📖 Глава 1. Под прикрытием или первая миссия Сукеа

Скрипящий под ногами песок, усыпавший большую часть дорожек Конохи, действовал привычно успокаивающе, напоминая о бескрайних пляжах неподалёку от родной деревни и мерном шелесте прибоя. Словно беспокойные волны, накатывающие на берег непрерывным потоком, сердце взволнованно стучало после новости о внезапно обрушившейся на девушку миссии. И на эту миссию она отправится вдвоём с Ним.

***

Не успел экзамен на чуунина завершиться, как куноичи вызвал к себе Четвёртый Хокаге. Это было само по себе удивительно, потому как, несмотря на давнее знакомство, Мино нии-чан позвал её официально, как глава Конохи, а не в качестве друга её старшего брата. Ещё большее удивление вызвало присутствие этого самого брата в том же кабинете.

— Спасибо, что пришла Саюри. Я понимаю, что это неожиданно. Ты наверняка устала после последнего боя, но у нас есть для тебя задание, — уже по глазам видя один за другим возникающие в голове девушки вопросы, умный шиноби поспешил ответить на некоторые из них заранее. — Не беспокойся, это задание я хочу поручить совместно с главой твоей деревни.

Минато посмотрел на стоящего рядом с ним Нотару Мидзукино — старшего брата и джоунина-наставника Саюри, и по удивительному совпадению его старого друга и товарища. Нотару, уверенно кивнув, подошёл к сестре и протянул ей свиток:

— Можешь убедиться, оно подлинное. Это совместная миссия. Раз уж мы ещё здесь, Глава решил воспользоваться случаем и попросить помощи у Скрытого Листа. Это прекрасный способ наладить связи между нашими деревнями. Надеюсь, ты примешь эту миссию. Тем более, что у тебя есть все необходимые навыки для этого.

— Вы сказали, что миссия совместная, а это значит…

Не успела Саюри договорить, как дверь за её спиной открылась и на пороге показался молодой человек в униформе АНБУ. Оглядев помещение и задержав взгляд на двух шиноби Деревни Скрытого Прибоя, он, на мгновенье замешкавшись, встал рядом с ними и молча поклонился сидящему за столом Хокаге. Несмотря на скрывающую лицо белую маску лисы, куноичи точно знала, что он удивлён не меньше, чем она сама. Тем временем Нотару нии-чан вернулся к своему боевому товарищу, вновь вставая за его спиной.

— Да. Это значит, что на эту миссию вы отправитесь вдвоём.

Подростки удивлённо переглянулись между собой и снова молча уставились на Хокаге.

— Нам поступила информация о шпионаже. Некая группа кочевников путешествует по странам и деревням, добывая секретные документы и информацию. Но вся проблема в том, что участники этой группы — гражданские. Среди них никогда не было шиноби. Либо что-то изменилось, либо они работают на кого-то другого. Необходимо выяснить, кто именно стоит за кражей секретных сведений и куда похищенная информация поступает потом. Возьмётесь?

— Я так понимаю, это будет работа под прикрытием?

— Именно. Ваша задача только разведка. Никаких активных действий. Никто не должен знать, что вы шиноби. И тем более то, что Лист и Прибой сотрудничают в разведывательных миссиях.

— Это миссия не ниже ранга А. Разве генина можно отправлять на такое задание? — молчавший до этого парень в маске впервые за всё время подал голос.

Минато Намикадзе в ответ лишь усмехнулся:

— Ты совершенно прав. Мы ещё не поздравили Саюри с повышением, — светловолосый мужчина повернул голову в сторону своего друга, в глазах которого можно было прочитать непомерную гордость.

— Да. Решением Главы Деревни Скрытого Прибоя на основании прошедшего экзамена тебе присуждается ранг чуунина.

Не успела Саюри открыть от удивления рот, как её будущий напарник холодным голосом задал следующий вопрос:

— Когда приступать?

— Завтра утром. У вас есть время подготовиться, продумать прикрытие и легенду. Думаю, совместная разработка стратегии не будет для вас проблемой, — на последних словах молодой Хокаге положил подбородок на сцепленные в замок руки и, склонив голову, хитро улыбнулся, заставив девушку покраснеть. А вот её новоявленный напарник даже бровью не повёл. Наверное.

— Я берусь, — стараясь держать себя в руках, проговорила взволнованная Саюри.

— Я тоже.

— Отлично.

— Здесь все детали. Подготовьтесь и отдохните хорошенько, миссия может занять много времени, — проговорил джоунин Прибоя, протягивая АНБУ свиток.

— Есть!

Шиноби развернулись, собираясь покинуть кабинет Минато, и, когда парень уже придерживал дверь, пропуская девушку вперёд, Саюри услышала ехидный голос старшего брата:

— И ещё, Какаши. Не засиживайтесь допоздна.

Бросив хмурый взгляд на молодых мужчин, которые едва сдерживали смех, девушка, тряхнув волосами, быстро покинула рабочую резиденцию Хокаге, не заметив, как судорожно выдохнул парень под маской.

— Думаешь, всё-таки стоило отправлять на это задание именно их? — спросил Нотару, как только дверь за их подчинёнными закрылась.

— Ох, не знаю, но дело уже сделано. Какаши — прекрасный шиноби, он отлично справится с этой миссией. И Саюри отлично показала себя на экзамене, и я считаю, она заслуженно поднялась до чуунина. Ты зря беспокоишься, они справятся.

— Да я не об этом. По отдельности они действительно могут хорошо сработать, но вместе…

— Боишься, что их чувства будут мешать миссии? Я тебя понимаю. Тоже ведь беспокоюсь о Какаши. Но ни мы, ни они сами не узнают, могут ли они работать вместе. Если у них всё серьёзно, вполне возможно, что в будущем они будут отправляться на миссии вдвоём. И им нужно научиться держать свои чувства под контролем.

— Мне кажется, ты торопишь события, — Нотару скрестил руки на груди, глядя в окно на младшую сестру, в одиночестве пересекавшую одну из центральных улочек Конохи.

***

Саюри не переживала о том, что Какаши не пошёл за ней. Среди их товарищей и без того гуляли слухи о романе между генином (а теперь уже чуунином) Скрытого Прибоя и АНБУ Листа. Но они всё ещё старались не афишировать свои отношения, несмотря на то, что уже не один раз умудрились попасться. Да, невероятно трудно скрывать свою связь когда девяносто процентов твоего окружения — шиноби. Особенно, если восемьдесят процентов из них — члены отряда разведки и тактики убийств.

Они встретятся вечером. Куноичи была более чем уверена, что он сам придёт к ней. Он часто заглядывал по вечерам, если у них не были запланированы тренировка или свидание. И сегодня вечером джоунин Листа оправдал её ожидания. Как и всегда, тихонько сел на подоконник, негромко постучав по открытой деревянной раме, привлекая к себе внимание. На него мгновенно уставились три пары глаз: голубые у девицы со светлыми волосами удивлённо хлопнули ресницами; зелёные, принадлежавшие девушке с двумя длинными рыжими хвостиками, хитро сощурились, когда скрестившая руки на груди куноичи откинулась на кровати, опираясь спиной о стену. Но его интересовали только одни: чёрные большие глаза, раз за разом затягивающие его в свой омут и заставляющие делать и говорить глупости.

— Привет.

— Привет.

Она едва заметно покраснела, смущённо заправляя прядь волос за ухо.

— Что? И даже не поцелуетесь?

— НЕЕ-ЧАН! — Саюри с негодованием уставилась на светловолосую куноичи, пока рыжая покатывалась со смеху на своей кровати уже в обнимку с подушкой.

— Я по делу. У нас миссия.

— Ну-ну… — донёсся едва слышный бубнёж из-под подушки, заставивший юношу закатить глаза.

