📖 Глава 5. Глава 14. Школа

Луна миновала полнолуние и с каждой ночью всё ближе подбиралась к тонкому последнему серпу. Её свет становился холоднее, почти пепельным, словно сама ночь уставала ждать возвращения тех, кто ушёл.

После ухода Шторма минуло достаточно времени, чтобы первые острые чувства немного притупились, но не настолько, чтобы о случившемся забыли. В Землях Прайда многие продолжали обсуждать произошедшее, а сам Король всё чаще ловил себя на том, что смотрит на горизонт.

Он ждал.

Симба надеялся, что Шторм остынет, что его боль пройдёт, что однажды на горизонте появится знакомая фигура, а вслед за ней прозвучит голос, который он так хотел услышать:

«Я вернулся».

Но закаты сменяли восходы, а Шторм не приходил.

Тем временем Макс летел сквозь бескрайние просторы, следуя знакомым только ему ориентирам. И лишь когда первые лучи солнца начали вытеснять остатки ночи, на горизонте показались знакомые очертания Скалы Прайда.

Ястреб почувствовал странное волнение. Когда-то он прилетал сюда как посланник чужих приказов. Теперь же возвращался как вестник друга, который ушёл, считая себя преданным. Когда солнце поднялось над саванной и бледная луна растаяла в утреннем свете, Макс пересёк невидимую границу Земель Прайда.

Его первым заметил Зазу. Как всегда, зоркий мажордом не пропустил ничего необычного в небе.

— Кто там? — спросил Симба, подняв голову.

Через мгновение птицы уже снижались. Сначала все увидели Зазу, а затем узнали знакомый силуэт рядом с ним.

Макс мягко приземлился на плечо Кову.

— Доброе утро, Ваше Величество. Симба. Рамзес. Рад всех видеть.

Кову не дал ему даже толком отдышаться.

— Макс! Как вы там?! Где папа? Что с ним? С Витани всё хорошо?

В голосе молодого льва смешались тревога и надежда. Макс посмотрел на него внимательно и спокойно ответил:

— С ними всё хорошо. Шторм здоров. Витани тоже. Они дошли до места назначения.

Кову облегчённо выдохнул.

— Слава Богу…

— Мы нашли новую землю, — продолжил ястреб. — Там жил небольшой прайд без короля. Теперь они объединились. Шторм стал их Королём.

Какое-то время никто не говорил.

— Королём? — переспросил Кову.

Макс кивнул.

— Да.

Симба опустил взгляд.

— Значит, он теперь точно не вернётся…

В его голосе не было злости. Только усталость и тихая боль.

— У него теперь есть собственная земля. Свой прайд.

— Не спеши так думать, сын, — мягко сказал Рамзес.

Он посмотрел на далёкий горизонт.

— Если Шторм взял власть, значит, лишь потому, что там не было другого выхода.

Он сделал паузу.

— Для него корона никогда не была целью. Он слишком любит учить других, чтобы всю жизнь сидеть на троне.

Симба поднял голову.

— Он говорил, когда вернётся?

Макс слегка качнул головой.

— Нет, сир.

Эти слова снова повисли тяжестью.

— Простите, но я не могу долго задерживаться. Шторм отправил меня дальше, в Долину Прайдов. Я лишь пролетаю здесь.

Он улыбнулся.

— Рамзес, не могли бы вы немного помочь мне добраться до того дерева? Мне нужно спросить дорогу.

Не дожидаясь ответа, Макс перелетел на плечо старого льва.

По дороге Макс объяснил, что должен разыскать Траяна и Дария. Рамзес лишь изредка задавал короткие вопросы, уточняя, откуда ястреб полетит в Долину.

— Сначала найди земли Траяна, — сказал он. — Оттуда тебе покажут путь к Дарию.

У дерева старый лев подробно описал Максу дорогу: в какую сторону держать путь, по каким приметам узнавать границы прайдов и где искать Траяна. Ястреб несколько раз повторил ориентиры, пока не запомнил каждый.

Ни о Саеде, ни об Августе, ни о Киншасе он не произнёс ни слова.

— Что передать Шторму? — спросил Макс, когда маршрут был ясен.

Рамзес долго смотрел на землю. Потом ответил:

— Передай, что здесь всё хорошо. Я продолжаю учить Симбу и Кову. Мы ждём его возвращения.

