотреть туда, откуда Зазу должен был вернуться. Словно всё ещё надеялся увидеть в лунном небе маленькую синюю фигуру. Рамзес молча сел рядом.

— Не вини себя.

Симба долго не отвечал. Потом хрипло произнёс:

— Это я отправил его.

— Ты не мог знать.

— Но приказ отдал я!

Он резко повернулся. В глазах стояли слёзы.

— Он даже не усомнился… Просто улетел выполнять мой приказ…

Голос сорвался.

— А я… убил его.

Рамзес положил лапу ему на плечо.

— Нет.

— Если бы я сначала спросил тебя…

— Если бы я ничего не знал, я приказал бы сделать то же самое.

Симба медленно поднял голову.

— Правда?

— Правда.

Рамзес тяжело посмотрел на далёкую гору.

— Иногда король принимает единственно правильное решение.

Он сделал паузу.

— И именно оно приносит самую страшную цену.

Долго оба молчали. Потом Симба тихо спросил:

— Значит… это действительно смертельный газ?

— Теперь мы знаем это наверняка.

— Он дойдёт до нас?

— Если гора долго будет дышать — да.

— А потом?

Рамзес посмотрел на белый дым над вершиной.

— Потом может проснуться сама гора.

— Огненная река…

— Да.

Симба долго смотрел вдаль. Потом негромко позвал:

— Сараби.

— Да, Симба?

— Передай всем львицам… пусть не уходят далеко от Скалы.

Он тяжело выдохнул.

— И пусть будут готовы уйти в любой момент.

Сараби тревожно посмотрела на него.

— Всё настолько серьёзно?

Симба перевёл взгляд на далёкую дымящуюся вершину.

— Не знаю…

Он произнёс почти шёпотом:

— Но впервые в жизни мне кажется…

Он замолчал.

— …что наш враг — не лев, не гиены и не засуха. Наш враг проснулся под самой землёй.

Рамзес мгновенно поднялся и поспешил к выходу из пещеры. Последние несколько восходов солнца они с Сарафиной почти не ночевали на Скале. Она сама попросила перебраться вниз, к её подножию, где было тише и спокойнее. Он быстро спустился и сразу увидел её. Сарафина не спала. Она сидела, глядя в темноту саванны. Услышав шаги, даже не обернулась.

— Что случилось, любимая? — тихо спросил Рамзес.

Сарафина долго молчала. Потом едва слышно произнесла:

— Мне страшно…

Рамзес сразу лёг рядом и осторожно прижал её к себе.

— Почему?

Она закрыла глаза.

— У меня такое же предчувствие… как тогда…

Он понял без объяснений.

— Перед гибелью Муфасы?

Сарафина медленно кивнула.

— Тогда тоже всё казалось обычным. Никто ничего не замечал. Только внутри будто что-то кричало, что приближается беда.

Она тяжело вздохнула.

— Я никому не рассказывала об этом. Боялась, что меня сочтут слишком впечатлительной. Но сейчас…

Она подняла на него тревожный взгляд.

— Сейчас это чувство стало ещё сильнее. Что-то должно случиться, Рамзес.

Он крепче обнял её. Хотя сам уже несколько восходов солнца ощущал то же самое.

— Послушай меня.

Он коснулся носом её лба.

— Пока я рядом, никто тебя не тронет.

Его голос звучал спокойно и уверенно.

— Что бы ни произошло, я не дам тебя в обиду. Обещаю.

Сарафина прижалась к нему крепче.

— Но если беда придёт не от кого-то…

Она посмотрела в сторону южного горизонта.

— …а от самой земли?

Рамзес тоже перевёл взгляд туда. Далеко-далеко, за темнотой, скрывалась дымящаяся гора.

— Тогда мы уйдём.

Он произнёс это твёрдо, словно уже принял решение.

— Если опасность станет реальной, мы уведём прайд. Пусть даже временно.

Сарафина покачала головой.

— А может, не ждать?

Рамзес внимательно посмотрел на неё.

