📖 Глава 6. Глава 22. Марша и Дарий спешат на помощь

Марша вернулась, когда все уже закончили полуденную трапезу и постепенно расходились кто куда: одни устраивались отдыхать после охоты, другие отправлялись прогуляться перед ночным покоем. Она и сама любила после охоты уйти куда-нибудь одна. Тишина помогала разогнать тяжёлые мысли, которые в последние дни словно поселились у неё в голове.

Сейчас в ней смешалось слишком многое. Обида на холодный приём Шторма. Злость на Дария за то, что он, как ей казалось, настроил брата против неё. А кто ещё мог это сделать? И одновременно — странное, почти раздражающее желание увидеть этого невыносимого болтуна хотя бы мельком.

За время перехода она привыкла к его постоянной, почти незаметной заботе. Он мог выводить её из себя, мог насмехаться, мог доводить до ярости, но при этом всегда был рядом. Следил за дорогой, искал воду, первым замечал опасность. И делал это независимо от того, ругались они или молчали.

Сегодня Марша решила найти место, где сможет спокойно подумать обо всём, что произошло с ней за последние восходы и закаты, и о том, что ждёт её дальше. Такое место нашлось за водопоем, куда приходили напиться стада импал. Небольшая поляна была скрыта от чужих глаз кольцом густых кустарников. Здесь можно было спокойно лежать в одиночестве, а при необходимости быстро выйти на охоту и вернуться обратно.

Теперь это будет её место. Её уголок. Её тишина.

Но мысли о будущем незаметно перешли в мысли о настоящем. Может, она зря так плохо думает о Дарии? Эта мысль раздражала больше всего. Потому что появлялась слишком часто. Возможно, он действительно ничего не говорил Шторму. Возможно, король сам сделал свои выводы.

А вот в самом Шторме Марша разочаровалась сильно. Он оказался даже хуже, чем она могла представить после рассказов о его брате. Хотя казалось — куда уж дальше? Разве может быть кто-то более самоуверенный и развязный, чем этот толстый лев с берегов Озера?

Но Шторм был другим. Он обещал верность. Говорил правильные слова. Перед уходом от Симбы столько львиц смотрели ему вслед, что можно было подумать — перед ними образец чести и достоинства.

А потом?

Став королём, он просто взял в любовницы другую львицу. При живой жене. Как Триша вообще смогла это принять? Разве у неё нет гордости? Или любовь действительно может настолько ослепить, что сильная львица превращается в покорную тень рядом с любимым? Будь Марша на её месте — она бы никогда такого не позволила.

Хотя, если честно, именно это ещё раз доказывало старую истину: доверять львам можно только в самом крайнем случае. Интересно, чему вообще такой Шторм может научить своих учеников? Марша перевернулась на другой бок. И неожиданно почувствовала любопытство.

Как проходит обучение будущих королей? Как учитель объясняет им, что правильно, а что нет? Как он учит их быть сильными? Её ведь никто никогда толком не учил. Она сама научилась охотиться. Сама научилась защищаться. Сама научилась выживать. Только одного она так и не смогла понять. Как правильно любить.

Может ли кто-то вообще научить этому?

Можно ли объяснить, как найти того, кто полюбит тебя по-настоящему? Не ради игры, не ради охоты за очередной победой, не ради красивых слов перед очередным расставанием?

И снова в мыслях появился Дарий. А потом — другой образ. Тот, который она давно пыталась забыть. Боли уже не было. Но воспоминание всё равно оставляло тяжесть внутри.

Марша тихо вздохнула и отвернулась. Она просидела так почти до самого вечера.

Только когда солнце стало огромным оранжевым диском и начало медленно растворяться в расплавленной дымке горизонта, львица заставила себя подняться и отправиться обратно.

Но дома её ждали новые новости. И от них внутри снова всё закипело. На мгновение Марше захотелось развернуться и уйти куда глаза глядят. Однако у самого подножия Скалы она столкнулась именно с тем львом, о котором думала последние полдня. И, конечно же, увидеть его сейчас ей хотелось меньше всего.

— Ну что, поздравляю.

Дарий поднял голову.

— Таки с чем, радость моя? Или я опять стал счастливым, а меня забыли предупредить?

— Твой братец избил собственного сына.

Улыбка мгновенно исчезла.

— Ой, я тебя умоляю… Только не начинай этот спектакль с первого действия.

Он раздражённо махнул лапой.

— Пара хороших воспитательных тумаков — и уже конец света. Такой шум, будто мальчика не тренировали, а живьём гиенам на ужин подали.

— У Айзека не «пара тумаков». У него морда разбита.

— Зато язык целый. Уже хорошо.

Марша холодно посмотрела на него.

— Удивительно, что тебе ещё смешно.

Дарий пожал плечами.

— А шо мне теперь? Сесть, плакать и посыпать голову песком? Они отец и сын. Разберутся.

— За него ты, значит, совсем не переживаешь?

Дарий внимательно посмотрел на неё. Потом неожиданно усмехнулся.

— Ой… Так ты, оказывается, за него переживаешь?

Он хитро прищурился.

— А я-то уже решил, шо тебе при рождении сердце забыли выдать.

Марша почувствовала, как внутри снова поднимается злость.

— Выдали.

Она сделала шаг ближе.

— Только один болтливый лев с Великого Озера его давно уже вымотал.

— Я?!

Дарий театрально оглянулся.

— Здесь ещё есть какой-нибудь красавец с Великого Озера, или вся честь опять мне одному досталась?

— Если бы я была на месте Лизы…

Она процедила сквозь зубы:

— Я бы вас обоих давно прибила.

Дарий фыркнул.

— Ой, мама дорогая… Напугала ежа голым задом.

Потом покачал головой.

— Не была бы ты на месте Лизы.

— Почему?

— Потому шо Лизу любили.

Он посмотрел ей прямо в глаза.

— А ты пока делаешь всё, шоб тебя боялись.

— Это сейчас был комплимент?

— Нет.

Дарий пожал плечами.

— Это, золотце моё, медицинский диагноз.

Марша стиснула зубы.

— Конечно. Правда всегда глаза режет.

Она горько усмехнулась.

— Рамзес рассказывал о Шторме чуть ли не как о святом. А что вижу я?

Она начала загибать когти.

— Бабник. Двоежёнец. И отец, который избивает собственного сына, называя это воспитанием будущего короля.

Она презрительно усмехнулась.

— Интересно… Чем вы друг другу пасти закрываете, чтобы так дружно оправдывать любую мерзость?

Дарий перестал улыбаться. Совсем. Он медленно подошёл ближе.

— Ты сейчас очень аккуратно выбирай слова. Малохольная.

Марша не отвела взгляда.

— Все вы одинаковые.

Её голос стал тише. Но от этого опаснее.

— Может, ты чуть получше. А может, такой же. Особенно когда защищаешь своего братца.

Она покачала головой.

— Бедная Триша… Даже жалко её.

Дарий оказался рядом одним быстрым движением. Не ударил. Не толкнул. Но так встал перед ней, что дальше пройти она уже не могла.

— Ты забываешься.

Голос его впервые стал холодным.

— За такие слова, красавица, уже можно получить не шутку, а вполне серьёзный разговор.

Марша усмехнулась.

— И что? Выгонишь меня? Или тоже лапы начнёшь ломать, как ваш примерный братец?

Дарий сжал челюсти.

— Не трогай Шторма.

Тихо сказал он.

— Ты не знаешь ни его, ни Тришу. Ни того, через что они прошли. Ты тогда, как и все, с Симбой осталась.

Он наклонился чуть ближе.

— И не смей лезть туда своими грязными догадками. Я тебя очень по-хорошему прошу.

— Ой, да ладно.

Марша презрительно махнула хвостом.

— Расскажу Рамзесу. Пусть знает, какого святого сынка вы тут все себе придумали.

Дарий шумно выдохнул.