Он чуть улыбнулся.

— И скажи ему… что он может сколько угодно убегать от прошлого. Но от семьи не убежать.

Макс кивнул.

— Передам.

Ястреб расправил крылья.

— Простите, я должен лететь.

— Удачи тебе, Макс.

Через мгновение он уже был высоко в небе. Симба подошёл к Рамзесу.

— Что ему было нужно?

Старый лев посмотрел на ученика.

— Узнать, где теперь живут Дарий и Траян. Я объяснил ему дорогу.

— И всё?

— Всё.

Кову задумчиво посмотрел вслед удаляющейся птице.

— Значит, Макс полетел к ним?

Рамзес слегка улыбнулся.

— Да. Зачем они понадобились Шторму, Макс не объяснил.

Симба помолчал.

— А про меня ничего?

— Нет.

— Значит, он ещё не готов…

Рамзес не ответил. Потому что знал — Симба сам сказал правду.

В тот же вечер весть о возвращении гонца дошла даже до самых маленьких обитателей Земель Прайда. Когда Кову попросил Рафики узнать, что ждёт их впереди, старый мандрил согласился.

Ночь уже опустилась на Скалу. Перед ним лежал большой орех, наполненный густой смесью соков и трав. Рафики долго водил по поверхности пальцем, словно пытался прочитать не рисунок, а саму волю мира. Сок медленно растекался, образуя странные линии. Одни исчезали. Другие соединялись. Третьи уходили туда, куда львиный взгляд не мог последовать.

Наконец старый шаман поднял голову.

— Странно…

— Что? — спросил Кову.

Рафики ещё раз посмотрел на узоры.

— Духи заговорили.

Он провёл пальцем по одной из линий.

— Две дороги, которые сейчас расходятся, снова пересекутся.

Киара нахмурилась.

— Значит, наши отцы встретятся?

Рафики медленно кивнул.

— Да.

— Тогда почему ты говоришь «странно»?

Старый бабуин посмотрел куда-то в темноту.

— Потому что встреча произойдёт не там, где ждут сердца.

Он коснулся другой линии.

— Она произойдёт там, где сейчас нет никого из вас.

Кову и Киара переглянулись.

— На земле Шторма? — тихо спросил Кову.

Рафики ничего не ответил. Лишь улыбнулся своей загадочной улыбкой.

— Иногда путь домой начинается не с возвращения.

— А с чего?

— С того, что двое, стоящих далеко друг от друга, делают шаг навстречу.

Некоторое время все молчали.

— Значит… Шторм позовёт его? — предположил Кову.

Рафики посмотрел на ночное небо.

— Может быть.

Он поднял палец.

— А может быть, зов уже прозвучал. Просто некоторые сердца слишком заняты болью, чтобы его услышать.

Киара задумчиво посмотрела на звёзды.

— Рафики, ты знаешь, что будет дальше?

Старый бабуин вздохнул.

— Знать всё — скучно. Иногда лучше оставить место для чуда.

Он вдруг улыбнулся.

— А теперь хотите, я расскажу вам ваше будущее?

Кову и Киара рассмеялись.

И только Рафики ещё долго смотрел на тёмную сторону горизонта, где среди гор и неизвестных земель однажды должны были снова встретиться два льва, которые слишком сильно любили друг друга, чтобы навсегда остаться врагами.

Не минуло и полнолуния, как однажды утром обычно разговорчивый Чака прилетел на Скалу с единственной новостью:

— Идут!

Шторм поднял голову от своих дел.

— Кто?

— Макс ведёт группу львов, сир.

Этого было достаточно. Шторм мгновенно изменился в лице и поднялся.

— Неужели Саед так быстро покинул нас?

Не дожидаясь ответа, он направился к выходу из Земель, оставив всех ждать вместе с Кейси.

Первым из пещеры появился Макс. Следом показались два льва. Одного Шторм узнал сразу — Траян. Вторым оказался Адиса, старый член Совета Прайдов Долины. Чуть позже вышел Август.

На мгновение Шторм даже улыбнулся. Он был рад видеть знакомые лица, особенно после долгого одиночества. Но эта улыбка исчезла почти сразу. Из пещеры начали выходить львицы.