— Ты хочешь уйти уже сейчас?

— Да.

Она говорила тихо, но уверенно.

— Даже если ничего не случится, мы всегда сможем вернуться. Но если случится…

Она замолчала.

— …может оказаться поздно.

Рамзес долго не отвечал. Потом медленно кивнул.

— Наверное… ты права.

Он снова посмотрел на юг.

— С первым светом я поговорю с Симбой. Предложу на время увести прайд к северной границе.

Он снова обнял Сарафину.

— А теперь постарайся уснуть.

Она прижалась к нему, но ещё долго не закрывала глаз. Да и сам Рамзес не спал. Южный ветер стал заметно сильнее. Он нёс с собой непривычный сладковатый запах. Едва уловимый. Чужой. Рамзес глубоко вдохнул воздух и нахмурился. Этот запах ему совсем не нравился.

На следующем рассвете Симба так и не сомкнул глаз. Всю ночь он лежал, прислушиваясь к каждому звуку саванны. Но вокруг было почти привычно. Шелестела трава. Где-то перекликались ночные птицы. С первыми лучами солнца Симба поднялся на самую вершину Скалы и долго смотрел на южный горизонт. Ещё вечером над далёкой горой поднималась тонкая белая дымка. Теперь её не было. Гора казалась спокойной.

Симба невольно выдохнул.

— Неужели всё закончилось?..

Он ещё немного постоял, всматриваясь вдаль, затем начал спускаться. Только одна мысль не давала покоя.

«Жаль, Зазу так и не вернулся… Не надо было посылать его…»

У подножия Скалы его уже ждали встревоженные львицы.

— Ну что?

— Дыма больше не видно, — ответил Симба. — Во всяком случае сейчас.

По рядам прошёл облегчённый шёпот.

— Значит, опасность миновала?

Симба покачал головой.

— Не знаю. Поэтому далеко не уходите. Но охотиться можно.

Львицы сразу отправились в саванну. Вчера никто из них так и не успел добыть пищу. Когда Симба приказал всем срочно вернуться на Скалу, охота только начиналась. Проводив их взглядом, Симба направился искать Рамзеса. Тот сидел неподалёку, явно не выспавшийся.

— Рамзес… кажется, всё обошлось. Гора больше не дымит.

Рамзес поднял голову не сразу.

— Что?..

— Дым исчез. Наверное, всё закончилось. Надо сходить к горе. Может, найду Зазу….

Несколько мгновений старый лев неподвижно смотрел на Симбу. Потом резко поднялся. Слишком резко. Не сказав ни слова, он поднялся на верхнюю площадку Скалы. Остановился. Закрыл глаза. И глубоко вдохнул. Ещё раз. Ещё. Он долго втягивал воздух, словно вслушивался не ушами, а всем своим существом. Затем медленно открыл глаза.

— Львицы уже ушли?

— Да…

— Верни их.

Голос был спокойным. Но от него у Симбы по спине пробежал холод.

— Немедленно.

В этот миг Симба всё понял. Это была не передышка. Это было затишье. Он сорвался с места. Влетел в пещеру.

— Киара! Кову! Собирайтесь! Сейчас же!

Киара удивлённо подняла голову.

— Но папа… ты же сам сказал…

— Всё только начинается.

Он посмотрел ей прямо в глаза.

— Мы уходим.

Внизу уже стоял Рамзес. Рядом с ним — Сарафина.

— Найди остальных львиц, — быстро сказал он ей.

Она молча кивнула и исчезла среди высокой травы. Через несколько мгновений вниз спустились Сараби, Кову и осторожно шедшая Киара.

— Сколько у нас времени? — спросил Симба.

Рамзес медленно покачал головой.

— Не знаю.

Он посмотрел на юг.

— Может, ещё много.

Помолчал.

— А может, и вышло совсем.

Симба глубоко вдохнул.

— Мама, останься с Кову и Киарой.

Он повернулся к Рамзесу.

— Куда ты отправил Сарафину?