— Ой, вэй… Таки шо ж ты такая тяжёлая на голову…

Он покачал головой.

— Не лезь в чужую любовь. Особенно если сама в ней понимаешь примерно столько же, сколько гиена — в балете. Шторм не бабник. И…

— Конечно.

Марша перебила его.

— Для тебя он вообще, наверное, святой.

Она усмехнулась.

— Даже отец не смог найти тебе львицу в этот поход. Видимо, характер слишком замечательный.

Дарий замолчал. На этот раз удар оказался точным. Он долго смотрел ей в глаза. Пытался понять, почему именно эта невозможная львица так легко выводит его из себя. Почему каждый разговор заканчивается одинаково. Хотя он уже которое новолуние честно пытается перестать с ней воевать.

Ответа он так и не нашёл. Только устало покачал головой.

— На мою бедную голову он подобрал тебя…

Он грустно усмехнулся.

— Всю из колючек, обид и характера.

Потом добавил с привычной улыбкой:

— Ой, Марша… Таки этот твой язычок однажды организует тебе такие приключения, шо потом сама скажешь: «Дарий, где ж ты раньше был?»

Он развернулся.

— Ладно. Пойду отсюда. Пока я ещё культурный лев с Великого Озера.

Марша крикнула ему вслед:

— Лучше за собой смотри, поц несчастный!

Дарий даже не обернулся. Только поднял лапу.

— Смотрю, золотце. А тебе я посоветовал бы иногда посмотреть… отражение в озере.

И, тихо пробормотав себе под нос:

— Ой, вэй… И где ж тебя такую нашли на мою седую гриву?..

После этого она резко развернулась и ушла ночевать в своё тайное убежище.

Некоторое время они почти не пересекались. Марша уходила на охоту ещё до того, как Дарий отправлялся к ученикам. После полуденной трапезы она почти каждый закат старалась исчезнуть подальше — лишь бы не встречаться ни с ним, ни со Штормом, не слышать лишних слов и не провоцировать новые ссоры. Она убеждала себя, что так будет лучше для всех.

Но вскоре сама судьба снова свела их вместе.

Среди учеников Шторма был один львёнок по имени Ванга. Неугомонный, любопытный и вечно ищущий приключений, он был именно из тех малышей, чьё любопытство почти всегда обещало неприятности. Но у Ванги был секрет, о котором не знала ни одна живая душа в школе.

Он не был наследным принцем.

Когда ему не исполнилось ещё и пяти лун, на его прайд напали аутсайдеры. Они убили его родителей, а одна из уцелевших львиц сумела спасти малыша и бежать вместе с ним. С тех пор Ванга жил с одной мечтой — когда-нибудь стать королём и вернуть свою землю. Но в Долине он никогда не смог бы стать учеником настоящего учителя. Там брали только детей действующих правителей. Сироте без имени и прайда оставалось лишь мечтать. А потом он услышал о школе Шторма за пределами Долины.

Это был его шанс. Если никто не узнает, откуда он пришёл на самом деле, если он сможет доказать, что достоин, — всё получится.

Львица, спасшая его, привела Вангу на место сбора будущих учеников, благословила его и отпустила. Он затерялся среди десятков других львят. В дороге сопровождавшие их матери были заняты собственными детьми и почти не обращали на него внимания. А когда они прибыли на место, Ванга одним из первых подошёл к Шторму и сел рядом.

Он страшно боялся, что его разоблачат и выгонят.

Так уже случалось с другими львятами в его положении в Долине. Поэтому Ванга старался изо всех сил: лучше всех отвечал, быстрее всех бегал, первым тянулся к новым знаниям и пытался подружиться со всеми вокруг. Со временем он оказался среди самых успешных учеников. Его перевели в отдельную группу тех, кто лучше запоминал истории и законы, быстрее осваивал приёмы и чаще побеждал в тренировочных схватках. Им давали более сложные задания. Благодаря упрямству и невероятному желанию добиться своего Ванга быстро выбился вперёд и стал одним из лидеров среди учеников.

Потом сменился учитель.

Шторм почти всё время проводил с теми, кто отставал, пытаясь подтянуть их до общего уровня. А с Дарием было совсем иначе. Тот рассказывал истории в своей необычной, смешной манере, часто шутил и был гораздо мягче.

Кроме того, Вангу невольно тянуло к Дуале. Ему очень не хватало материнского тепла, которого он лишился ещё совсем маленьким. Молодая львица чувствовала это и старалась уделять ему больше внимания. Она понимала, что с Вангой что-то происходит, замечала его внезапные приступы грусти, но не знала настоящей причины его боли.

Обычно ближе к вечеру, после полуденной трапезы, ученикам давали свободное время. Они играли под присмотром Витани и Дуалы. Август вместе с Кейси уходили на отдельные занятия к Шторму, Дарий тоже часто куда-то исчезал. На Скале обычно оставались только Лиза, Триша и Аккра. С приходом Марши у них появилась возможность наконец немного отдыхать перед вечерней охотой.

Ближе всего Ванга дружил с Делмаром и Бохлэйлом. Оба относились к группе отстающих, но искренне уважали своего более успешного товарища. Чаще всего они проводили свободное время вместе. Ванга рассказывал им придуманные или когда-то услышанные истории о своей земле, иногда приукрашивая их так, что сам едва удерживался от смеха. А ещё он часто предлагал отправиться исследовать окрестности Земель Прайда, хвастаясь, что всегда сможет найти дорогу обратно.

В один из таких вечеров, едва остальные ученики разошлись отдыхать, а солнце начало медленно опускаться к горизонту, Ванга толкнул друзей лапой.

— Эй, хватит валяться! Вставайте, а то такими темпами станете круглыми, и какие из вас тогда короли получатся?

— И чего тебе сегодня неймётся? — лениво спросил Делмар.

— Я вчера слышал про одно крутое место. Оттуда всё видно. Можно посмотреть, чем занимаются старшие ученики.

— А где это? — заинтересовался Делмар.

Ванга поднялся и указал лапой вдаль:

— Во-он там. Видите большую гору? Она высокая, с неё всё хорошо видно. И не так далеко. До ужина успеем сбегать туда и обратно.

— Но туда ещё забраться надо, — недоверчиво сказал Бохлэйл. — Ты уверен, что мы успеем вернуться? А то потом нам попадёт.

— Ну и сиди тут, Эл, набирай жир, — раздражённо бросил Ванга. — Учитель Шторм говорил, что настоящий король должен быть сильным и держать себя в форме. Для этого надо бегать, прыгать и лазить. А если ты только лежишь, то никогда не перейдёшь в нашу группу. Будешь тут учиться всю жизнь!

Бохлэйл не хотел учиться всю жизнь. Он поднялся и посмотрел на Делмара. Тот немного подумал и тоже встал.

— Хорошо. Но сначала скажем Дуале, куда идём.

— Зачем?

— Ты знаешь правила, Ван. Если уходишь далеко, взрослые должны знать.

Ванга закатил глаза.

— Ну ты и трус, Дел. Тогда нас никто не отпустит. Все захотят посмотреть это место, и никакой тайны не останется. Нет уж. Такие места надо находить самим.

— А если что-нибудь случится?

— Ничего не случится. Я буду рядом. Если что — защищу вас.

Он гордо расправил плечи.

— Настоящие львы ничего не боятся. Мы должны проверить себя. Так идём или нет?

Делмар и Бохлэйл ещё немного сомневались, но вскоре нехотя кивнули.

Троица осторожно пробралась к кустам на краю поляны. Дождавшись, когда Витани и Дуала отвернутся, львята исчезли среди ветвей. Оказавшись за пределами лагеря, они выбежали на пустую поляну и направились к горе, которую показал Ванга.

Вскоре перед ними появилась река.

— А как мы перейдём? — испуганно спросил Бохлэйл. — Я плавать не умею.

— И я, — добавил Делмар.