А за ними — львята. Маленькие, шумные, ещё не привыкшие к опасности взрослого мира. Они толкались, переговаривались, с любопытством оглядывали новую землю, но, едва увидели огромного льва, стоявшего перед ними, мгновенно притихли.

Шторм медленно пересчитал их. Раз. Два.

Три…

Его взгляд становился всё тяжелее.

— Боже… только не это. Нас слишком мало.

Он резко повернулся к Чаке, сидевшему неподалёку:

— Живо позови всех со Скалы. Всех, до единого!

Вскоре весь небольшой прайд собрался на тропе. Новоприбывшие львята инстинктивно сгруппировались возле взрослых львиц, с опаской поглядывая на Шторма и его семью.

Навстречу ему вышли Траян и Адиса.

— Приветствую вас, друзья, — произнёс Шторм. — Особенно тебя, Адиса. Рад видеть. Но объясните мне, кого это вы привели? Я, кажется, никого не приглашал.

Траян чуть улыбнулся.

— Это дети королей. Они прибыли, чтобы учиться у тебя.

Шторм прищурился.

— Дети желают учиться? Или короли желают, чтобы я их учил?

В голосе не было злости, но Траян понял намёк.

— Ты не изменился, Шторм. Всё ещё умеешь задавать неудобные вопросы.

Он сделал несколько шагов вперёд и спокойно продолжил:

— Но времена изменились. После ухода папы ситуация в Долине стала другой. У Дария и у меня больше нет свободных мест для новых учеников. А короли хотят обучить не только будущих наследников, но и тех, кто должен стать защитниками их прайдов. Аутсайдеры усиливаются. Никто больше не может позволить себе воспитывать только одного преемника.

Адиса кивнул:

— Когда стало известно, что ты согласился взять Августа в ученики, Совет Долины единогласно решил обратиться к тебе. Но мы таки понимали: учить в Долине ты не станешь. Поэтому сюда пришли только те, чьи родители добровольно согласились отпустить своих детей.

Шторм посмотрел на Августа.

— Адиса, я пригласил одного льва. Одного. И сделал это не ради политики. Я дал обещание умирающему Саеду. Я не мог оставить без помощи сына моей сестры и внука моего друга.

Траян вздохнул:

— Никто не ожидал, что Саед уйдёт так быстро. Но он ушёл. Три восхода назад.

Шторм нахмурился и повернулся к нему:

— Ты был его дядей. Ты был рядом. После смерти Киншасы и Кирабо ты должен был помочь ему первым. Неважно, сколько учеников было у тебя тогда. Это была твоя семья.

На несколько мгновений между ними повисла тишина. Траян не отвёл взгляда.

— Возможно, ты прав. И я признаю свою ошибку. Но теперь я могу исправить хотя бы часть прошлого. Я возьму под защиту земли Августа и его прайд.

Шторм внимательно посмотрел на него.

— И что ты хочешь взамен?

Уголки губ Траяна едва заметно дрогнули.

— Ничего необычного. Всего лишь справедливого обмена.

Адиса продолжил:

— И что мы имеем? Мы будем охранять земли Августа. Траян поможет ему управлять прайдом. А ты откроешь школу и возьмёшь ещё учеников.

В этот момент к Шторму подошли Триша и Витани вместе с остальными. Траян окинул взглядом небольшой прайд и удивлённо произнёс:

— Так мало?

— Да, — спокойно ответил Шторм. — Это все.

Траян задумчиво посмотрел на него.

— Тогда понятно, почему для тебя просьба так сложна.

— Я не просил открыть школу.

— А я не просил тебя становиться учителем, — мягко ответил Траян. — Но мы оба оказались в ситуации, где нужно принимать решения.

Шторм усмехнулся.

— Красиво сказано.

— Это жизнь, Шторм. Каждый король думает о будущем прайда. Каждый отец хочет, чтобы его дети выжили. Сейчас ты нужен сразу многим.

Шторм почувствовал раздражение. Не угрозу. Не приказ. Что было даже хуже. Траян говорил так, будто оставлял ему выбор.

Но выбора почти не было.

— А если я откажусь?

Адиса тяжело вздохнул.

— Твоё право, кто же спорит. Но Совет не сможет взять на себя ответственность за земли Августа. Он ещё молод. Его прайд слаб. Мы не можем защищать всех слабых королей. Особенно если они таки рассчитывают только на чужую помощь.