— За львицами. Я сказал: если беда начнётся раньше, пусть никто не возвращается к Скале. Все должны уходить прямо к северной границе. К тому месту, где когда-то ушёл Шторм. Его знают все.

— Правильно.

Симба посмотрел на Сараби.

— Если мы долго не вернёмся — не ждите нас. Уходите туда немедленно.

— Но, Симба…

— Это приказ.

Он перевёл взгляд на Рамзеса.

— Я найду Налу и остальных.

Потом быстро добавил:

— Ты иди за Рафики.

И вдруг вспомнил:

— Тимон и Пумба… Кто-нибудь видел их?

— Вчера они были возле северной границы, — ответил Кову.

Симба облегчённо кивнул.

— Надеюсь, они ещё там.

Он уже сделал шаг вперёд, когда заметил, что Рамзес вдруг замер. Совсем неподвижно.

— Что?

Лев поднял лапу.

— Тише…

Все замолчали.

— Слушай.

Симба напряг слух. Ничего. Совсем ничего.

— Я… ничего не слышу.

Рамзес медленно повернулся к нему. В его глазах впервые появился настоящий страх.

— Именно, Симба.

И только теперь Симба понял. Не было птиц. Не стрекотали насекомые. Не шумела трава. Даже ветер словно перестал дышать. Мир замер.

Эта тишина оказалась страшнее любого рыка. На мгновение сердце Симбы сжалось. Но уже через вдох он заставил себя собраться.

Он резко повернулся к Кову.

— Если со мной что-нибудь случится…

Кову хотел возразить. Симба не дал ему открыть рот.

— Тогда ты заменишь меня. Уведёшь прайд. К отцу. Знаешь дорогу.

Он сделал шаг ближе.

— И никаких подвигов. Никакого геройства. Это приказ.

Потом обернулся к Рамзесу.

— Нет… так мы потеряем время.

Он быстро принял решение.

— Делаем наоборот. Ты пойдёшь за Налой и львицами. Ты лучше знаешь, где их искать.

Он уже срывался с места.

— А я побегу за Рафики. До него я доберусь быстрее.

Рамзес коротко кивнул.

— Беги. И не оглядывайся.

В следующее мгновение Симба уже нёсся вниз по склону Скалы. А над саванной продолжала висеть неестественная, давящая тишина. Симба мчался к южной границе изо всех сил.

Внезапно земля под лапами дрогнула. Сначала едва заметно. Потом толчки стали сильнее. Почва заходила ходуном, будто под ней просыпалось огромное живое существо. Симбу качнуло в сторону. Над саванной с громким криком взметнулись стаи птиц. Они больше не кружили над деревьями — все до одной летели прочь, к северу.

Симба споткнулся и покатился по земле, но тут же вскочил. Он снова бросился вперёд. На несколько мгновений дрожь прекратилась. Наступила странная, почти неестественная тишина.

И вдруг… Мир раскололся. Грохот был таким, словно одновременно ударили тысячи молний. Воздух содрогнулся, земля подпрыгнула под лапами. Следом один за другим прокатились новые толчки. Симба снова упал. Он уже не чувствовал боли. Только страх. Поднявшись, он продолжил бег. Когда он добрался до пограничного холма, перед глазами всё поплыло. Воздух стал тяжёлым, дышать было трудно.

На вершине неподвижно лежал Рафики.

— Рафики!

Симба подбежал к нему. Старый мандрил был жив, но без сознания. Симба осторожно поднял его за загривок.

— Рафики! Очнись!

Мандрил медленно открыл глаза.

— Симба…

— Времени нет. Забирайся мне на спину. Держись крепче.

Рафики почти не чувствовал лап. С трудом перебравшись на спину льва, он вцепился в его гриву.

Именно в этот миг гора взорвалась вновь. Второй взрыв оказался во много раз страшнее первого. Казалось, исчезла половина горы. Над ней взметнулся исполинский столб огня, раскалённого камня, дыма и земли. Он поднимался всё выше, пока не превратился в чудовищный гриб, закрывший полнеба. День начал стремительно темнеть.