— Не бойтесь, — уверенно ответил Ванга. — Всегда найдётся безопасное место.

Подобно взрослым охотницам, ищущим путь к добыче, троица пошла вверх по течению. Река весело журчала рядом, унося прочь воду, которая ещё недавно утоляла жажду больших стад. Наконец между берегами показались гладкие камни.

— Вот оно. За мной.

Ванга первым прыгнул вперёд. Друзья последовали за ним, несколько раз едва не сорвавшись в воду. На другом берегу их встретили густые заросли акаций. За ними темнели стволы баобабов и эвкалиптов. Ванга глубоко вдохнул и первым полез вперёд.

Пробираясь сквозь кусты, они всё чаще слышали тяжёлый рёв слонов. Казалось, где-то совсем рядом огромные животные предупреждали чужаков не приближаться. Но теперь возвращаться назад было ещё страшнее. Наконец кусты закончились, и львята оказались на большой поляне. Это было место, где часто паслись слоны.

Ванга мгновенно пригнулся.

— Тихо. Учитель Дарий говорил: если слоны увидят львов, они могут испугаться и броситься вперёд. Надо ползти медленно, пока они нас не заметили.

— А что делать, если уже заметили? — дрожащим голосом спросил Бохлэйл.

Ответить Ванга не успел.

Из стада вышел огромный вожак. Опустив бивни почти к земле, он издал предупреждающий рёв и начал медленно двигаться прямо к ним. Несколько мгновений львята стояли неподвижно.

И тут Ванга закричал:

— Бежать!

Они сорвались с места. Позади нарастал громкий топот. Земля дрожала под тяжёлыми шагами стада, а слоны сметали всё на своём пути. Львята мчались к акациям, куда взрослые животные не могли пройти. Но кусты оказались не менее опасным препятствием. Ветви цеплялись за шерсть, царапали кожу, оставляя кровь на боках.

Однако страх оказался сильнее боли.

Троица прорвалась сквозь заросли, перепрыгнула через ручей и только потом остановилась, тяжело дыша и пытаясь понять, что вообще произошло. Они ещё не знали, что этот маленький побег навсегда изменит их жизнь.

— Ну и где мы сейчас? — спросил Делмар.

Ванга огляделся по сторонам. Вокруг были только незнакомые кусты, камни и темнеющее небо.

— Не знаю.

— Как это — не знаешь?! — У Бохлэйла расширились глаза. — И как мы попадём домой, если даже не понимаем, где находимся?

— Пойдём тем же путём, что и пришли, — уверенно ответил Ванга. — Учитель Шторм говорил: если внимательно идти по своему следу, всегда можно найти дорогу назад.

— По какому следу? — мрачно спросил Делмар. — Через эти кусты? Да слоны наверняка уже всё затоптали.

Ванга сел и снова внимательно посмотрел вокруг.

— Ты прав, Дел.

Несколько мгновений все молчали.

— Надо позвать на помощь, — предложил Бохлэйл.

— Кого? — Ванга покачал головой. — Мы здесь одни.

Он заметил тревогу друзей и постарался улыбнуться:

— Не бойся, Бо. Сейчас что-нибудь придумаем.

Он замер, потом его глаза загорелись.

— Придумал!

— Что? — одновременно спросили Делмар и Бохлэйл.

— Надо идти к горе! — торжественно заявил Ванга. — Сверху мы увидим дорогу домой!

— А где гора? — осторожно спросил Бохлэйл.

— Сейчас… сейчас…

Ванга вскочил, повернулся несколько раз и вдруг радостно указал лапой:

— Ага! Вон она!

На горизонте действительно виднелась большая гора.

— Ты уверен? — с сомнением спросил Делмар. — Мы столько шли, а она будто совсем не приблизилась.

— Значит, мы ещё далеко, — невозмутимо ответил Ванга. — Теперь пойдём прямо к ней и быстро доберёмся.

И, как настоящий вожак маленького прайда, он снова повёл друзей вперёд. Ванга шёл бодро, стараясь не показывать усталости. На боках ещё виднелись тонкие следы от колючих ветвей акации, а некоторые царапины снова начинали кровоточить. Но он не обращал на них внимания.

Солнце уже почти скрылось за горизонтом. Его оранжевый свет предупреждал: день заканчивается, а впереди приближается ночь. Однако гора всё росла перед ними, пока наконец не нависла над всей местностью огромной тёмной стеной.

— Вау… — все трое одновременно подняли головы.

Несколько мгновений они просто смотрели вверх.

— И как мы туда заберёмся? — спросил Делмар.

— По тропинке, конечно, — ответил Ванга. — Вон она. Видите? Она ведёт наверх. Там должна быть пещера с уступом. С него мы всё увидим.

Он первым двинулся вперёд.

— За мной!

Трое львят начали подниматься по склону.

Дорога оказалась труднее, чем казалось снизу. Камни скользили под лапами, а темнота постепенно опускалась на гору. Но желание увидеть мир сверху гнало их вперёд. Наконец они добрались до уступа. И только тогда поняли, насколько далеко ушли. Внизу, среди темнеющей саванны, едва различались знакомые места.

— Ванг… — тихо сказал Бохлэйл. — А дом-то вон где.

Он указал вдаль.

— Мы успеем вернуться?

— Конечно успеем, — привычно ответил Ванга. — Не бойся, Бо. Вот там, у большого дерева, повернём направо. Потом выйдем к реке. А оттуда до дома совсем близко.

— Тогда пошли скорее, — сказал Делмар. — Солнце уже почти село.

Но Ванга словно не слышал. Он смотрел вдаль, на огромный мир перед ними.

— Знаете… А ведь мы сейчас как настоящие короли.

Друзья посмотрели на него.

— Представьте. Мы стоим на вершине во время великой церемонии. Внизу все животные нашей земли. А мы смотрим на них и знаем: это наше королевство.

Делмар и Бохлэйл переглянулись и улыбнулись. В конце концов они тоже были львятами.

А львята любят мечтать.

Они выстроились рядом, набрали в грудь столько воздуха, сколько смогли, и изо всех сил заревели. Их неуверенный, но гордый голос разнёсся эхом по скалам.

— Класс! — восхищённо прошептал Ванга. — Ещё раз! Только теперь в пещеру!

Троица забежала ближе к входу и снова зарычала. Эхо вернулось к ним громче, чем прежде. Но почти сразу после этого они почувствовали странное.

Земля под лапами едва заметно дрогнула. Сначала львята подумали, что им показалось. Потом песок на склоне пришёл в движение. Маленькие ручейки песка и камней начали скатываться вниз, становясь всё больше и быстрее.

Ванга мгновенно перестал улыбаться.

— В пещеру!

Они бросились внутрь.

Снаружи грохот усиливался. Камни срывались со склона, дрожь становилась сильнее, а потом… Всё внезапно стихло. Испуганные львята начали осторожно выглядывать из пещеры.

— Ну вот, — попытался бодро сказать Ванга. — Ничего страшного не произошло.

— Уверен? — мрачно спросил Делмар. — Посмотри вниз.

Ванга посмотрел. И его сердце упало. Путь, по которому они поднялись, теперь был завален камнями. Огромные глыбы перекрыли дорогу, а спуститься по склону стало невозможно.

— И что теперь будем делать? — тихо спросил Бохлэйл.

— Искать другой путь вниз… — неуверенно ответил Ванга.

— На ночь глядя? — Делмар устало сел. — Всё. Сегодня мы уже ничего не сделаем. Будем ночевать здесь.

— Голодными? — жалобно спросил Бохлэйл. — Я есть хочу.

— Терпи, Бо. Я тоже хочу. Но ничего не поделаешь.

Делмар сердито посмотрел на Вангу.

— По прихоти одного любителя порычать мы теперь застряли здесь без еды. Надеюсь, нас быстро найдут.

— Как думаешь, что нам будет? — тихо спросил Ванга.