— У нас правда миссия. Можешь у Нотару спросить. Какаши, так и будешь сидеть на подоконнике? — девушка повернулась к пепельноволосому парню, заставив того едва не свалиться от неожиданности.

— Может, найдём место потише? — неуверенно пробормотал он, косо поглядывая на слишком эмоциональных соседок своей девушки, которые, демонстративно закатив глаза, переглянулись между собой и со смехом поднялись со своих мест.

— Да ладно уж, оставайтесь, голубки, — помахав парочке, усмехнулась голубоглазая девушка, прежде чем закрыла за ними дверь. — Только не шалите!

Оставшись наедине, подростки выдохнули.

— Это когда-нибудь кончится? — плюхнувшись на кровать пробормотала девушка.

— Думаю вряд ли, — усмехнулся парень, садясь рядом и легонько чмокая её в уголок губ.

— Каши!

— Что? Я весь день этого ждал, — юноша смущённо улыбнулся, но тут же стал серьёзным, доставая свиток.

— Смотри. Они проходят вот здесь, — он провёл пальцем по карте, — завтра утром будут примерно в этой точке, если имеющиеся данные верны.

— Мы туда успеем?

— Вполне.

— Значит, остаётся только продумать прикрытие и действовать по ситуации?

— Угу. Если там гражданские, образ можно придумать любой, а вот с легендой придётся напрячься. Нужна такая история, чтобы они позволили нам жить среди них, чтобы наше желание присоединиться к ним выглядело естественным и не вызывало подозрений.

— Хмм… — девушка задумалась, оглядывая своего возлюбленного. Ей всё ещё не верилось, что они идут на миссию вместе. — А что если?..

Какаши вопросительно склонил голову вбок, ему было интересно, о чём сейчас вертятся шестерёнки в её голове.

— Мы с тобой двое влюблённых, сбежавших из дома, потому что наши родители против того, чтоб мы поженились…

— Саю, ты о чём? Нам пятнадцать лет, кто позволит нам пожениться в нашем-то возрасте?

— Вот поэтому мы и решили сбежать, — девушка наставительно подняла указательный палец вверх.

— Это настолько несуразно, что может даже сработать, — Какаши хмыкнул, скрестив руки на груди, и поджал одну ногу под себя. — Осталось придумать образы. Нужно что-то простое и неброское, такое, чтоб после нашего ухода никто не мог даже вспомнить, во что мы были одеты.

— Тогда начать придётся с тебя, — засмеялась куноичи, потянув свои шаловливые ручонки к чёрной тканевой маске на лице юноши.

— Даже не думай! А если кто войдёт?

— Ты правда думаешь, что в этой маске останешься незамеченным?

— Да не в этом дело, просто…

— Ты что, стесняешься?

— Я не…

— Ты красивый.

Какаши едва не поперхнулся воздухом.

— Знаешь, обычно подобные вещи парни говорят девушкам, а не наоборот.

— Значит, ты всё-таки стесняешься?

— Саю…

— Не волнуйся… Мы сделаем тебя настолько другим человеком, что никто даже не подумает о том, что это твоё настоящее лицо. Снимай маску!

Девушка вскочила с кровати и принялась что-то искать в близстоящем шкафу, пока джоунин с безнадёжным вздохом покорно стягивал с лица чёрную маску. Он, конечно, уже не в первый раз показывал ей своё лицо, пообещал ведь когда-то давно, но всё же тревога от мысли, что её любопытные подруги могут заглянуть в любой момент, никак не желала отступать. Тем временем Саюри вернулась на кровать, бросив на туалетный столик рядом кучу кисточек, палочек, баночек и другой всякой девчачьей утвари.

— Ты что задумала?

— Посиди ровно и не дёргайся…

Девушка задумчиво посасывала кончик кисточки, разглядывая его лицо, словно увидела впервые. Впрочем, в этот раз её взгляд кардинально отличался от того, к которому юноша успел привыкнуть за столь короткий срок: сейчас она смотрела на него сосредоточенно и решительно.

— Сперва нужно замаскировать твой шрам… и Шаринган… Ты когда-нибудь носил линзы?

— Эээ, нет… — шиноби Конохи стиснул зубы. Ему пришлось многое пережить, и ещё одного вмешательства в свои глаза он бы предпочёл избежать. — А других способов нет? — наивно по-детски спросил он.

— Ты же понимаешь, что твоя повязка привлечёт слишком много внимания. Линзы — единственный вариант, который мне известен.

Шиноби печально вздохнул. На что только не пойдёшь ради выполнения миссии.

Девушка, тем временем, взяла одну из кисточек и макнула её в баночку с какой-то красной жижей.

— Так, теперь не дёргайся, — она осторожно провела мягкой кисточкой по щеке парня под глазом и тот невольно зажмурился, отчего кисть соскользнула и линия выгшла не такой, какой планировалась изначально.

— Какаши!

— Прости, — юноша покорно склонил голову, хотя, казалось, в голосе его совсем не было вины.

— Сиди ровно, пожалуйста, — новоиспечённая чуунин взяла с тумбочки полотенце и стёрла неудачный вариант макияжа. — Давай вот так попробуем…

Она вновь сосредоточенно что-то рисовала на его щеках и подбородке, а когда, наконец, закончила и поймала недовольный взгляд молодого АНБУ, захохотала во весь голос:

— Нет, ну ты… посмотри… на себя… просто… вылитый Тобирама… Сенджу!..

Опешивший Какаши бросил удивлённый взгляд в зеркало и, заметив неожиданное сходство, недовольно фыркнул, вызвав у девушки новый приступ смеха:

— Дааа, так меня точно никто ни в чём не заподозрит, — не дожидаясь, пока девушка успокоится, он забрал у неё полотенце и сам стёр с лица очередной неудавшийся грим.

— А давай попробуем кардинально другое, — куноичи резко села, а в глазах у неё появился странный огонёк, который не предвещал молодому ниндзя ничего хорошего.

Саюри взяла с тумбочки фиолетовую баночку и самую широкую кисть, которую смогла найти.

— Закрой глаза.

Какаши послушно выполнил просьбу, чувствуя, как мягкие щетинки наносят влажную субстанцию на веки, а затем выводят ровные линии вниз по щекам.

— Идеально. А родинку трогать не будем, никто не знает, что она у тебя есть, так что нам это даже на руку. Осталось только решить, что делать с твоими волосами.

— Брить не буду! — надувшись, Какаши снова взглянул в зеркало: на него смотрело его собственное, чуть подправленное отражение. На первый взгляд ничего не изменилось, кроме двух фиолетовых полосок на щеках, одна из которых скрывала полученный три года назад шрам на левом глазу. Но если сменить цвет волос и глаз, пожалуй, действительно, даже товарищи не признают в нём Хатаке Какаши.

— Думаю, нужно что-то тёмное… — парень вновь склонил голову, глядя на себя в зеркало.

— Да… какой-нибудь тёмно-коричневый или каштановый тебе бы пошёл. Ну-ка… — вновь вскочив и вытащив уже из другого шкафа парочку париков, девушка, повертев их в руках, взяла наиболее подходящий на её взгляд, и осторожно подкалывая мелкими заколками, надела парню на голову, полностью пряча под тёмной шевелюрой пепельно-серые волосы.

— Как тебе?

Какаши вновь посмотрел на себя в зеркало: в отражении сидел абсолютно другой человек. Неудивительно, что Саюри смотрела на плоды своих трудов с такой гордостью. Юноша осторожно коснулся рукой левого глаза.

— Это мы с тобой сделаем завтра, сегодня не буду мучить тебя линзами. Надо подумать, что тебе надеть.

— Это зависит от того, чем я буду заниматься. А что с тобой? Ты так и отправишься в пижаме?

Саюри фыркнула и ткнула усмехнувшегося юношу локтём в бок.