По склонам понеслись огненные реки. Вслед за ними в небо полетели раскалённые глыбы. А затем вся эта гигантская стена дыма, огня и пепла медленно двинулась в сторону Земель Прайда.

Симба больше не смотрел на гору. Он побежал назад. Изо всех сил.

Земля продолжала дрожать. В небе раздался свист. Что-то огромное пронеслось над самой головой. Раскалённая глыба упала впереди, подняв столб огня и камней. Симба даже не замедлил бег. Свист повторился. Теперь совсем рядом. Краем глаза он увидел второй раскалённый камень, падавший прямо на них. Инстинкт оказался быстрее мысли. Симба резко отпрыгнул. Глыба ударила в огромное дерево. Оно вспыхнуло мгновенно, словно было сухой травой. Вокруг уже занимались новые пожары. Небо быстро затягивало чёрным дымом. Ещё несколько прыжков — и впереди показалась Скала Прайда.

Возле неё оставались только Сараби и несколько львиц. Увидев Симбу, Сараби бросилась ему навстречу.

— Симба! Слава Богу… Ты жив!

Симба тяжело дышал.

— Где… остальные?..

— Ушли, как ты приказал. Я осталась встретить тех, кто ещё может вернуться.

— Тогда… уходим…

Он с трудом перевёл дыхание.

— Наша… земля… горит…

Словно в ответ на его слова небо снова прорезал свист. Огромный огненный шар ударил прямо в пещеру Скалы. В следующее мгновение вся Скала озарилась пламенем. Изнутри вырвался огонь.

Львицы оцепенели.

— За мной! — рявкнул Симба.

Он первым бросился к северной границе. Все побежали следом. Они пробирались сквозь охваченную огнём Землю Прайда. День превратился в сумерки. Чёрный дым застилал глаза. Каждый вдох обжигал лёгкие. Позади непрерывно гудела земля. Иногда этот гул перекрывал свист новых раскалённых камней.

Когда впереди показалась река, Симба невольно остановился. Берега были заполнены животными. Импалы. Антилопы. Зебры. Буйволы. Газели. Гепарды. Леопарды. Все бежали вместе. Никто уже никого не преследовал. Хищники и их добыча спасались бок о бок. Переправа превратилась в хаос. Животные сталкивались. Падали. Их затаптывали свои же. Другие тонули. И только крокодилы уже начали пир. Река постепенно окрашивалась в тёмно-красный цвет.

И тогда небо вновь засвистело.

Симба поднял голову. Десятки раскалённых камней неслись прямо к переправе.

— Назад!..

Но было поздно. Три глыбы ударили по противоположному берегу. Ещё три — по этому. А остальные рухнули прямо в гущу бегущих животных.

Взрывы. Огонь. Камни. Крики. Пылающие звери падали в воду. Другие в ужасе бросались в стороны, сталкивая соседей. Многие уходили под воду. Крокодилы рвали тех, кто ещё пытался выбраться. Над переправой стоял единый крик боли.

Симба понял. Переходить здесь нельзя. Это верная смерть.

— За мной!

Он резко повернул на северо-запад, вдоль течения. Нужно было добраться до места, где в большую реку впадала северная. Но сначала — вырваться из кольца пожаров. Впереди мелькнул узкий проход между двумя стенами огня.

— Быстрее!

Они успели. Через несколько мгновений языки пламени сомкнулись позади. Теперь они бежали вдоль реки. Жар постепенно слабел. Свист в небе стал реже.

Симба понял — самое страшное осталось позади. Но останавливаться было нельзя. Добравшись до устья северной реки, группа повернула вдоль неё. И тут Симба услышал новый грохот.

Позади неслись огромные табуны. Обезумевшие животные сметали всё на своём пути.

— Холм! Быстрее на холм!

Все бросились вперёд. Львицы одна за другой успевали запрыгнуть на узкую тропу. Симба бежал последним. Каждый вдох отдавался болью. Рафики всё ещё лежал у него на спине, крепко вцепившись в гриву. Табун приближался. Ещё немного… Ещё…

Они успели.