— Подзатыльников не избежать. И шлепков тоже. А ещё расскажут твоему отцу, как его наследный принц чуть не погиб.

Ванга опустил голову.

— А если нас не найдут?

На мгновение повисла тишина.

— Тогда расскажут, как мы погибли, — раздражённо ответил Делмар. — Хватит уже думать о плохом, Бо. Учитель Шторм нас найдёт. Он всегда находит тех, кто потерялся.

Он посмотрел на вход в пещеру.

— Лучше останемся здесь. Учитель Дарий говорил: если ночуешь в незнакомом месте, надо держаться у входа. Тогда первым заметишь опасность.

Ванга промолчал. Теперь он был уверен: когда его найдут, все узнают правду. Узнают, что он не принц. Узнают, что он обманул всех. И его отправят обратно. Зачем только ему понадобилась эта гора? Они могли бы сейчас сидеть на Скале, ужинать и смеяться. А теперь…

Трое львят сбились в кучку возле входа в пещеру и тревожно задремали под холодным светом первых звёзд.

У Дуалы сердце тревожно ныло ещё с рассвета. Странное беспокойство не покидало её весь день и заставляло особенно внимательно следить за учениками. Иногда такие предчувствия уже приходили к ней раньше — и слишком часто потом оказывались правдой. Поэтому сегодня львица отказалась от охоты. Она осталась на Скале, чтобы следить за порядком, встречать львят после занятий и быть рядом, если кому-то понадобится помощь.

После возвращения с уроков и полуденной трапезы Дуала пересчитала учеников. Все были на месте. Но тревога не уходила. Через некоторое время она снова внимательно посмотрела на поляну. И замерла. Троих не было.

Ванги. Бохлэйла. Делмара.

Дуала бросилась искать их следы. Они вели прочь от Скалы, через траву к реке. Там отпечатки лап становились всё слабее и наконец исчезли. Львица долго осматривала берег, пытаясь найти хоть какой-то знак — след борьбы, кровь, чужой запах.

Ничего.

Тогда страх окончательно победил. Со слезами на глазах Дуала бросилась обратно.

— Витани! Витани!

Она ворвалась на Скалу в тот момент, когда та уже собиралась уходить на охоту.

— Что случилось? — встревоженно спросила Витани.

— Помоги мне! — почти прошептала Дуала. — Ванга, Бохлэйл и Делмар пропали! Их следы ведут к реке и там обрываются. Я ничего не нашла…

Витани подошла ближе и положила лапу ей на плечо.

— Успокойся. Может быть, они просто забрели куда-то и сейчас вернутся к ужину. Там не было следов крови? Следов борьбы?

Дуала отрицательно покачала головой.

— Нет.

— Вот видишь. За пределы Земель Прайда они вряд ли могли уйти. Давай не будем паниковать. Мы сейчас отправимся на охоту и заодно посмотрим вокруг. Возможно, встретим их по дороге.

Но к ужину львята так и не появились. Такого ещё никогда не было. Теперь уже и Витани перестала надеяться, что всё решится само собой. Вместе с Дуалой она побежала к Шторму, который в это время занимался с Августом и Кейси.

— Папа! — первой заговорила Витани. — Ванга, Делмар и Бохлэйл исчезли. Они ушли со Скалы и до сих пор не вернулись.

— Их следы заканчиваются возле реки… — тихо добавила Дуала. Её голос звучал так, будто она оправдывалась за собственную ошибку. — У меня очень плохое предчувствие.

Лицо Шторма мгновенно стало серьёзным.

— А вы куда смотрели?!

— Папа, мы не виноваты, — быстро сказала Витани. — Они, скорее всего, ушли тайком.

— Это не оправдание. Когда вы видели их в последний раз?

— После обеда… — Дуала едва сдерживала слёзы. — Я пересчитала всех учеников. Все были на месте. А потом заметила, что троих нет. Я пошла по следам, дошла до реки, но никого не нашла…

Шторм коротко кивнул.

— Значит, они могли отсутствовать уже полдня, а мы даже не заметили, когда они ушли.

Он повернулся к Августу и Кейси:

— Бегом домой. Объявите общий сбор.

Затем посмотрел на Дуалу:

— Ты покажешь мне место, где видела последние следы.

На Скале уже собрались все львицы. Шторм поднял голову к небу и позвал Чаку. Через мгновение птица спустилась рядом.

— Чака, собери всех наблюдателей вместе с Максом. Мы ищем троих львят. Они ушли к реке и не вернулись. Мне нужна помощь сверху.

— А границы? — спросил Чака.

— За ними присмотрят гиены. И ещё мне нужна Корбана. Быстро.

Чака расправил крылья и исчез в темнеющем небе. Шторм повернулся к остальным.

— Слушайте внимательно. Делимся на группы и проверяем всю территорию прайда.

Он указал направления:

— Я и Лиза идём к восходу солнца. Дарий и Марша — к заходу.

— Я извиняюсь, — осторожно начал Дарий, — но, может, лучше мне пойти с кем-то другим?

— Дарий, сейчас не время спорить, — твёрдо ответил Шторм. — Вы хорошо работаете вместе. Этого достаточно.

Он продолжил:

— Август и Элайша проверят проход в сторону Долины Прайдов. Кейси и Триша останутся здесь. Остальные идут к реке и ищут место, где львята могли перейти на другой берег.

Шторм посмотрел на Айзека.

— Ты будешь главным у этой группы.

— Понял, папа.

— Ищите следы. Любые.

Шторм оглядел всех:

— Я и Лиза пока останемся ждать разведчиков. Всем остальным — расходиться.

Одна за другой львицы исчезали в сгущающихся сумерках. Через несколько мгновений над Скалой снова послышался шум крыльев.

Вернулись гиены.

— Корбана, — строго сказал Шторм, — у нас пропали львята. Все отправились на поиски. Мне нужны твои глаза и носы. Следите за границами и помогите найти их.

Он сделал паузу.

— Если кто-то найдёт их живыми, получит награду. Но если кто-то посмеет причинить им вред…

Шторм не закончил. Корбана лишь спокойно посмотрела на него.

— Не надо угрожать. Все знают, на что ты способен. Никто их не тронет.

Она огляделась.

— Но нам нужен их запах.

— Хорошо.

Шторм повернулся к Лизе:

— Покажи им место, где спят дети.

Когда гиены скрылись внутри пещеры, Триша тихо сказала:

— Зря ты их пустил туда. Помогут они вряд ли, а запах после них останется надолго.

— Я им тоже не доверяю, — ответил Шторм. — Но сейчас нам нужна любая возможность. Эти падальщики способны учуять след там, где мы уже ничего не найдём.

Он мягко коснулся её плеча.

— Потерпи.

Триша вздохнула.

— Лишь бы они нашли детей.

Через несколько мгновений гиены снова появились на вершине Скалы. Над ними уже кружили разведчики, собранные Максом.

Не сказав ни слова, отряд исчез в темноте.

Триша сразу собрала испуганно перешептывавшихся учеников и увела их глубже в пещеру.

Шторм подошёл к Кейси. Его голос стал тихим и почти отеческим:

— Если появится какая-то опасность, уведи всех подальше.

— Ничего не случится, Шторм, — ответил Кейси. — Но я понял.

Через мгновение Скала погрузилась в тёмную тишину. Только ветер продолжал гулять среди камней, унося в ночь тревогу за трёх маленьких львят.

Дарию совсем не хотелось снова ссориться с Маршей. Поэтому он лишь кивком головы показал ей идти впереди, а сам остался чуть позади, внимательно осматривая землю и следы. Марша только хмыкнула, но спорить не стала.

Некоторое время они шли молча. Трава тихо шуршала под лапами, ветер перебирал запахи, а каждый из них старался думать только о поиске.

Но вопрос, который уже давно не давал Марше покоя, всё же вырвался наружу:

— Почему ты сразу не хотел идти со мной? Испугался, таки да?