Шторм резко повернулся к нему.

— Это шантаж.

— Я тебя умоляю, — спокойно ответил Адиса. — Какой шантаж? Это политика.

И именно это раздражало сильнее всего. Потому что он был прав. Траян вступил в разговор:

— Подумай, Шторм. Ты хочешь помочь Августу. Мы тоже хотим ему помочь. Но почему другие дети должны платить за то, что тебе дорог именно он? Они тоже чьи-то сыновья и дочери.

Шторм посмотрел на притихших львят — на десятки глаз, в которых смешались надежда и страх. Вспомнил себя, свою первую ночь вдали от дома, своего отца.

И тяжело выдохнул.

— Ладно.

Все замерли.

— Я согласен.

Адиса удовлетворённо кивнул.

— Хорошо. Тогда имею тебе сказать ещё одно: Совет Долины предлагает тебе место среди нас.

Шторм удивлённо посмотрел на него.

— Мне?

— А кому же? Ты уже давно влияешь на судьбу многих. Пора признать это официально.

Шторм склонил голову.

— Это большая честь.

— Тогда добро пожаловать в Совет.

После этого Адиса улыбнулся:

— А теперь таки покажешь нам свой дом?

Шторм повернулся к Трише и Витани.

— Вы все слышали. Я открываю школу. Значит, охоты станет больше. И никаких одиночек.

Он посмотрел на дочь.

— Особенно ты.

— Хорошо, папа.

Триша слабо улыбнулась:

— Не переживай. Мы справимся.

Шторм посмотрел на количество новых ртов и тихо пробормотал:

— Надеюсь…

Затем он заметил Лизу.

— Лиза, подойди.

Она молча подошла.

— Сейчас вы отправитесь на охоту. Возглавишь группу. Нужно добыть достаточно еды для всех.

В его голосе не было приказа короля. Скорее просьба льва, который понимал, насколько много он просит.

— Чака покажет место.

Лиза коротко кивнула. Август, стоявший неподалёку, робко подошёл:

— Учитель, можно поговорить?

— Конечно.

Он дождался, пока остальные отойдут.

— Вы могли отказаться, — тихо сказал Август. — Это всё из-за меня.

Шторм улыбнулся.

— Нет. Это политика.

— Но вы проиграли переговоры.

Шторм усмехнулся.

— Возможно. Я плохой переговорщик. Я либо говорю «да», либо «нет». А такие, как Траян, умеют находить третий вариант.

Август задумался.

— Какой?

— Сделать так, чтобы ты сам согласился на то, чего раньше не хотел.

Они оба посмотрели вслед уходящей группе.

— Но в одном он был прав, — добавил Шторм. — Я не мог оставить тебя одного.

Вскоре гости начали собираться обратно. Адиса уговорил двух опытных охотниц остаться, чтобы помочь прайду. Шторм проводил их, заодно показав свои земли. Гиены, увидев теперь значительно увеличившийся прайд, окончательно убедились: времена, когда они могли диктовать условия, закончились.

Макс снова отправился в Долину — стать глазами и ушами Шторма.

Вечером все вернулись на Скалу. Для учеников выделили место в глубине пещер, Августу — неподалёку от входа. Уставшие после тяжёлого дня, львы быстро уснули.

А Учитель ещё долго смотрел на звёздное небо. Теперь он хотел только одного — чтобы его новое решение оказалось правильным.

Шторм устроился на склоне Скалы, выбрав это место своим наблюдательным постом. Отсюда открывался вид почти на все владения. Раньше он приходил сюда просто подумать; теперь наблюдать за землёй стало одной из его обязанностей.

Рядом легла Триша.

— Лиза и её дочери явно не в восторге от твоей школы, — сказала она, устраиваясь поудобнее. — Это было заметно всем. Или её раздражаю я?

Шторм приоткрыл один глаз.

— С чего бы вдруг?

Триша тихо усмехнулась.

— Ну как… Похоже, она когда-то очень сильно тебя любила. Строила планы, надеялась на что-то большее, а ты одним движением хвоста разрушил её мечты.

Она потянулась и вздохнула.

— Поэтому сейчас ей тяжело. Я это чувствую. Она смотрит на меня не просто как на другую львицу. Она видит соперницу. И я не уверена, что во время охоты могу полностью на неё положиться.

Шторм помолчал.