Через мгновение по тому месту, где только что стоял Симба, пронеслись сотни копыт. Симба сделал последний шаг. Поднялся на вершину.

И рухнул без сознания.

Он очнулся от осторожных прикосновений. Кто-то ласково облизывал его морду. Симба открыл глаза. Перед ним была Нала. Всё тело сотрясала сильная дрожь. С огромным усилием он приподнялся.

Вокруг стояли Кову, Киара, Сараби, Рамзес, Сарафина и несколько львиц. Многие были обожжены. Шерсть местами почернела от огня. Рядом неподвижно лежал Рафики. Симба медленно огляделся. Не хватало львиц. Не было Тимона. Не было Пумбы. Сердце болезненно сжалось.

«Нет…»

Перед глазами всё потемнело.

Когда он очнулся вновь, первое, что увидел, — полную луну над головой. Воздух был чистым: ни дыма, ни гари, только прохладный запах степной травы и редкий стрёкот ночных насекомых. После огненного рёва эта тишина казалась почти неправдоподобной. Симба лежал, вслушиваясь в неё и пытаясь понять, где находится.

— Где… я?.. — наконец тихо спросил он.

— Возле Долины, — спокойно ответил Рамзес, лежавший неподалёку. — Думаю, до её границ уже совсем недалеко.

Симба медленно повернул голову.

— Сколько…

— Два восхода. Ты был без сознания. Мы несли тебя по очереди.

Симба попытался подняться. Тело словно налилось камнем.

— Что… с Землями Прайда?

Рамзес опустил взгляд.

— Их больше нет.

После долгой паузы он тихо добавил:

— Почти весь наш дом сгорел. Уцелела лишь небольшая часть на севере.

Симба закрыл глаза. Перед ним снова возникла переправа. Огонь. Крики. Животные, исчезающие под водой. Пылающие деревья. Зазу…

Он больше не смог сдерживаться. Из глаз покатились слёзы.

— Я видел… как погибали сотни…

Голос сорвался. Рамзес молча придвинулся ближе и положил лапу ему на плечо.

— Плачь, Симба.

Он говорил почти шёпотом.

— Не держи это в себе.

Некоторое время слышались только всхлипывания. Потом Симба глубоко вдохнул и постепенно успокоился.

— Что… с нашим прайдом?

Рамзес едва заметно улыбнулся.

— Киара держится. Это сейчас самое главное.

Улыбка быстро исчезла.

— Но переход дался ей очень тяжело. Мы должны быть готовы, что львята появятся на свет раньше срока. Возможно, прямо в саванне.

Симба тревожно посмотрел на него.

— Кову?

— Всё время рядом с ней.

— Нала?

— Тоже.

Симба облегчённо выдохнул.

— А остальные?

Рамзес долго молчал.

— Мы недосчитались четырёх львиц…

Эти слова прозвучали почти шёпотом. Симба опустил голову.

— И ещё…

Он поднял глаза.

— Тимон и Пумба.

Симба вздрогнул.

— Они… погибли?

— Не знаю.

Рамзес покачал головой.

— Очень надеюсь, что нет. Возможно, они успели уйти к своему оазису. Мы искали их, звали, обходили окрестности… Но никого не нашли.

Симба закрыл глаза. Они спасли ему жизнь. И теперь, когда пришла беда… Он не смог спасти их.

— Простите меня… — едва слышно прошептал он.

Некоторое время оба молчали. Потом Рамзес сказал:

— Рафики уверен, что они живы.

Симба резко поднял голову.

— Правда?

— Да.

— Откуда он знает?

— Он говорит, что видел это.

Симба долго молчал. Потом тихо сказал:

— Тогда я найду их. Обязательно найду. Как только мы сможем вернуться.

Он посмотрел на Рамзеса.

— Мы ведь вернёмся?

— Конечно.

— Тогда первым делом пойду за ними.

Он глубоко вздохнул.