— Щас! — фыркнул Дарий. — Ты ещё скажи, что сама на меня шороху навела. Я думал о поиске, а не о том, как опять с тобой гвалт устраивать. Чтобы ни ты, ни я лишний раз не нервничали. Пойти тебе с кем-нибудь другим было бы лучше.

Марша резко обернулась:

— Таки да?! А ты бы тогда с кем пошёл?

— Я уже ответил. Слушай, давай ты не будешь нарываться и вспомнишь, зачем Шторм нас отправил вместе. Чай, не для обмена страстными взаимными комплиментами, цыпочка.

Марша ощетинилась:

— Не зови меня так. Я тебя уже предупреждала. В другой раз сразу получишь когтями по своей толстой пельке.

— Ой, я тебя умоляю, тише, красавица…

Но в следующий миг его голос изменился. Исчезла привычная насмешка, и Дарий неожиданно тихо сказал:

— Прости.

Марша даже немного замедлила шаг.

— За что?

— Да за всё это. Я же сказал — не хочу ссориться с тобой. А он словно специально постоянно нас сталкивает. Только хуже делает.

— О ком ты? — тихо спросила Марша, хотя уже знала ответ.

— О братишке, о ком же ещё. Будто он не понимает, что ты… немного необычная.

Марша резко остановилась.

— Это ты сейчас намекаешь, что я, по-твоему, ненормальная?!

Обида мгновенно вернулась в её голос. Дарий тоже остановился и посмотрел на неё.

— Тогда скажи мне. Почему ты то бегаешь от меня, будто я заразный, то вдруг начинаешь говорить такие вещи, словно ревнуешь? То ты одна Марша, то совершенно другая.

— С чего ты взял, что я от тебя бегаю или ревную?! — вспыхнула львица. — Ты уже совсем великим умником себя возомнил, я смотрю.

Дарий тяжело вздохнул.

— Сделай милость, дыши носиком. А то опять начнутся наши пламенные комплименты.

Он отвернулся и пошёл дальше.

— Как найдёшь след — скажи.

После этого они снова замолчали. Но сколько бы ни искали, сколько бы ни вслушивались в запахи ветра и ни осматривали землю, следов пропавших львят найти не удалось. Они дошли до самых дальних гор Земель Прайда на закате и продолжали искать, пока свет не исчез окончательно. А на рассвете, уставшие не телом, а тревогой и бессилием, они вернулись обратно. И без пропавших львят.

Другая пара тоже не смогла найти никаких следов. Август был откровенно недоволен, когда Шторм отправил его вместе с Элайшей. Он считал это пустой тратой времени. Вряд ли Ванга и его друзья пошли бы в сторону пустыни. Гораздо полезнее было бы искать вместе с Витани — тогда, как ему казалось, они быстрее нашли бы пропавших. К тому же совсем недавно, после обеда, они уже проходили через эти места и ничего подозрительного не заметили. Значит, зачем снова идти туда же?

Но Шторм распорядился иначе, и спорить с ним было бессмысленно.

Элайша, напротив, словно была рада предстоящему походу. Август несколько мгновений недоумённо смотрел на неё, потом тяжело вздохнул:

— Ладно, идём. Я буду впереди, а ты держись рядом.

— Хорошо!

— Чему ты так радуешься?

— Ничему. Просто настроение хорошее…

Август покачал головой:

— Тогда постарайся, чтобы твоё хорошее настроение не помешало тебе смотреть под лапы. А то пропустишь следы.

Элайша промолчала. Резкость молодого льва её не обидела. Она сразу поняла — дело не в ней. Август был расстроен. И, скорее всего, из-за Витани. Ещё недавно Элайша случайно увидела их разговор. Она не слышала, о чём они говорили, но видела выражения их морд — смущение, растерянность, напряжение. А потом они почти перестали общаться.

Элайша решила, что они поссорились.

Наверное, Август надеялся, что этот поиск станет шансом снова поговорить с Витани наедине. Но вместо этого Шторм отправил его с ней. И теперь молодой лев явно был не в настроении.

Значит, впереди их ждало долгое молчание. Элайша тихо вздохнула. А ведь ей тоже хотелось хотя бы иногда слышать его голос, разговаривать с ним, узнавать его мысли. Но сейчас они шли рядом, словно чужие. Если только они случайно не найдут Вангу и остальных, то за весь путь ей, скорее всего, не удастся сказать ему даже пары слов. Но чуда не произошло. Они проверили все возможные места, осмотрели каждый подозрительный участок, но не нашли ни следов львят, ни каких-либо признаков их присутствия. На рассвете Август и Элайша молча вернулись на Скалу.

Так же молча, как и шли всю ночь.

На Скале постепенно собрались почти все участники поисков. Уставшие львы молча возвращались группами, один за другим докладывая о результатах. Каждый новый рассказ звучал всё тяжелее предыдущего. Ни один след не вёл к ответу.

Шторм стоял неподвижно, внимательно выслушивая каждого. Только напряжение в его взгляде выдавало, насколько сильно он переживал. Когда все закончили, он медленно оглядел собравшихся.

— Подведём итоги, — сказал он наконец.

На Скале стало тихо.

— За пределы Земель Прайда они не выходили. На востоке и на западе следов нет. Возле реки нашли отпечатки лап, ведущие на другой берег, но дальше их следы полностью затоптало стадо слонов на пастбище. Мы проверили землю вокруг. Ни крови, ни клочьев шерсти, ни костей…

Шторм сделал паузу. Последние слова прозвучали особенно тяжело.

— Иными словами, мы ничего не нашли.

Он поднял голову:

— Какие выводы? Какие предложения?

Несколько мгновений никто не отвечал. Первым шагнул вперёд Айзек.

— Надо искать дальше, папа.

Это слово прозвучало неожиданно. Ещё недавно Айзек почти никогда так не обращался к Шторму, и многие заметили это.

— Вывод только один — мы плохо искали. Львята не могли просто исчезнуть. Сейчас надо отдохнуть немного, а потом вернуться туда. Проверить каждый куст, каждый камень.

Он сжал лапы.

— Мы их найдём.

— Молодец, племяша, — одобрительно прогудел Дарий. — Вот это правильный настрой.

Но тут вперёд вышла Дуала. Её глаза были полны тревоги и вины.

— Я не устала! — сказала она почти отчаянно. — Я пойду сейчас. Я их потеряла, я их и найду.

— Я тоже, — сразу сказала Витани.

Дарий посмотрел на обеих и покачал головой.

— Девочки, послушайте. Вы и так всю ночь на лапах. Это был не лёгкий путь. А если сейчас туда отправится вся толпа, мы только затопчем последние следы.

Он повернулся к Шторму.

— Братец, пусти меня туда одного. Или с львицей. Только с той, кого я выберу сам.

Шторм задумался. Он понимал, что Дарий прав. Но отпускать кого-либо снова в темноту после безуспешных поисков было тяжело.

Наконец он кивнул.

— Хорошо. Пусть будет по-твоему.

Он посмотрел на Дария.

— Но возьми кого-то из тех, кто уже был там. Они покажут путь к последним найденным следам.

Затем обратился ко всем:

— Мы сейчас отдыхаем. Но это не конец поисков. Если они не найдутся этой попыткой, разделимся на две большие группы. Одна будет искать, другая отдыхать. Потом поменяемся.

Шторм поднял взгляд к небу.

— Макс отправится с вами как связной наблюдатель. Если найдётся хоть какой-то след — мы должны узнать об этом сразу.

— Слушаюсь, Ваше Величество, — бодро ответил Макс, хотя усталость уже была заметна даже в его голосе.

Когда Дарий проходил мимо Марши, то лишь слегка замедлил шаг.

— Пошли. И постарайся сегодня быть со мной хотя бы чуточку милее. Покой тебе теперь только приснится.