— Нет, я буду танцовщицей. Точнее… просто любить танцевать. А из тебя вышел бы прекрасный уличный художник…

— Нет, нет и нет! Я абсолютно не умею рисовать!

— Да там нет ничего трудного, ты легко освоишь азы…

— Нет! Художником я точно не стану! Впрочем, если не художником, то… думаю, с фотоаппаратом я справлюсь. К тому же, имея возможность фотографировать, не вызывая подозрений, мы сможем получить как можно больше информации.

— Тогда тебе определённо нужен шарф.

— Не волнуйся, я придумаю, что мне надеть, а пока…

Нежный, мягкий поцелуй, крепкие объятия и лёгкие прикосновения к коже — буквально всё говорило, как сильно он скучал по ней, как сильно хотел быть рядом. Пожалуйста, пусть у него хватит терпения не отвлекаться на неё во время миссии!

***

Дорога была длинной и пыльной. Черноволосая девушка в белой блузке с открытыми плечами шагала, одной рукой придерживая алую юбку длиной до самой земли, а другой держала за руку юношу её возраста с каштановым волосами и необычными отметинами на лице. Подростки шли медленным размеренным шагом, оглядываясь по сторонам, с интересом рассматривая местную флору. Парень несколько раз доставал из сумки на плече фотоаппарат, чтобы запечатлеть необычайно красивые виды природы. И потрясающей девушки на её фоне.

Спустя целый день пути под палящим солнцем, когда оно, наконец, стало клониться к закату, молодые люди наткнулись на стан кочевников. Это было небольшое временное поселение с тканевыми и брезентовыми палатками-шатрами, несколькими кострами с висящими над ними котелками, возле которых, совершенно не опасаясь пламени, играли дети разных возрастов. К стволам деревьев были привязаны пасущиеся неподалёку лошади и ослы, периодически подёргивающие ушами, чтобы отогнать назойливых мух, и абсолютно не обращающие внимания на раздающуюся со всех сторон музыку и песни.

Уставшие путники, услышав пение со стороны леса, свернули с дороги и отправились на звук. Раздвигая в стороны пушистые еловые лапы, странники с удивлением обнаружили большую группу людей, суетливо готовящуюся, видимо, к ужину. Пока подростки удивлённо хлопали глазами, в их сторону с громким смехом мчалась девочка лет пяти, оглядываясь на догоняющего её мальчика чуть младше неё и размахивая каким-то цветком в своей руке. Не глядя под ноги, малышка запнулась о камень и упала бы лицом о землю, если бы не мягкие руки, вовремя поймавшие её у самой земли.

— Тебе стоит быть осторожнее, — девочка подняла растерянный взгляд на голос у себя над головой. Руки, поймавшие её, принадлежали молодому парню в тёмно-серой футболке с красным шарфом на шее и очень милой улыбкой. Зардевшаяся девочка, мгновенно подскочив, помчалась восвояси, хватая по пути за руку догонявшего её мальчика, и оба, добежав до скопления людей, спрятались за юбкой женщины, что-то проговорив ей и указывая пальцами в сторону растерянных путешественников. Та подняла взгляд и подросткам ничего не оставалось, кроме как смущённо помахать нахмурившейся женщине. Спустя время к ним подошли двое молодых крепких ребят.

— Здравствуйте, — нервно усмехаясь, произнёс парень, ероша свои волосы на затылке. — Мы не хотели никого напугать, извините.

— Мы шли по дороге, услышали в лесу песни и пошли на голоса. И оказались здесь.

— Вот как? — один из мужчин, тот, что выглядел постарше и менее дружелюбным, недоверчиво посмотрел на незваных гостей.

— Да ладно тебе, Амемори-сан, — молодой парень хлопнул товарища по плечу, — по ним видно, что они долго шли и устали с дороги. Меня зовут Кониши, — парень, немногим старше неопытных путешественников протянул юноше ладонь, которую тот с улыбкой пожал.

— Я Сукеа, а мою спутницу зовут Минами. Мы действительно идём уже довольно долго, но не знаем, как далеко ещё до поселения.

— До поселения ещё далеко, может быть остановитесь у нас? Вы наверняка голодные.

Девушка смущённо опустила глаза, а парень снова со смехом запустил руку в каштановые волосы.

— Идёмте, мама наверняка уже сварила что-нибудь вкусное.

— Кониши, ты не можешь просто так приводить в стан незнакомцев. Мы ничего о них не знаем.

— Не переживай, я видел, как Сукеа поймал Ямаоко, когда она падала, и мне этого вполне достаточно, — молодой парень улыбнулся и жестом пригласил гостей следовать за ним. Сукеа и Минами с интересом оглядывались вокруг, девушка крепко держалась за руку своего спутника, словно стоит ей отпустить его, и она тут же потеряется в маленьком лагере.

— Мама, это Сукеа и Минами, они устали и голодны…

Женщина, точно также, как и мужчина по имени Амемори, недоверчиво оглядела незнакомую молодёжь, но, заметив, как девочка, прячущаяся за её юбкой, краснея, с интересом поглядывает на юношу, смягчила выражение лица:

— Конечно, дорогие, проходите. Вы и впрямь выглядите уставшими, — женщина указала подросткам на широкое бревно, служившее им скамьёй, и тихо, чтобы никто не слышал, со смешком шепнула проходящему мимо юноше на ухо:

— Кажется, моя Ямаоко положила на тебя глаз.

Сукеа, удивлённо раскрыв глаза, посмотрел сначала на женщину, потом на маленькую девочку, которая в этот момент уже мчалась куда-то с мальчиком, с которым ранее играла в салки, и, покраснев, также тихо ответил женщине:

— Извините, но моё сердце уже занято, — и с нежностью устремил взгляд на черноволосую девушку, внимательно слушавшую, что толкует ей сидящий рядом Кониши.

— Понимаю, рядом с такой красавицей никто не устоит, — засмеялась женщина и, похлопав гостя по плечу, отпустила его к возлюбленной.

Пока Кониши рассказывал своим новым знакомым о том, как живут кочевники и куда их племя держит путь, Тао-сан, как звали женщину, которая гостеприимно согласилась накормить уставшую молодёжь, принесла несколько чашек и хлеб, наливая горячий суп прямо из висящего над костром котелка.

— Так откуда вы и как же вас, таких молодых, занесло в такую даль, да ещё и одних? Вы, судя по одежде, не местные.

Парень с девушкой переглянулись и, отложив тарелки, опустили взгляд.

— Верно. Мы из Страны Овощей, — начал Сукеа, не сводя с огня взгляда. — Мы путешествуем, чтобы уйти оттуда как можно дальше.

— Но почему? — Кониши, который с самого рождения проводит свою жизнь в дороге, не понимал, как, имея постоянный дом, можно желать его покинуть. Это ведь место и люди, с которыми связана вся твоя жизнь.

— Мы сбежали, — Сукеа, вздохнув, перевёл взгляд на с интересом рассматривающего его и девушку парня, — потому что…

— Мы хотим пожениться, — закончила за парня девушка, беря того за руку и застенчиво пряча взгляд в его плече.

— Но ведь вы же совсем ещё дети! — ахнула госпожа Тао, глядя на прижимающуюся к юноше спутницу, а её старший сын смущённо отвёл взгляд в сторону. — Вам ещё рано думать о женитьбе.

— Вот и наши родители сказали то же самое, — грустно вздохнул Сукеа, беря ладонь Минами свободной рукой. — Но мы слышали, что в Стране Неба более мягкие законы и там нас могут поженить уже сейчас.

— Эх, молодость, вы так торопитесь жить…

— Дело не только в этом, Тао-сан, мои родители… они… они против того, чтобы я связала свою жизнь с… бедным фотографом, — девушка поджала губы, ещё сильнее сжимая пальчиками бледную ладонь своего любимого. Казалось, она вот-вот заплачет.