— Но сейчас… сейчас главное — Киара. Если она родит в дороге, ей понадобится безопасное место.

Он немного помолчал.

— Мы идём в Долину?

Рамзес медленно покачал головой.

— Нет.

— Тогда куда?

Рамзес спокойно посмотрел ему в глаза.

— Ты и сам догадываешься.

Симба застыл.

— К… Шторму?

— Да.

— Нет…

Он сразу покачал головой.

— Это невозможно.

— Почему?

— Потому что он не хочет меня видеть.

Симба тяжело вздохнул.

— Одно дело — прийти в гости. Совсем другое — привести к нему весь прайд. Мы будем жить рядом. Постоянно встречаться. Он меня не простил, Рамзес. Это плохо кончится.

Он решительно покачал головой.

— Нет. Лучше пойдём в Долину. Ты говорил, что мой дед когда-то жил там. Может…

— Твоих родственников там давно нет.

— Тогда хотя бы к Тео. Он ведь не откажет тебе.

— Не откажет.

Рамзес ненадолго замолчал.

— Но дело совсем не в этом.

— А в чём?

— В Долине ещё есть враги, что помнят твоего дедушку Ахади. Нам не нужно искать убежище там, где они легко смогут достать тебя.

Он выдержал паузу.

— Шторм примет тебя.

— Нет. Мы всё же попытаем счастье. Там, где есть враги, найдутся и друзья… Переждём там беду.

— Шторм примет…

— Он меня не простил! Нет. В Долину.

Рамзес устало прикрыл глаза. Он слишком долго хранил эту тайну. Теперь скрывать её больше нельзя. Иначе они так никогда и не встретятся.

— Он простил…

Симба замер.

— Что?..

— И достаточно давно.

Наступила тяжёлая тишина. Рамзес понял, что отступать было поздно. Он спокойно рассказал Симбе обо всём. О разговоре со Штормом. О его замысле. О том, почему тот отказался публично простить его. Когда рассказ закончился, Симба долго сидел неподвижно. Будто разучился дышать. Потом медленно поднял голову. В его голосе звучали боль, растерянность и обида.

— Он… снова использовал меня.

Он горько усмехнулся.

— Использовал вслепую…

Рамзес тяжело вздохнул.

— Да.

Он не стал спорить.

— Мне самому не нравится то, что он сделал.

После короткой паузы он добавил:

— Но, может быть… именно так ты наконец стал тем королём, которым должен был стать.

Симба ничего не ответил. Внутри него словно столкнулись две силы. Одна понимала слова Рамзеса. Другая — кричала от боли. Шторм не верил в него. Он снова решил всё за него. Снова использовал его, не сказав правды. Играл в свои игры. А ведь мог остаться… Мог просто поговорить. Мог дать ему шанс. В памяти всплыл тот вечер у реки почти шесть лун назад. Те слова. Та уверенность. Та боль, которую Симба тогда видел в его глазах.

«Он простил меня…»

Но если простил — почему продолжал скрывать правду?

Симба чувствовал усталость. Слишком много всего произошло за последние дни. Гибель Зазу. Пожар и потеря дома. Тимон и Пумба, судьба которых была неизвестна. И теперь ещё это. Он хотел что-то сказать, но сил уже не осталось. Симба лёг и вскоре провалился в тяжёлый сон.

Утро пришло тихим и холодным. Симба проснулся одним из первых. Некоторое время он просто лежал, глядя на небо, потом медленно поднялся и потянулся. Вокруг уже начинали просыпаться остальные. Кто-то проверял раны. Кто-то помогал тем, кому было тяжело идти.

Симба подошёл к Рафики. Мандрил уже не спал и спокойно сидел, глядя вдаль.

— Ты знал про план Шторма?!

Рафики посмотрел на него.

— Доброе утро, Симба.

Он улыбнулся.

— Спасибо, что спас меня.

Симба на мгновение смягчился.

— Рафики… это был мой долг.

Потом снова стал серьёзным.

— Но ты уходишь от ответа. Ты знал?