Марша ничего не ответила. Но пошла следом. Через несколько шагов к ним без единого слова присоединилась Дуала. Никто даже не попытался её остановить. Она должна была идти. Ведь где-то там, в темноте Земель Прайда, трое маленьких львят всё ещё ждали, что взрослые их найдут.

К тому времени, как Дарий со своими спутницами добрался до старого слоновьего пастбища, там уже никого не было. После ночных поисков и постоянного присутствия львов стадо благоразумно ушло в другое место. Возле вытоптанной поляны их уже ждала Витани.

— Идите за мной, — коротко сказала она.

Она подвела их к месту, где среди примятой травы ещё сохранялись едва уловимые запахи трёх львят.

Марша окинула взглядом огромное пастбище и тяжело вздохнула:

— М-да… И как мы найдём здесь то, чего не смогли найти остальные?

— Как, как… — проворчал Дарий. — Головой, а не лапами.

— Очень содержательно, — огрызнулась Марша. — Может, всё-таки объяснишь?

Дарий медленно обвёл взглядом землю.

— Для начала надо понять, что здесь произошло. Никто из малышей не погиб — крови нет, запаха смерти тоже. Значит, они отсюда ушли. Осталось понять куда.

— Может, они убегали от слонов? — предположила Дуала.

— Очень похоже. Но в панике тоже не бегают куда попало. Страх страхом, а лапы всё равно несут туда, где кажется безопаснее.

Он посмотрел на Витани.

— Вы всё здесь осмотрели?

— Всё, — кивнула та. — Обошли пастбище, кусты, оба края поляны. Следы просто исчезают.

Дарий задумался.

— Так… Дуала, вернись к реке и ещё раз пройди весь их путь. Медленно. Так, как они шли.

Марша раздражённо фыркнула:

— И чем это поможет? Надо искать новые следы, а не любоваться старыми.

Дарий даже не посмотрел в её сторону.

— Хватит умничать. Если прошу — значит, есть зачем. Дуала, начинай.

Та молча подчинилась. Она снова прошла по сохранившимся отпечаткам лап, а Дарий внимательно наблюдал за каждым её движением, тихо бормоча что-то себе под нос.

Неожиданно его глаза вспыхнули.

— Вот оно…

Он резко поднял голову.

— Они не шли через пастбище. Они крались.

Все удивлённо посмотрели на него.

— Пока слоны их не заметили. Потом стадо бросилось на них, и малыши рванули прочь. Поэтому здесь всё затоптано.

— И что теперь, гений? — с лёгкой насмешкой спросила Марша.

Дарий усмехнулся.

— А ты скажи мне, куда бегут перепуганные дети?

— Домой? — неуверенно произнесла Дуала.

— Потом — домой. А сначала туда, где можно спрятаться. Они искали любое укрытие.

Он вытянул лапу вперёд.

— Что находится прямо перед ними?

Марша проследила за его жестом.

— Заросли акации… Такие густые, что ночью их толком никто не обследовал.

Она посмотрела на Дария.

— Ты хочешь, чтобы мы полезли туда?

— Наконец-то, — довольно кивнул тот. — Причём дамы вперёд.

Марша только закатила глаза.

— Какой же ты…

Но договорить не успела. Едва Дуала начала продираться сквозь колючие ветви, как раздался её радостный крик:

— Нашла! Следы! Они здесь! Они действительно бежали через кусты!

Все мгновенно ринулись к ней. Дарий быстро осмотрел отпечатки лап.

— Скорее, летели сломя голову. Давайте быстрее отсюда, пока сами всю шерсть на акациях не оставили.

Когда они выбрались на другую сторону, Дуала вновь уверенно повела всех по запаху. Но спустя несколько десятков шагов остановилась. Её плечи поникли.

— Всё… Здесь следы опять пропали…

Дарий даже не стал смотреть под лапы. Он поднял голову и долго всматривался вдаль. Потом медленно улыбнулся.

— Нет… Кажется, я понял.

Он указал на высокую гору, возвышавшуюся над окрестностями.

— Нам туда.

Дуала растерянно посмотрела сначала на гору, потом на него.

— На гору?! Но… зачем? И как они вообще могли туда забраться?

Дарий глубоко вздохнул.

— Всю дорогу меня мучил один вопрос: что было их целью? Пока не поймёшь, куда дети хотели попасть, искать бесполезно.

Он на мгновение задумался.

— Позавчера на занятиях я рассказывал им о наблюдательных пунктах. Объяснял, что с высоты видно всё вокруг, а тебя самого почти невозможно заметить.

Дарий снова посмотрел на вершину.

— И показывал самую высокую гору, которую видно от нашей школы… Очень похожую на эту. Её даже со Скалы хорошо видно.

Марша медленно подняла взгляд.

— Ты думаешь…

— Они хотели забраться наверх, чтобы увидеть дорогу домой. А потом… просто не смогли спуститься.

На мгновение все замолчали. Первой тишину нарушила Дуала:

— Тогда нельзя терять ни мгновения!

Она уже была готова сорваться с места. Дарий поднял голову к небу.

— Макс!

Ястреб описал круг и снизился.

— Лети к вершине. Осмотри всё. Если львята там — дай знать немедленно!

Макс коротко кивнул. Даже усталость не помешала ему мгновенно расправить крылья и устремиться к горе. А четвёрка львов, забыв о бессонной ночи и израненных лапах, ускорили шаг. Впервые за всё время поисков у них появилась настоящая надежда.

Ванга проснулся ещё до рассвета. Некоторое время он неподвижно лежал у входа в пещеру, прислушиваясь к дыханию спавших рядом Делмара и Бохлэйла. Сон не принёс облегчения. За ночь страх только стал сильнее.

Даже если их спасут… что потом?

Учитель обязательно спросит, почему они ушли без разрешения. А дальше начнутся расспросы. Кто он такой? Откуда пришёл? Где его отец? Где мать? И тогда всё откроется. Он не наследный принц. Не сын короля. Обычный сирота, которого вообще не должны были принять в школу. Перед глазами вновь возникло лицо львицы, спасшей его много лун назад. «Главное — учись. Только никому не говори, кто ты на самом деле…»

Ванга тяжело вздохнул.

«Простите… Наверное, теперь все узнают…»

В этот момент до его слуха донёсся далёкий шум крыльев. Львёнок резко поднял голову. Высоко в небе медленно скользил знакомый силуэт.

Макс!

Сердце едва не выпрыгнуло из груди.

«Только бы не пролетел мимо… Только бы услышал…»

Ванга вскочил так резко, что разбудил друзей.

— Мы здесь! — закричал он во всю силу лёгких. — Помогите! Мы здесь! Мы зде-е-есь!

Его голос сорвался на отчаянный визг.

— Макс! Мы здесь!

Ястреб сделал ещё несколько взмахов крыльями. На мгновение Ванге показалось, что тот не услышал. Но затем птица резко накренилась и начала снижаться.

— Он нас увидел! — радостно закричал Делмар.

Спустя несколько мгновений Макс мягко опустился на площадку перед пещерой и сложил крылья.

— Ну и заставили же вы всех поволноваться, — сказал он, переводя дух.

Львята виновато опустили головы. Первым заговорил Ванга:

— Мы… мы не хотели. Просто хотели посмотреть на мир сверху…

Макс улыбнулся краешком клюва.

— Потом расскажете. Все живы?

— Да, — быстро ответил Ванга. — Только есть очень хочется.

— Это поправимо, — кивнул ястреб. — Потерпите ещё немного. Помощь уже совсем рядом.

Он подошёл к самому краю площадки и внимательно осмотрел заваленную камнями тропу.

— Теперь понятно…

Взмахнув крыльями, Макс вновь поднялся в воздух. Дария он встретил уже у подножия горы.

— Нашёл! — крикнул ястреб ещё издалека. — Они живы! Все трое в пещере наверху.