— Ого, значит, ты фотограф? — Кониши, казалось, забыл о только что нахлынувшем на него смущении от личных разговоров, и с интересом уставился на парня, который неуверенно засмеялся в ответ, снова ероша волосы у себя на затылке.

— Ну… По правде говоря, я только учусь… Но в будущем очень хотел бы заниматься фотографией. Уметь сохранять мимолётные мгновенья, чтобы потом у людей была возможность окунуться в тёплые воспоминания, разве это не здорово?

— Звучит очень красиво. Да Вы, юноша, романтик! — усмехнулась женщина. — Впрочем, время уже позднее, нам всем пора отдыхать. Ямаоко, Охори, бегом в постель, завтра рано вставать! И вам двоим не мешало бы отдохнуть. Оставайтесь у нас в палатке, а завтра я поговорю с вождём. Вы шли совсем не в ту сторону, страна Неба находится в другом направлении, мы как раз движемся туда. Вы могли бы присоединиться к нам, если хотите.

— Это… это так мило с вашей стороны, Тао-сан… — начала было Минами, но Сукеа перебил её:

— Но мы не можем позволить себе и дальше доставлять вам хлопоты…

— Ну что ты, какие хлопоты, дорогой, — женщина с улыбкой замахала рукой. — Вы так напоминаете меня и моего покойного супруга в молодости. Мы были такими же непреклонными, как вы сейчас. И такими же влюблёнными. Не нужно иметь каких-то особенных знаний, чтобы увидеть, как много вы значите друг для друга. Идите, отдохните.

— Но как же вы? — Сукеа оглядел женщину и усмехнувшегося Кониши, который указал ему на большую крытую телегу, в которую уже забирались набегавшиеся за день и сладко позёвывающие ребятишки.

— Не переживай. Палатка — это лишь временное пристанище. Да и в кибитке спать теплее, чем на земле. Но вас двоих наверняка любовь согреет, — парень усмехнулся, ткнув покрасневшего Сукеа локтём в бок и тут же схлопотал от матери половником по затылку.

— Думай, что говоришь, Кониши! — отчитав сына, женщина обратилась к смущённым подросткам. — Не слушайте его, мои хорошие, идите отдыхайте.

Минами и Сукеа, поклонившись радушной хозяйке, скрылись в палатке и, выдохнув, устало сели на землю. Парень тут же стянул с себя шарф и небрежно бросил его на оставленные в углу рюкзак и сумку с фотоаппаратом. Девушка скинула с уставших ног сандалии и завалилась прямо на лежащее на земле покрывало, служившее полом во временном жилище.

— Кажется, получилось, — шёпотом проговорил Сукеа, взглянув на девушку с лёгкой улыбкой.

— Ты прекрасно справился. Не знай я, сама бы поверила — хихикнула в ответ красавица, поглаживая кончиками пальцев его бледную щёку.

— Знала б ты, как я хочу снять это, — парень, недовольно нахмурив брови, указал пальцем на волосы.

— Нельзя…

— Но…

— Ты представляешь, что будет, если нас кто-нибудь увидит? Проблем не оберёмся…

Кониши, проходивший в этот момент мимо палатки и совершенно случайно, конечно же, услышавший последние произнесённые шёпотом фразы, удивлённо уставился на тканевую стену, а затем, хмыкнув и пожав плечами, пошёл по своим делам, насвистывая под нос какую-то незатейливую песенку.

— Ты права… — вздохнул парень, ложась рядом с девушкой и легонько обнимая её. — Устала?

Казаться нарочито спокойным было сложно даже для него — опытного ниндзя. Он впервые ложился спать с девушкой. Нет, конечно, в совместных миссиях ему часто приходилось ночевать рядом с Рин, или Куренай, или девушками из других отрядов АНБУ… Но это совсем другое. Он впервые засыпал, обнимая девушку. И не какую-то там, а свою; ту, что занимала особое место в его сердце и мыслях. И, как и любому влюблённому подростку, в голову сразу же полезли непрошенные мысли, которые юный шиноби изо всех сил старался не впускать в своё сознание.

Между тем, девушка сладко зевнула, уютно потягиваясь в тёплых объятиях и, краснея, прижалась к юноше ближе, пряча взгляд у него на груди. Пение птиц и стрекот цикад успокаивали, земля холодила тела, взмокшие от долгого путешествия под палящим днём солнцем, а шелест листвы отдалённо намекал на гонимый порывами ветра приближающийся дождь. Молодые шиноби, кажется, впервые так спокойно засыпали на миссии. Сегодня не будет никаких вылазок. Нельзя вызывать подозрения, пока им не позволили остаться. Завтра предстоит много работы, а сегодня нужно выспаться и набраться сил.

***

Просыпались в стане рано. Когда Кониши заглянул в палатку, чтобы разбудить гостей, которые, как он думал, сладко спят после бурной ночи, то обнаружил Сукеа, натягивающего сандалии и Минами, расчёсывающую спутавшиеся ото сна волосы.

— Доброе утро! Не ожидал, что вы поднимитесь так рано.

Молодые люди улыбнулись ему, продолжая собираться.

— Да, день вчера был длинный. Не думал, что так сильно устану. Кажется, я отрубился, как только лёг, — засмеялся юноша, поднимаясь с земли. — Как мы можем отблагодарить вас за гостеприимство?

— Ерунда, — отмахнулся Кониши. — Матушка как раз сейчас говорит с Ишивари, он у нас главный. Если он позволит вам остаться, тогда и внесёте свою лепту. Но если тебе так не терпится помочь, пойдём, я иду с ребятами чинить телегу.

Переглянувшись с девушкой, Сукеа последовал за парнем, который был, наверное, на пару лет старше него самого, не забыв на всякий случай взять фотоаппарат.

— Думаю, тебе не стоит брать с собой эту штуковину, разве что ты собрался ею гвозди забивать, — усмехнулся черноволосый парень, срывая длинную травинку и засовывая её себе в рот.

— Я практически не расстаюсь с ним, — смущённо улыбнулся в ответ юноша, которому было необходимо поддерживать легенду. — Никогда не знаешь, что может случиться, и не хочется упустить удачный кадр.

— Кажется, мне творческих личностей не понять.

Пока Какаши строил из себя скромного фотографа и знакомился с местными молодыми людьми, помогая им с починкой пострадавшей при передвижении через брод кибитки, Саюри, последовав его примеру, присоединилась к девушкам, большой компанией готовившим завтрак. В процессе стряпни куноичи знакомилась со сверстницами и расспрашивала их о романтике кочевой жизни. Когда завтрак, наконец, был готов и можно было звать всех к столу, к ней со спины подошла Тао-сан в сопровождении незнакомого пожилого мужчины.

— Это и есть твоя Минами? — мужчина погладил длинную седую бороду, разглядывая очаровательное создание, резко обернувшееся на звук собственного имени и от неожиданности уронившее на землю чашку с горячим чаем. Глядя на сконфуженно поднимающую посуду девушку, старик улыбнулся:

— Не беспокойся, дитя, это всего лишь кружка. Скажи, тебе нравится у нас?

— Д-да… Ишивари-сан… — взволнованная девушка вопросительно посмотрела на женщину, которая утвердительно кивнула, подтверждая, что та правильно опознала её спутника.

— Я вижу, готовить ты умеешь. А чем ещё любишь заниматься? Сможешь найти пропитание в лесу или развести костёр?

— Я… Да… Я хорошо умею искать грибы и ягоды, и костёр раскладывать тоже умею…

— А ездить верхом?

Минами в ответ лишь грустно покачала головой.

— Не умеешь, научим, — усмехнулся глава племени, с интересом разглядывая юную особу. — А где же твой спутник?