— Лиза знает, что я учу Кейси, — наконец сказал он. — А значит, должна понимать, почему я здесь. Со временем смирится.

— Ты так уверен?

— Да.

В его голосе не было сомнения.

— С охотой всё будет просто. Утром вы уходите вместе и приносите добычу сюда. Сначала едят ученики. То, что останется, делите между собой. Если кому-то не хватит, придётся снова охотиться — уже для себя.

Триша посмотрела на него.

— А ты?

— Я сам прокормлю себя. И Августа с Кейси тоже.

Она резко приподнялась.

— Это не дело короля. Ты будешь тратить силы и рисковать там, где не должен.

Шторм улыбнулся, повернулся к ней и мягко коснулся носом её щеки.

— Я буду осторожен.

Он ненадолго замолчал.

— И потом, это временно. Пока они не станут достаточно сильными.

Триша нежно провела лапой по его гриве. Она хотела что-то сказать, но заметила, что Шторм уже закрыл глаза.

Он уснул почти мгновенно.

— Устал… — тихо прошептала она.

Триша несколько раз лизнула его загривок, потом устроилась рядом и положила голову ему на плечо. Впервые за долгое время они заснули рядом не как странники, ищущие укрытия, а как Король и Королева новой земли.

С первыми лучами нового дня началась иная жизнь. Теперь они виделись гораздо реже: утром Шторм уходил к ученикам, а Триша вместе с другими львицами отправлялась на охоту. Встречались главным образом вечером, когда после долгого дня их тела требовали лишь покоя.

Обычно первым заговаривал теперь не Шторм. Его язык за день уставал от наставлений, объяснений и приказов.

А вот у Триши вечером словно появлялись новые силы. Она рассказывала ему всё, что произошло за день: кто из учеников опять устроил спор, кто отличился на охоте, кто поссорился и кто первым пошёл мириться. Шторм слушал молча, иногда улыбаясь, иногда задавая короткие вопросы. Но для Триши этого было достаточно.

День Шторма теперь делился на несколько частей.

Утром, едва охотницы покидали Скалу, он собирал учеников и рассказывал им о прошлом, о законах Долины Прайдов, о старых королях и ошибках, которые нельзя повторять.

После еды начиналось время игр. Львята носились друг за другом, устраивали соревнования и догонялки, после чего обычно засыпали прямо под открытым небом. За ними следили Триша, Аккра и Дуала, которая неожиданно обнаружила в себе сильный материнский инстинкт.

В это время Шторм занимался взрослыми учениками. Августу он объяснял тонкости управления прайдом, дипломатии и ответственности короля. Кейси же чаще всего получал самые тяжёлые уроки — прежде всего в бою.

За тренировками Августа почти всегда тайно наблюдала Элайша. Она старалась делать вид, что просто случайно оказывается рядом, но Шторм заметил её интерес почти сразу. Он мог бы поговорить с ней. Мог бы спросить прямо. Но не стал. Он слишком хорошо помнил собственную историю с Тришей. Иногда чувства должны пройти свой путь сами.

А вот у Кейси такого пути не было. Его главным соперником и партнёром оставалась Витани. Каждая тренировка начиналась одинаково: уже через несколько мгновений Витани жалела, что когда-то вызвалась его проучить. И каждая заканчивалась одинаково: она убеждалась, что тогда поступила правильно. Несмотря на постоянные споры, они постепенно становились ближе.

Когда оставалось время, Шторм выполнял и другую часть своих обязанностей — обходил земли. Иногда один. Иногда вместе с Витани. Он проверял границы и просто наслаждался редкими мгновениями покоя. Ему казалось, что жизнь наконец стала простой. Есть дом. Есть небольшой, но свой прайд. Есть ученики и земля, которую он обязан защищать.

Но стоило ему подняться на Скалу и посмотреть вдаль, как перед мысленным взором возникала другая скала — Скала Прайда. Симба. Кову и Киара… При мысли о сыне сердце сжималось; хотелось бросить всё, забыть о гордости и первым сделать шаг навстречу. Но теперь Шторм отвечал за полтора десятка чужих львят и уже не мог нарушить установившийся порядок обучения.

Он не знал, что ещё до следующего полнолуния этот порядок будет безжалостно нарушен, а очередной обход владений окажется совсем не похож на прежние.