Дарий облегчённо выдохнул.

— Слава Великому Кругу…

— Но есть проблема. Тут тропу полностью завалило. Самостоятельно они не спустятся.

Дарий уже сорвался с места.

— Показывай самый короткий путь.

Подойдя к завалу, Дарий остановился и задумчиво почесал подбородок. Гора выглядела совсем не дружелюбно.

— Ну что, крутые девочки, — вздохнул он. — Какие будут предложения? Только учтите: старый дядя в детстве акробатикой сильно не увлекался. Я больше по части красиво поговорить.

— Если для тебя эта кучка камней — непреодолимая преграда, — Марша привычно размяла подушечки лап, — тогда отойди в сторонку и не мешай тем, кто умеет.

— Ой, я вас умоляю… Таки среди нас имеется великий специалист по скалам? — Дарий почтительно отступил в сторону. — Прошу. Только шею себе не сверни. Мне потом объясняйся со Штормом, почему я домой принёс на одну львицу меньше.

Марша молча подошла к завалу, прицелилась и мощно прыгнула.

До вершины ей не хватило совсем немного. Когти лишь царапнули выступающие камни, и львица медленно соскользнула обратно.

Дарий сочувственно покачал головой.

— Таки кучка оказалась чуть крупнее, чем виделось снизу. Бывает. Особенно у больших профессионалов.

— Чем упражняться в остроумии, — огрызнулась Марша, отряхивая лапы, — лучше придумай, как помочь. Мне совсем немного высоты не хватило.

— Вот это уже разговор. Значит, не всё потеряно.

Дарий довольно кивнул.

— Делать будем так. Я подставлю спину, слегка тебя приподниму. Дальше прыгаешь сама. Только когти держи при себе. Эта шкура мне ещё дорога. Другой в комплекте не выдавали.

Он поднял голову к Максу.

— Макс! Там сверху обратно спрыгнуть можно?

— Можно, учитель, — ответил ястреб. — С другой стороны склон круче, но спуститься получится.

— Ну и прекрасно. Тогда схема простая. Прыгаешь наверх, берёшь одного львёнка, возвращаешься обратно. Здесь я вас принимаю. Всем ясно?

Марша коротко кивнула.

— Макс, — продолжил Дарий, — лети к Шторму. Скажи, что дети найдены. Сейчас снимем их с горы и поведём домой.

Ястреб тут же взмыл в воздух.

— А мы что, просто смотреть будем? — спросила Витани. — Я тоже могу. Я легче.

— И я, — поддержала Дуала. — Их же трое.

Дарий обречённо закатил глаза.

— Замечательно… То есть моя спина сегодня официально объявляется общественным имуществом?

— Не ной, толстячок, — усмехнулась Марша, уже забираясь ему на спину. — Буду нежной, как та утренняя грудинка импалы.

— Ой, чувствую, после такой нежности мне понадобятся носилки бабуинов…

Марша легко оттолкнулась от его спины и одним прыжком оказалась наверху. Следом тем же способом поднялись Дуала и Витани.

— Ну всё… — пробормотал Дарий, морщась. — Теперь я точно знаю, сколько весят три героические львицы вместе с их благородными намерениями.

Через несколько мгновений первой появилась Дуала с Вангой. Затем Витани осторожно спустила Бохлэйла. Последней вернулась Марша с Делмаром.

Вскоре все трое львят уже стояли на земле — грязные, исцарапанные, голодные, но живые. Дарий внимательно осмотрел их. Потом глубоко вздохнул.

— Ну привет, школота… Таки кто из вас был главным мыслителем экспедиции?

Ванга молча сделал шаг вперёд. Дарий приподнял брови.

— О! Даже доброволец нашёлся. Уже легче.

Он несколько мгновений смотрел на львёнка.

— Тогда объясни старому дяде одну маленькую вещь. И зачем вас вообще понесло на эту гору?

— Хотели посмотреть сверху… — тихо ответил Ванга.

— Посмотрели?

— Да…

— Интересно было?

— Очень…

— Оно того стоило?

Ванга виновато опустил голову.

— Не знаю…

— А как вы умудрились здесь застрять? — уже мягче спросила Дуала.

Ванга растерянно замолчал. Ответил Бохлэйл:

— Мы… просто решили проверить, как эхо работает. Заревели в пещеру… А потом случился обвал.

На мгновение повисла тишина. Потом Витани переглянулась с Дуалой. Обе не выдержали и расхохотались. Дарий тоже едва сдержал улыбку. Он отвернулся, шумно прочистил горло, снова напустил на себя суровый вид и произнёс:

— Таки вот что я вам скажу, юные исследователи природы. Дома вас ждёт приём… очень тёплый. Особенно со стороны Шторма. Думаю, он уже мысленно приготовил вам такие воспитательные речи, что уши сами свернутся трубочкой.

Львята виновато переглянулись.

— Простите нас, учитель… — почти хором сказали они.

Дарий кивнул.

— Вот это уже хорошие слова. Теперь строимся.

Он важно прошёлся вдоль троицы, словно принимал парад.

— В одну шеренгу… становись!

Львята поспешно выстроились.

— Напра-во!

Все дружно повернулись.

— Домой… шагом… ма-а-рш! И чтоб по дороге больше никаких открытий мирового значения.

Обратный путь оказался совсем не похож на дорогу к горе. Ещё недавно львята мечтали о приключениях, а теперь молча брели следом за взрослыми, понуро опустив головы. Никто больше не пытался шутить или разговаривать. Даже Бохлэйл притих.

Ванга шёл рядом с Дуалой. Она время от времени поглядывала на него и едва заметно улыбалась. Самое страшное уже осталось позади — дети были живы.

Наконец львёнок тихо спросил:

— Скажите… а учитель Шторм обязательно расскажет родителям, что с нами произошло?

— Думаю, да, — ответила Дуала. — А что? Боишься?

Ванга медленно покачал головой.

— Нет…

Он помолчал.

— Просто… у меня нет родителей.

Дуала остановилась так резко, что едва не столкнулась с ним.

— Как это — нет?

Львёнок опустил глаза.

— Они погибли… Ещё до того, как я пришёл сюда.

Дарий, шедший впереди, сразу остановился.

— Таки одно мгновение… — медленно произнёс он. — Это как понимать? Ты хочешь сказать, что все твои родные погибли ещё до школы?

Он внимательно посмотрел на Вангу.

— А кто же тогда привёл тебя сюда? Мне таки очень интересно.

Львёнок тяжело вздохнул. Понимая, что скрывать больше нечего, он рассказал всё. О погибшем прайде. О львице, спасшей его. О том, как ему велели никому не говорить правду. О страхе, что его выгонят, если узнают, что он не сын короля. Когда он закончил, некоторое время никто не произнёс ни слова.

Дарий задумчиво почесал подбородок.

— Однако… — протянул он. — Таки фантазия у тебя работает исправно.

Он покосился на львёнка.

— И зачем понадобилась вся эта первая история?

Ванга виновато опустил голову.

— Я боялся, что меня прогонят. В Долине ведь прогоняли таких, как я. Учитель Траян не принимал сирот…

Он поднял взгляд.

— А я должен стать королём. Я должен вернуть свою землю.

Дарий долго молчал. Потом тяжело вздохнул.

— М-да…

Он покачал головой.

— Получается интересная картина. Либо ты отчаянный малый, который, зная своё весьма… скажем так… непростое положение, всё равно полез искать приключения на собственный хвост. Либо ты безгранично самоуверенный балбес.

Ванга виновато съёжился. Но Дарий неожиданно улыбнулся.

— В первом случае из тебя однажды может выйти настоящий герой. Во втором — мы просто зря тратим на тебя силы.

Он слегка подтолкнул львёнка вперёд.

— Только знаешь… кто ты на самом деле, покажет не сегодняшняя история и даже не завтрашняя.

Дарий посмотрел вдаль, где уже виднелась Скала.