— Сукеа помогает Кониши-сану с починкой телеги. Они ушли вместе с самого утра.

— Вот как. Тао сказала, что твой возлюбленный — фотограф.

— Да, и хотя он ещё учится, у него прекрасно получается, — тут Саюри даже не лукавила. Несмотря на то, что Какаши впервые взял в руки фотоаппарат, у него действительно хорошо получалось находить красивые кадры. Настолько, что гениальный шиноби сам был удивлён внезапно открывшемуся у себя новому таланту. Он практиковался всю дорогу и даже сделал несколько снимков с ней, которые девушка потребовала сохранить и распечатать сразу же по прибытии в Коноху. И гордость за парня, с которой она отвечала на вопрос Ишивары, была искренней.

— Это хорошо, нам его навыки могут пригодиться.

— Пригодиться? — удивлённо подняла брови черноволосая девушка и невинно захлопала ресницами.

— Мы путешествуем долгие годы по одним и тем же дорогам, но с годами и ландшафты, и города, да и что греха таить, мы сами кардинально меняемся, а так хочется сохранить самые лучшие мгновения, чтобы наши внуки сумели посмотреть на этот мир нашими глазами. Ты не согласна, Минами?

— Ох, конечно, Ишивара-сан. Я думаю, Сукеа будет рад помочь вам, именно поэтому он и любит фотографировать, — девушка мило улыбнулась, пока одна из её новых знакомых — Охта — наливала ей в пустую чашку свежезаваренный травяной чай с приятным ароматом малины, листья которой собрала ещё на прошлой стоянке и теперь добавляла их практически в любой напиток.

— Что ж, раз так, то доверяю их тебе, Тао. Приглядывай за молодёжью, — мужчина развернулся и направился к группе девушек, разливавших в кружки столпившихся вокруг мужчин всех возрастов горячий чай или парное молоко и угощавшими их только что испечёнными горячими лепёшками.

— Тебе бы тоже не мешало накормить своего благоверного, — улыбнувшись, женщина кивнула Саюри на шагающих вдалеке Кониши, Сукеа и ещё нескольких парней их возраста. — Возьми что-нибудь, они наверняка голодные.

Не дожидаясь ответа, женщина вытащила из ямки у костра несколько завёрнутых в пергаментную бумагу лепёшек.

— Возьми кувшин. Когда будешь наливать ему молоко, смотри прямо в глаза. Поверь, он всё поймёт без слов.

Саюри не совсем поняла, что имела ввиду женщина, но предпочла не спорить и взяла большой кувшин с ещё тёплым молоком и несколько чашек без ручек. Вскоре компанию ей составила группа подошедших молодых людей.

— Пахнет восхитительно! Что у нас на завтрак?

— Можно подумать, ты не знаешь, — усмехнулась женщина и всучила сыну большущую лепёшку затыкая ею рот, вызвав у сопровождавших его четверых юношей громкий смех.

— А можно и мне тоже? — парень с пшеничного цвета волосами, одетый во что-то, напоминающее лёгкий камзол без рукавов и облегающие штаны, протянул к девушке пустую кружку.

— Да, конечно, — растерявшаяся Минами осторожно разливала молоко, стараясь не расплескать и выслушивая комплименты о своей красоте, заставлявшие девушку краснеть, что в свою очередь, вызывало у молодых парней новую порцию умиления.

Когда она, наконец, подошла к Сукеа, осторожно наклонив кувшин над его чашкой, то вспомнила странный совет, который дала ей Тао-сан. Сама не зная, почему, девушка последовала ему и подняла взгляд, встретившись с серыми глазами. В упирающемся в неё взгляде, казалось, было всё: нежность, страсть, забота и неприкрытая ревность. Кажется, девушка поняла, что имела ввиду женщина, когда говорила, что они всё поймут без слов. Задумавшись, куноичи не сразу заметила, как тёплое молоко полилось через край прямо на пальцы молодого фотографа. Впрочем тот, казалось, тоже не обратил на это никакого внимания.

— Ох, прости… — хватившись, наконец, Саюри поспешила вытереть мокрую ладонь полотенцем, которое висело у неё на плече, что вызвало усмешки со стороны уплетающих лепёшки трудяг.

— Всё в порядке, — пришедший в себя Сукеа, кажется, вообще не волновался об этом. Под ехидный шёпот новых товарищей он взял едва успевшую выхватить у протянувшей ей женщины самую большую лепёшку девушку за руку и увёл её подальше от любопытных ушей. Усадив спутницу на бревно рядом и приобнимая одной рукой за плечи, чтобы ни у кого не возникло сомнений в том, с какой целью юноша увёл девушку подальше, он тихо прошептал ей на ухо:

— Что-нибудь изменилось?

Девушка захихикала, приложив пальцы к губам и смущённо кивнула, шепнув ему на ухо:

— Да, нам позволили остаться. А ещё глава обмолвился о том, что твои навыки фотографа могут пригодиться. Он, конечно, говорил о сохранении трогательных моментов, но я думаю, они могут попытаться тебя завербовать, будь осторожен. Не снимай ничего лишнего пока не соберём больше информации.

Юноша, закрыв глаза, точно также смущённо улыбнулся, прижимая девушку к себе ближе. Со стороны казалось, что двое влюблённых подростков шепчут друг другу на ухо милые глупости, которые заставляют обоих нещадно краснеть. Никто не мог даже подумать, что двое ниндзя, прикрываясь объятиями, обсуждают выполнение миссии у всех на глазах.

В довершение для любопытных наблюдателей, девушка отломила от лепёшки небольшой кусочек и положила его в рот не ожидавшего подобных действий парня. Тот, опешив на мгновенье, довольно быстро прожевал ещё тёплую выпечку и вновь наклонился к её уху:

— Не смущай меня.

В ответ девушка только захихикала и, разломив булку на две части, протянула ту, что побольше, ему.

— Расти большой и сильный, — сказала она со смехом, за что была награждена недовольным взглядом, который было так привычно видеть под светлой чёлкой Хатаке Какаши, но абсолютно не вязавшийся с образом милого влюблённого по уши фотографа.

***

Несколько дней жизни в небольшом странствующем племени послужили для юных шиноби поводом научиться многим новым вещам: верховая езда, раскладывание и сборка шатров и палаток. Саюри научилась доить коров и коз, а Какаши впервые стрелял из лука, охотясь на оленя. Кочевая романтика накрывала подростков с головой, заставляя постоянно контролировать свои действия и даже мысли, чтобы не забыть, с какой целью они поселились с этими милыми людьми. В племени влюблённых приняли радушно, сверстники часто звали новичков с собой на различные промысли или просто развлечься. Дети тянулись к гостям: Саюри, имея младших брата и сестру, прекрасно ладила с малышнёй, в то время как юная Ямаоко часто просила смущающегося Какаши поиграть с ней, периодически бросая на смеющуюся Минами хмурые ревнивые взгляды.

— Ты будешь прекрасным отцом, — как-то сказала юноше мама девочки, когда он в очередной раз терпеливо рассказывал ребёнку что-то про животных, которых ему довелось повидать за время путешествия. На самом деле Какаши встречал их на самых разных миссиях, но девочке знать это было совершенно не нужно. Залившийся краской от столь неожиданного и откровенного комплимента юноша опустил взгляд, едва заметно улыбнувшись. О подобном он ещё пока даже не задумывался. Они с Саюри только-только начали привыкать друг к другу. В первую ночь, будучи до того уставшими, что просто не имели сил на стеснение, они заснули в обнимку, но, будучи отдохнувшими, даже после трудовых будней оба подростка не решались это повторять. В том числе и потому, что на обоих накатывали незнакомые ранее чувства и странное желание быть как можно ближе друг к другу. Юноша боялся даже к ней прикоснуться, не говоря уже о детях.