Мандрил некоторое время молчал.

— Да.

— Кто ещё?

— Кову.

Рафики сделал паузу.

— Сарафина и…

Симба резко поднял голову.

— Нала?!

— Симба…

Рафики спокойно выдержал его взгляд.

— Они дали слово молчать. Не потому, что хотели обмануть тебя. А потому, что считали это необходимым.

— Так Нала знала?!

— Да.

Он тяжело вздохнул.

— Для неё это было очень трудно. Но она понимала, что должна пройти это испытание. Испытание доверием к отцу.

Симба ничего не сказал.

— Рамзес прошёл его, Симба. Нала увидела, что он способен держать слово даже тогда, когда это причиняет ему боль.

Рафики посмотрел на него внимательнее.

— Кто рассказал тебе?

— Рамзес.

Мандрил медленно покачал головой.

— Я чувствую, ты злишься.

Он сделал паузу.

— Но попробуй поставить себя на место Шторма.

Симба отвёл взгляд.

— Может быть…

— Возможно, ты тоже ушёл бы.

Симба долго молчал.

— Может быть.

Рафики мягко улыбнулся.

— Тогда сейчас ты думаешь не о том, Симба.

Симба посмотрел на него. И медленно кивнул.

— Ты прав.

Он повернулся к остальным.

— Все, поднимайтесь!

Львы и львицы начали вставать. Симба оглядел свой прайд. Уставший. Израненный. Потерявший дом. Но живой.

— Мы пережили самое страшное, что может случиться с прайдом.

Он говорил громко, чтобы слышали все.

— Наш дом уничтожен. Мы потеряли друзей и тех, кого любили. Их память навсегда останется с нами.

Симба сделал паузу.

— Но мы выжили.

Он посмотрел на каждого.

— Мы всё ещё прайд.

В его голосе появилась уверенность.

— Перед нами будут новые трудности. Нам придётся жить далеко от нашей земли. Нам придётся начинать сначала.

Он посмотрел туда, где за горизонтом осталась его Земля Прайда.

— Но мы вернёмся.

Несколько львиц подняли головы.

— Пройдут сезоны дождей. Там, где сейчас лежит пепел, снова появится трава. Вернутся стада. Вернётся жизнь.

Симба вдохнул.

— Наша Земля Прайда уже никогда не будет такой, какой была раньше.

Он сказал это спокойно.

— Но она возродится.

Наступила тишина.

— Сейчас нам нужно быть едиными как никогда.

Он посмотрел на Кову.

— Я знаю про план Шторма.

Некоторые львицы удивлённо переглянулись. Он поднял голову.

— Мы идём к нему.

Симба повернулся к Рамзесу и Кову.

— И мне нужно поговорить с вами о дороге.

Потом обратился ко всем:

— Остальным готовиться. Скоро отправляемся.

Рамзес и Кову подошли к нему. Кову первым опустил голову.

— Прости меня, Симба. Я…

— Не надо.

Симба остановил его.

— Это моё дело со Штормом.

Он посмотрел на молодого льва.

— Возможно, даже хорошо, что вы мне не сказали.

Кову удивлённо поднял глаза. Симба сделал паузу.

— Когда мы встретимся, я с ним поговорю. И мы расставим всё по своим местам.

Он повернулся к дороге впереди.

— А сейчас главное — выжить.

Он посмотрел на Рамзеса.

— Вы с Кову поведёте прайд. Вы знаете путь.

Затем перевёл взгляд на Кову.

— Я буду рядом с Киарой.

И немного подумав, добавил:

— Ещё одна просьба. Возьми Рафики на спину.

Мандрил довольно улыбнулся.

— С удовольствием.

Симба оглядел всех.

— Тогда идём.

И вскоре прайд двинулся в путь. Впереди шли Рамзес и Кову. На спине молодого льва, словно настоящий всадник, удобно устроился Рафики. Позади оставался их погибший дом. А впереди была неизвестность. Но впервые за долгое время Симба чувствовал уже не страх.

А надежду.