— Это покажет вся твоя жизнь.

И, больше ничего не говоря, он первым продолжил путь домой.

Шторм не стал дожидаться возвращения поисковой группы и встретил их у покинутого пастбища слонов.

Солнце уже клонилось к закату. Его багровые лучи ложились на гриву короля, отчего тот казался ещё выше и грознее. Стоило львятам увидеть суровое выражение его лица, как вся троица невольно прижала уши и почти припала к земле, стараясь спрятаться за сопровождавшими их львицами.

Шторм молча оглядел всех.

— Кто был главным зачинщиком?

На несколько мгновений повисла тишина. Потом вперёд медленно вышел Ванга. Голова была опущена, лапы дрожали.

— Я…

— Отлично.

— Погоди, братец, — быстро вмешался Дарий. — Позволь мне с тобой тишком переговорить.

— Не сейчас, — холодно ответил Шторм. — Сначала надо решить, что делать с ними.

— Ой, я тебя умоляю. Кто тебе мешает думать одновременно? Я буду говорить, а ты — соображать. Только есть одна вещь, которую тебе лучше узнать до того, как начнёшь головы с плеч снимать. Пойдём.

Шторм внимательно посмотрел на брата, затем молча кивнул. Они отошли в сторону.

Дарий долго что-то негромко объяснял, то и дело поглядывая на Вангу. Лицо Шторма постепенно менялось. Сначала недоумение, затем удивление… и наконец тяжёлая задумчивость. Вернувшись, он уже смотрел на львёнка совсем иначе.

— Значит… ты сирота. И пришёл в мою школу, скрыв это.

Ванга медленно поднял глаза.

— Я боялся…

— Почему?

— Потому что… в Долине таких, как я, не брали. Говорили, что учиться могут только дети королей. Я подумал… если вы узнаете… то тоже прогоните меня…

Последние слова прозвучали почти шёпотом.

— Я очень хотел стать сильным… Хотел вернуть свой прайд… Поэтому соврал.

Шторм помолчал. Потом ответил:

— Ты ошибся, Ванга. Очень сильно ошибся.

Львёнок весь сжался.

— Я никогда не прогоняю тех, кто честно приходит учиться. Но ты нарушил мои правила.

— Я знаю…

— Нет. Не только потому, что солгал. Сегодня ты подверг опасности не только себя, но и своих друзей. Настоящий король отвечает не только за собственную жизнь.

Ванга виновато опустил голову ещё ниже.

— Простите, учитель…

— Дарий.

— Да, Ваше Величество?

— Все трое лишаются свободного времени после обеда до особого распоряжения. Каждый день будешь заниматься с ними отдельно. Пусть выучат законы Долины и мои правила так, чтобы могли повторить их даже во сне. Проверю лично.

— Таки сделаем из них ходячую библиотеку, — серьёзно кивнул Дарий.

Несколько взрослых невольно улыбнулись. Но Шторм продолжил:

— И это ещё не всё.

Он подошёл ближе к Ванге.

— Ты должен сам исправить то, что натворил.

— Как?

— Сказать друзьям правду.

Львёнок побледнел.

— Всю?

— Всю.

— А… можно сказать, что родители погибли недавно? Уже после того, как я сюда пришёл?

Дарий только покачал головой.

— Ой, нет, герой. Если уж решил стать королём, то начинай с честности. Настоящему правителю ложь только мешает. Один раз соврал — потом всю жизнь будешь помнить, кому и что наговорил.

Ванга тяжело вздохнул.

— Я понял…

Он поднял голову и впервые посмотрел прямо в глаза Шторму.

— Я больше никогда не буду врать. Клянусь.

— Вот теперь я начинаю тебе верить, — спокойно ответил Шторм.

Ванга облегчённо выдохнул. Но спустя мгновение лицо короля вновь стало серьёзным.

— Есть ещё одна проблема.

Все вопросительно посмотрели на него.

— По правилам школы я принимаю учеников, за которых отвечают родители или их короли. У тебя нет ни того, ни другого.

Ванга снова опустил голову. Он уже понял, к чему всё идёт. Неужели всё-таки конец? Шторм перевёл взгляд на Дуалу.

— Но, думаю, эту проблему можно решить.

Дуала сразу насторожилась.

— Как?

— Любому львёнку нужен дом. И тот, кто будет отвечать за него.

Он улыбнулся едва заметно.

— Я видел, кто сегодня переживал за Вангу сильнее всех.

Дуала широко раскрыла глаза.

— Шторм…

— Ты готова стать для него приёмной матерью?

Львица замерла. Несколько мгновений она смотрела то на Шторма, то на растерянного Вангу. Львёнок уже не скрывал слёз. Он даже не смел надеяться услышать подобное. Дуала медленно подошла к нему. Опустилась рядом. Нежно коснулась носом его лба.

— Конечно, готова.

Голос её дрогнул.

— Слышишь, малыш? Ты больше не один.

Ванга не выдержал. Уткнулся мордочкой ей в шею и тихо заплакал. Дуала крепко обняла его лапами.

— Всё… Всё уже позади… Теперь у тебя есть семья. И я никому не позволю снова оставить тебя одного.

Даже Дарий отвернулся, делая вид, что внимательно рассматривает горизонт.

— Ой… Ну вот… — пробормотал он себе под нос. — Сейчас ещё и у старого дяди глаза запотеют.

Лиза украдкой улыбнулась. Триша смахнула выступившую слезу. Шторм некоторое время молча наблюдал за ними, после чего удовлетворённо кивнул.

— Значит, решено.

Он посмотрел на Вангу.

— Добро пожаловать домой.

Львёнок впервые за долгое время по-настоящему улыбнулся.

— Спасибо… пап… то есть… учитель…

Все тихо рассмеялись.

— С папой пока не торопись, — усмехнулся Дарий. — Одной мамы для начала вполне хватит.

Общее напряжение наконец рассеялось.

— А теперь домой, — сказал Шторм. — Из-за вас мы уже второй ужин пропускаем.

Эту историю на Скале вспоминали ещё очень долго. Дуала словно светилась от счастья. Она не отходила от Ванги ни на шаг, а тот впервые за многие луны перестал вздрагивать от каждого вопроса о своём прошлом. Даже мать Дуалы быстро приняла львёнка как родного. Она и сама не могла объяснить почему. Просто однажды поняла, что уже не представляет его чужим.

После этой истории заметно вырос и авторитет Дария. Именно он сумел вовремя увидеть то, чего не заметили остальные.

Марша всё чаще ловила себя на мысли, что тогда судила его слишком поспешно. Ей становилось всё труднее оставаться равнодушной. После утренней охоты она всё чаще тайком наблюдала за тем, как Дарий ведёт занятия. Слушала его шутки, смотрела, как он объясняет сложные вещи детям, как умеет быть одновременно строгим и добрым. Потом уходила в своё укромное место, чтобы остаться наедине с мыслями. Она не знала, что в это же время сама становилась объектом наблюдения.

Дарий тоже искал её взглядом. Поначалу ему хотелось лишь понять, почему эта колючая львица так упорно прячется от остальных и что заставляет её постоянно носить в душе какую-то невысказанную боль. Но постепенно он поймал себя на том, что ищет её уже не ради ответа.

Ему просто хотелось видеть Маршу.

И тогда Дарий окончательно понял: он пропал. Любовь к Марше оказалась куда серьёзнее, чем он был готов признать. Достаточно было увидеть её издали, чтобы сердце начинало колотиться, словно стадо испуганных газелей. И с каждым днём становилось только хуже. Дарий много размышлял об этом и пришёл к одному выводу: пока Марша не доверится ему и не откроет причину своих душевных ран, он никогда не сможет завоевать ни её сердце, ни право идти рядом с ней.

А значит, спешить нельзя. Опытный охотник знает: иногда лучшая добыча достаётся тому, кто умеет ждать.