По вечерам, сидя у костра вместе с новыми товарищами, Сукеа показывал им сделанные за день фотографии сменяющихся раз в несколько дней пейзажей, самих кочевников и пробегающих мимо лесных зверушек, не успевших скрыться от внимательного серого взгляда. В первый раз, когда, демонстрируя сделанные им для практики снимки водопада, фотограф пролистал чуть дальше и случайно показал кадр снятой крупным планом улыбающейся Минами, которая, закрыв глаза, нюхала какой-то красивый жёлтый цветок и даже не заметила, что её фотографируют. Парни, присвистнув снова наградили незадачливого юношу тычками в бока, нескромно намекая на более решительные действия в сторону девушки, со звонким смехом танцевавшей в этот момент у костра в компании таких же весёлых и пластичных красавиц.

Молодые агенты успели изучить устройство и быт путешественников вдоль и поперёк, но в первые пару недель так и не обнаружили ничего, что могло бы свидетельствовать о шпионской деятельности кочевников. Большинство этих людей были приятными, улыбчивыми и гостеприимными людьми, с большой охотой обучавших новичков премудростям кочевой жизни и семейных отношений. От последнего, впрочем, подростки всегда смущённо отводили взгляд и думали про себя, что подобные легенды использовать больше не будут.

Спустя ещё пару дней Ишивари после ужина позвал Сукеа в свою кибитку. О чём он говорили, Саюри не знала, но вернулся юноша мрачнее тучи.

— Что-то случилось? — тихо спросила девушка, наливая ему горячий липовый чай, рецептом которого с ней поделилась одна милая старушка после того, как Минами помогла ей постирать и развесить бельё.

— Да. Мы приближаемся к Деревне Скрытой в Пыли и, как ты и предполагала, они хотят использовать мои навыки фотографа…

— Неужели всё-таки…

— Надеюсь, я ошибся. Глава ничего толком не сказал о том, что нужно будет фотографировать. Но если кто-то прознает, что я в этом участвовал, у Конохи и Прибоя тоже могут быть проблемы. Уже с Пылью.

— Будь осторожен.

— Не волнуйся, — Какаши медленно отпил горячий чай и, закрыв глаза, улыбнулся, — я ведь не просто так служу в АНБУ, — шепнул он ей на ухо и легонько коснулся мочки губами, чем вызвал удивлённый взгляд куноичи.

— Очень вкусно, — проговорил он уже в полный голос, вдыхая мягкий сладковатый аромат.

— Знаешь, наверное, я бы хотела жить вот так: путешествовать, не зная ограничений и едва ли не каждый день видеть что-то новое. Встречать самых разных людей на своём пути и просыпаться не от звонка будильника, а от птичьего пения.

Какаши засмеялся в ответ, отставляя пустую чашку в сторону:

— Это только летом. Зимой это кажется не таким весёлым. Знаешь, я как-то месяц жил в Стране Снега и даже не смотря на жизнь в маленьком охотничьем домике, приятного в такой экспедиции было мало.

— Просто рядом с тобой тогда не было меня, — усмехнулась девушка, и была награждена тёплой смущённой улыбкой.

— И всё-таки я предпочту забрать тебя в свою деревню, — молодой человек, только встретив удивлённый взгляд, понял, что именно сказал и, как и смятенная куноичи, застенчиво опустил взгляд.

— Сукеа…

— Извини, я не…

Что именно он не, Саюри узнать не успела, потому как с улицы послышались шум, топот копыт и ног, звук падающих вещей и испуганные крики женщин и детей. Переглянувшиеся шиноби быстро выскочили из палатки, застав большую часть кочевников жмущихся друг к другу, окружённых какими-то незнакомыми разведчикам — людьми с мечами, кинжалами и другим оружием в руках и скрытыми масками лицами.

— На вид обычные бандиты, я пока не чувствую чьей-то чакры, — неслышно пробормотала девушка, прекрасно зная, что её напарник отлично читает по губам.

— Не расслабляйся и главное — скрывай свою, иначе попадёмся, — так же едва слышно прошептал ей на ухо Какаши, инстинктивно закрывая собой от незваных гостей.

— И что тут у нас? Я смотрю, вам весело, а, Ишивари? Давненько мы не встречались, верно?

— Что ты ещё от нас хочешь? — вздохнул старик, с ненавистью, которую раньше на лице этого добродушного мужчины шиноби не видела, глядя на крупного мужчину, который, судя по всему, был в этой банде главарём.

— Следи за словами, старик! Или тебе жизнь внучки уже не дорога? — взревел мужчина и тут же громко рассмеялся хриплым басом.

— Я сделаю всё, что обещал. Верни мне мою Мияке.

— Ты смеешь мне указывать? — мужчина замахнулся и хлестнул кнутом, которым, вероятно, погонял лошадь, стоявшую неподалёку, по земле прямо рядом с главой кочевников, вызвав из уст женщин и прижавшимся к матерям детей испуганные крики.

— Даю два дня. Мы вернёмся и, надеюсь, к этому времени ты добудешь нам сведения о значимых объектах, военной силе и секретных свитках шиноби Пыли.

Ишивари, тяжело вздохнув, грустным взглядом проводил вскочивших на коней разбойников, сметающих и разрушающих костры, котлы с супом и верёвки с сохнущими вещами на своём пути, а затем посмотрел прямо в глаза удивлённому Сукеа таким взглядом, полным отчаяния, печали и тоски, что внутри у последнего всё сжалось. Прикрыв глаза, юноша опустил голову, давая своё молчаливое согласие на недавнюю просьбу старика. Мужчина благодарно кивнул в ответ и, сопровождаемый женщиной средних лет, отправился в свою кибитку, держась за сердце, а молодые шиноби, нахмурив брови, вернулись в свою палатку, в которой они жили с разрешения Тао-сан.

— Что будем делать? Нам ведь сказали не вмешиваться.

— Верно, но оставить всё как есть мы не можем. Вряд ли они сохранят девочке жизнь.

— И что мы будем делать?

— Отправимся на поиски, когда все уснут. Но сначала… — Юноша сел за небольшой столик и начал что-то быстро писать на небольшом листке бумаги. Молодой парень использовал шифр, который они разработали совместно ещё с Обито и Рин, чтобы передавать информацию, которую поймут только члены седьмой команды.

— Но как ты его отправишь? — вопросительно спросила девушка, только сейчас понимая, что они даже не обсуждали способы связи со своими деревнями.

— Это не проблема, — Сукеа оглянулся, подошёл к шторке, чуть сдвинув её и, убедившись, что по близости никого нет, сложив несколько печатей, приложил ладонь к земле, по которой поползли знакомые чернильные символы и буквы, и прошептал:

— Техника призыва!

В кругу из символов во вспышке маленького облачка появился симпатичный мопс с протектором Конохи на лбу и синей курточке с изображением хенохеномохеджи на спине.

— Что хотел, Какаши?

Юноша приложил палец к губам и только сейчас мопс заметил, что тот выглядит совсем не похожим на себя.

— Миссия под прикрытием, да? — уже шёпотом добавил пёс, косо поглядывая на с интересом рассматривающую его девушку из-за плеча переодетого шиноби.

— Да. Паккун, пожалуйста, передай это Минато-сэнсэю и как можно скорее. От этого может зависеть жизнь девочки.

— Понял тебя, положись на меня.

— Он точно справится? — шёпотом спросила Саюри, недоверчива оглядывая маленького нинкена.

— Не сомневайся, он справится лучше, чем кто-либо.

— Эй, милашка, я тоже самое могу спросить о тебе, — недовольно фыркнул пёс и вопросительно взглянул на Сукеа, добавив ещё тише, чем раньше, чтобы услышать его мог только призвавший юноша. — Какаши… а она, это… твоя… — Паккун выставил самый маленький пальчик по аналогии с человеческим мизинцем, вопросительно глядя на молодого ниндзя, который тут же неловко опустил взгляд, заметно краснея, чем вызвал смешок у маленького, но уже взрослого по собачьим меркам пса. Ох уж эти юные шиноби, они такие эмоциальные!

Паккун незаметно для окружающих покинул палатку, оставив молодых людей вдвоём разрабатывать план спасения девочки.

— Думаешь, он успеет?

— Не волнуйся об этом, Паккун точно доберётся вовремя. Мы несколько дней стояли на одном месте, он же не будет останавливаться, так что, надеюсь, через два дня подкрепление будет здесь.

— Но продержимся ли мы два дня?

— Мы не будем предпринимать активных действий. Во всяком случае сейчас. Как минимум нужно выяснить, куда утекают сведения и найти девочку. Но если мы вытащим её сейчас, вся община будет в опасности, а мы не знаем, сколько среди бандитов на самом деле людей и есть ли среди них шиноби. Поэтому сконцентрируемся на миссии. Помни, наша цель — разведка.

— Да. Значит, сегодня наша задача найти девочку и собрать информацию о численности и оружии врага?

— Верно. Поэтому продолжаем придерживаться легенды.

Дождавшись, пока лагерь погрузится в сон, двое молодых людей покинули палатку и неслышно вышли за пределы стана. На земле было видно множество следов человеческой обуви и лошадиных копыт, а также обломанные ветки деревьев и конские волосы на колючих кустах. По таким следам ниндзя легко сумели найти место, где бандиты устроили свою временную (а может, и постоянную) базу. Это была большая пещера в самом начале горной цепи, скрытая за лесополосой. Тот, кто не знал о её местонахождении, вряд ли бы смог сам найти её без посторонней помощи. Из пещеры раздавался громкий смех и пьяный вой, который мужчины, очевидно, принимали за пение.

Просидев в кустах без малого пару часов, подростки, которых после трудового дня начало клонить в сон, наконец, дождавшись, когда звуки деятельности в пещере прекратились, тихонько пробрались внутрь, осторожно перешагивая через распластанные на земле тела. Когда один из мужчин, повернувшись на бок, задел во сне девичью ногу, Саюри едва не закричала, но заметивший это Какаши вовремя закрыл ей рот ладонью, покачав головой. Выдохнув, девушка кивнула и парень отпустил её. Подростки двигались тихо, пересчитывая бандитов. Недалеко от тлеющего костра спала связанная по рукам и ногам девушка чуть младше них.

«Это и есть Мияке?» — мелькнула мысль в голове Какаши. Он-то был уверен, что внучка главы — маленькая девочка, а оказалось… В любом случае, нужно её вытаскивать отсюда и как можно скорее. Кто знает, что придёт в голову пьяным мужикам в отношении юной девушки. Но продумать план действий юноше не позволили голоса, доносящиеся снаружи — их обладатели, кажется, совсем не боялись быть услышанными. Бросив взгляд на спящую девушку, Какаши, чертыхнувшись про себя, схватил за руку встрепенувшуюся Саюри и быстро покинул пещеру. Стоило только им спрятаться за деревьями, как показались обладатели голосов — двое рослых мужчин крепкого телосложения. У одного их них были торчащие во все стороны короткие волосы и козлиная бородка, у другого слишком длинные верхние передние зубы, выглядывающие изо рта.

— Слышал? Тут кто-то есть.

— Эй парни, хорош мочиться. Раз не спится, смените нас на посту, — крикнул в сторону кустов бандит с бородкой, но ему никто не ответил.

— Чёрт, надо глянуть, что там такое.

— Да белка какая-нибудь. Или заяц.

— Ты слышал, что сказал Куга? За нами итак следят шиноби из Пяти Великих Наций, надо глядеть в оба.

Стоило мужчине развернуться в сторону деревьев, за которыми прятались ещё восстанавливающие дыхание после незапланированного спринта ниндзя, Какаши стал судорожно соображать, что же делать: неслышно убежать или даже спрятаться на деревьях они уже не смогут, для маскировки у них с собой ничего нет. Нахмурив брови, юноша стал складывать руками печати. Заметив это, девушка перехватила его руку и на вопросительный взгляд покачала головой. Между тем, шаги приближались, а подростки так и не придумали выхода из ситуации. Окинув напарника взглядом, словно оценивая его тяжёлое дыхание, она внезапно улыбнулась и, схватившись двумя руками за его футболку на уровне груди, потянула удивлённого юношу на себя, горячо целуя. Шиноби ещё не успел ничего сообразить, а предприимчивая девица уже отступала назад, крепко держа его за шею, пока не упёрлась спиной в очередное дерево, растущее немного дальше от самого края лесополосы.

— Что ты… — запыхавшись выдавил из себя парень, когда девушка оторвалась от него. За спиной послышались медленные шаги.

— Шея… — едва слышно на самое ухо прошептала в ответ девушка, ероша пальцами каштановые волосы.

— Но…

— Шея, — настойчивее сказала ему девушка, глядя из-под полуопущенных ресниц на остановившихся в нескольких десятках метров от них бандитов, и сама выставила шею перед его губами, облизнув свои и закрывая глаза.

Какаши сглотнул. Такими методами ему пользоваться ещё не приходилось. В голове непрошенным звоночком возник вопрос: а как часто эта девушка делала что-то подобное? Он обязательно поднимет эту тему по возвращении в деревню. А пока нельзя медлить. До этого момента он не позволял себе спускаться поцелуями ниже её подбородка. Сейчас же он жадно хватал губами её шею и едва держался, стараясь сохранить рассудок. Как, оказывается, тяжело разыгрывать страсть и пытаться не утонуть в ней при этом. Парню казалось, что он ходит по лезвию ножа. Обратив внимание, что мужчины не двигаются, явно думая, как им поступить, шиноби решил рискнуть: подхватил девушку на руки, прижимая своим телом к дереву и задрал длинную юбку, оголяя слегка загорелое бедро. По телу пробежала дрожь. Чёрт, переборщил! Но деваться некуда, он должен делать вид, что не знает о присутствии зрителей за своей спиной. Девушка тем временем обхватила его ногами и закусив губу, издала протяжный стон, достаточно громкий, чтобы невольные вуайеристы сумели его услышать. Вновь вернувшись поцелуем к опухшим губам, Какаши слегка спустил блузку с и без того открытого плеча. В этот раз он удачно рассчитал и остановился, что называется, «на самом интересном месте». Чувствуя, как девушка в его руках вздрогнула, джоунин оторвался от неё, делая вид, что целует, а на самом деле тихо прошептав на ухо:

— Что дальше? По всем законам жанра я сейчас должен раздеть тебя. Мы не сможем долго их дура…

— Эй вы двое, другого место найти не могли?!

Как же заведённые подростки были благодарны бандиту с длинными зубами за его не менее длинный язык! Широко раскрыв глаза от удивления, оба оторопело смотрели на «случайных» свидетелей своей неудавшейся близости, а хватающий ртом воздух Сукеа едва не уронил свою драгоценную ношу, резко обернувшись. Он представлял, какое зрелище они сейчас представляют для этих мужчин: двое подростков, растрёпанные, смущённые, в помятой одежде, с тяжёлым дыханием, раскрасневшимися щеками и широко раскрытыми в удивлении блестящими от желания глазами. И если после такого им не удастся сбить этих идиотов с толку, тогда Какаши не знал, что вообще могло бы сработать.

— Вы что здесь забыли? — грубо спросил мужчина с бородкой. Его кадык дёрнулся, когда он наблюдал, как стыдливо прячущаяся за спиной мальчишки девушка подтягивает край блузки-кармен обратно на плечо.

— Ну… мы… — Какаши пытался изобразить растерянного горе-любовника, а сам судорожно думал о том, что пора сматываться, пока дело не дошло до драки: он прекрасно видел, каким взглядом этот извращенец смотрел на красавицу за его спиной. А он по собственной дурости и неопытности ещё и оголил перед ним её тело. Это может очень плохо кончиться. Какаши знал, что победит в бою, но тогда их раскроют и миссия будет сорвана.

— Да ладно тебе, и так понятно, чем они тут занимались, — усмехнулся второй мужчина, ткнув друга локтём в бок. — Помощь не нужна, а? Эй, красотка, бросай своего недоростка и пойдём с нами, я покажу тебе, на что способен настоящий мужчина!

Какаши чувствовал, что закипает. Чтобы такое говорили в сторону его девушки? Да ни за что! Он уже отставил ногу назад, готовясь использовать Чидори, но девушка крепко обняла его за правую руку, продолжая прятаться за его спиной. Они оба знали, что она пытается вернуть его в реальность и не дать наделать глупостей, а бандиты были уверены, что девчонка просто ищет защиты у своего мальчишки.

— А, живите! Я сегодня добрый, — махнув на них рукой, сказал зубастый разбойник.

— Марш отсюда, и чтоб я вас здесь больше не видел! — добавил его товарищ, сверля незадачливых юных любовников взглядом. — А то в следующий раз тебя точно убью, а девке твоей покажу, что значит настоящий мужчина.

Судорожно кивнув для вида, Какаши схватил растерянную девушку и со всех ног (настолько, насколько возможно, чтобы не выдать своих навыков и уровень физической подготовки), пустился с ней наутёк, пока, наконец, подростки не оказались в безопасности и не позволили себе сесть на землю, смеясь во весь голос от только что пережитых волнений.

— Чтоб я ещё раз тебя послушал… — задыхаясь от смеха, пробормотал молодой АНБУ, краем глаза глядя на сидящую рядом и звонко смеющуюся девушку. Закрытые глаза, раскрасневшиеся щёки, очаровательная улыбка, даже эти растрёпанные волосы — как же она была красива! Какаши не удержался и легко поцеловал её в щёку. После всё ещё заставлявших слегка бурлить кровь горячих поцелуев он не смел позволить себе больше, рискуя полностью забыться и переступить черту.

Этой ночью они засыпали, повернувшись спинами друг к другу в тишине, каждый из них со смущённой улыбкой думал о своём, слушая шелест травы за тканевыми стенами палатки и вездесущий стрекот цикад.

***

Паккун справился с поставленной задачей гораздо быстрее, чем от него ожидал ниндзя, а потому показавшиеся неподалёку от стана кочевников несколько отрядов АНБУ, в том числе и команда Ро под предводительством Коноки, временно заменяющего отсутствующего на какой-то секретной миссии командира Какаши, вызвали у него по меньшей мере удивление. Впрочем, какой-то странный парень с каштановыми волосами и фотоаппаратом в руках, словно случайно забредший в лес и, будто зная о прячущихся среди ветвей шиноби, показавший вверх несколько условных знаков, применяемых АНБУ в качестве пароля, вызвал у ниндзя не меньшее удивление. Как фотограф и ожидал, к нему спустился именно Коноки, потому как у каждого из отрядов, помимо общего, был ещё свой секретный шифр, и именно его на автомате и продемонстрировал Какаши.

— Кто ты?

— Связист, — юноша даже растерялся. Он уже успел забыть, что товарищи не знают о его разведывательной миссии и наверняка не узнали его в образе гражданского. — В нескольких километрах к северу отсюда начинается горная цепь, там за лесополосой большая пещера. Шайка бандитов где-то человек тридцать, шиноби среди них замечено не было. Все вооружены. Минимум двое патрульных у входа в пещеру. Есть заложник — девушка лет 13-15, связана. Заложник — внучка главы стана, — Какаши указал головой в сторону стоянки, на которой со вчерашнего вечера стояла напряжённая атмосфера. — Они заставляют кочевников красть информацию, угрожая ей.

— Понял. Спасибо. Бандитов берём на себя. Как только разберёмся с ними, вернём девушку родне.

— А что будет с кочевниками?

— Учитывая обстоятельства, думаю, допросим как свидетелей. Возможно, они знают чуть больше и их информация окажется нам полезной. Тебе же стоит покинуть кочевников до того, как мы приведём девушку. Твоя миссия на этом завершена, дальше положись на нас.

— Хорошо, спасибо, — Какаши кивнул и, развернувшись, покинул лес, возвращаясь в стан.

Выловив свою напарницу, когда та училась у детей плести традиционные куколки — символы процветания и плодородия, он быстро поймал её за руку и потянул в палатку.

— Что-то случилось?

— Да, наша миссия завершена, — юноша улыбнулся, проверяя содержимое рюкзака: ничего ли не забыл?

— То есть как?

— Отряд АНБУ уже здесь, я только что говорил с ними. Наша работа на этом закончена.

— Но…

— Не беспокойся, они обязательно вернут Ишивари-сану внучку.

— А как же…

— Всё будет в порядке, не волнуйся. Я передал информацию своей команде, так что можешь быть спокойна, они всё сделают, как надо.

— Ты уверен, что мы можем им доверять?

— Конечно, я же давно с ними работаю, — Какаши улыбнулся. — Ну что, готова отправляться?

— Да, прости. Постой, мы даже не попрощаемся?

Юноша покачал головой:

— Нельзя. Иначе нас точно свяжут с облавой на бандитов.

— Жаль, они мне понравились. Такие добрые. Я как будто дома.

— Да, мне тоже понравилось жить среди них, есть в этом что-то такое… Романтичное что ли…

Парень снова усмехнулся и направился к выходу из палатки.

— Подожди!

— Ммм?

— Давай сфотографируемся здесь на память…

Какаши удивлённо посмотрел на девушку, но, пожав плечами, встал рядом с ней и, развернув фотоаппарат объективом к себе, нажал на кнопку.

***

Кониши, который обыскался своего нового друга, заглянул в палатку, надеясь, что не застанет влюблённых за каким-нибудь непотребством. Однако шатёр был пуст. Сложенные аккуратно вещи, чистая убранная по местам посуда — всё создавало ощущение, что в этом шатре несколько дней никто не жил. Только на столе лежала маленькая плетёная куколка и несколько листков бумаги. Подойдя поближе, молодой парень понял, что перед ним большое количество фотографий. Там были фотографии его семьи — матери и младших сестры и брата; Ишивари-сан в компании других стариков, играющие в шоги; дерущиеся на мечах мальчишки; он сам, скачущий верхом на гнедом жеребце; девушки, танцующие поздним вечером в свете пламени костра; молодёжь, ловившая на берегу рыбу и ещё множество других рутинных дел, которые так впечатляли его новых знакомцев. С самой верхней фотографии на него смотрели два знакомых улыбающихся и машущих в камеру лица, принадлежавших Сукеа и Минами. С улыбкой взяв снимок, Кониши развернул его в руках. На обороте оказалось написано от руки несколько строк:

«Извините, что мы ушли внезапно, никого не предупредив. Время, проведённое вместе с вами было по-настоящему ярким и необычным, но мы решили всё же вернуться домой, в свою деревню. Вы показали нам, как важно ценить то, что имеешь, и радоваться мелочам. Я обязательно докажу родителям Минами, что достоин её и, когда придёт время, мы обязательно поженимся. Мы очень благодарны вам за гостеприимство и радушие, за всё, чему вы нас научили. Боюсь, эти фотографии — единственное, чем мы можем отблагодарить вас. Кто знает, возможно, однажды мы ещё встретимся.

Сукеа и Минами».

Кониши усмехнулся, вновь глядя на смеющиеся лица новых друзей и, мысленно пожелав им счастья, покинул шатёр.