📖 Глава 1. I. Торжество солнца

— Пуб, как дела?

Дверь открывается. В кабинет, как обычно, коротко постучавшись, размашистой походкой входит Макс. Пуберт улыбается другу и в который раз недоумевает — зачем начальнику стучаться? Львов издревле прозывают повелителями зверей, о чём не раз говорит история, а уж Максу начальственный вид очень идёт — крепкое мускулистое тело, густая причёсанная грива оттенка ночи и отличный деловой костюм. Просто мечта любой львицы, внимания которых Макс, сделавший предложение своей Дарлессе, не лишён. Вот Хэл, другой — общий — друг, здоровенный медведь, обычно себя не утруждает строгим видом. И тактичностью. Ну, медведь и есть медведь, он может даже дверь вынести, придя к Пуберту! Один раз Макс устроил Хэлу головомойку — только собрался выйти из кабинета Пуберта и получил дверью по лбу. А рысь, совсем мелкую по сравнению с медведем, так можно и в больницу отправить… но кто сказал, что медведь и лев не могут быть для рыси друзьями? Это же Зверополис, город для всех.

Пуберт отставляет в сторону обед.

— Да сиди! — смеётся Макс. — Только двадцать минут перерыва прошло. Ну, выбрал?

— Нет, Макс… — выдыхает Пуберт. — Слишком много выбора, а для Йорунн хочу нечто… особенное. Она у меня любит романтику, находит её в тех местах, где я обычно отдыхал душой, докуда не доходили вездесущие глаза отца. Хочу её удивить, пусть в Зверополисе и за его пределами романтичных мест немало. Да и мне, честно говоря, надоедает сидеть на одном месте. Чем не вариант куда-то вырваться?

— На то он и выбор, чтобы его делать, — покачал гривастой головой Макс. — Вырваться можно всегда, но даже у себя дома можно создать романтику, поверь мне!

— Дарлесса оценила? — с пониманием улыбается Пуберт.

— Моё природное обаяние оценит любая! — приосанивается Макс. И смеётся: — Не бойся, она тебя не подсидит!

С минуту друзья обмениваются шутками, затем Макс подходит к столу Пуберта и открывает ноутбук. Пуберт доедает обед и пододвигается к Максу.

— Вот, смотри — такой вариант, — Макс вводит в поисковой строке «Объятия Медведя», открывает ссылку и тычет лапой в монитор. — Один из лучших отелей Островной Твердыни. Там всё есть, что душа пожелает — обеды на открытом воздухе, аттракционы, ночные карнавалы, поездки в горы, экскурсии к потухшему вулкану, прогулки по каньону. Все экскурсии организует отель, вот этот, из сети «Фэнтези Резорт», я там был в детстве не раз. Летал и в прошлом году. Кайфово там, Пуб! И скидки действуют, скоро закончатся, а момент прохлопаешь своими ушами-кисточками. Кстати, ты забыл, что твоё заявление на отпуск я уже подписал?

Пуберт оживлённо щёлкает мышкой, просматривая галерею отеля. Место великолепное, одна архитектура здания чего стоит. Одиннадцатиэтажное здание, построенное гигантской дугой, не зря называют «Объятиями Медведя». Крышу по центру венчает исполинская медвежья голова, а оба крыла отеля напоминают растопыренные лапы. Даже пристройки выполнены в виде когтистых лап, а наверху расположены смотровые площадки.

— «Символ города принимает всех туристов в свои объятия!» — цитирует Макс давнюю рекламу отеля. — Как тебе?

Пуберт смотрит на цену. В первые мгновения она заставляет его задуматься… но разве для любимой жаль средств? Любовь и забота не измеряются деньгами, а сейчас Пуберт не обделён ни тем, ни другим. А Макс подмигивает и хлопает Пуберта по спине:

— Наши отпуска совпадают, рысявчик!

Пуберт доедает остывший остаток обеда и оплачивает десять дней в отеле сразу. Номер класса люкс на двоих, система «всё включено». Его счёт даже с такими затратами не сильно пострадает, Йорунн будет в восторге.

— Ну ты расщедрился! — хихикает Макс.

— Деньги тратятся, а счастье бережётся, Макс, — без улыбки говорит Пуберт, для которого солнце счастья взошло совсем недавно.

— Как ему откажешь? — смеётся Пуберт уже дома, сидя за столом с Йорунн. — Это же Макс! Во всех красках расписывал, куда группой можно поехать. Говорит — хочет как следует оторваться, а то работа до ужаса надоела. Впрочем, я его понимаю — с Максом можно повеселиться, и помучиться.

— А если и Хэла прихватить, то половина гостей останется без завтрака, — ухмыляется Йорунн. А Пуберт грустнеет и вздыхает:

— Хэл мог бы поехать, если бы ногу не сломал. Без него скучно.

Пуберт нанизывает кусок тилапии в кляре на вилку, но не успевает поднять кусок над тарелкой, как оживает в прихожей телефон. Сначала Макс отвлёк от обеда, теперь — кто-то от ужина. Пуберт выходит в прихожую, Йорунн слышит его весёлое, перемежающееся паузами:

— Привет, калека! Как ты? Да ладно, не огорчайся. Почему недоволен? Сначала Макс отвлёк от обеда, показывал отель, куда… Да не дразню я тебя, Хэл! Знаю тебя, ты даже со сломанной ногой можешь билет заказать. Дабы тебя порадовать, буду отправлять видео и фото. О, так ты не один? А, та медведица, которую ты в травмпункт отвёз в начале месяца? Хорошо она тебя благодарит за помощь! Наконец-то, поздравляю, хоть не одну пиццу будешь есть и не только мой холодильник опустошать! Вот-вот, я только что Рун сказал, что без тебя скучно будет. Ага! Ага, да ты телепат, она то же самое сказала, ха! Передам, передам. Может, к тебе заскочим. Не скучай, пузан!

После ужина Пуберт и Йорунн смотрят галерею отеля.

— Красиво, правда? — спрашивает Пуберт, держа планшет.

— Я уже туда хочу, — закатывает глаза восторженная Йорунн. — Хочется побыть с тобой не только дома и на природе, но и за океаном. Дай-ка!

Пуберт подаёт Йорунн планшет. Закрыв вкладку с отелем, она открывает достопримечательности Островной Твердыни. Вот гора Острый Пик, заснеженная вершина которой, похожая на наконечник копья, гордо упирается в небеса; вот знаменитый водопад Плачущая Скала, возле которого расположена база отдыха; вот Провалище, огромная трещина в земле, — след давнего прошлого, когда несколько веков назад в результате землетрясения в небытие канул целый город-королевство… Глядя на зияющий среди гор неохватный зев пропасти, Пуберт даже здесь чувствует, как по спине бежит холодок. Интересно, как это место выглядит вблизи? Но холодок сменяется детским любопытством и восторгом — поскорее бы это увидеть!

Пока Йорунн с восторгом просматривает локации, которые уже в мыслях наверняка опубликовала в историях, Пуберт обнимает её за плечи и касается носом щеки. Йорунн откладывает планшет в сторону и отвечает на поцелуй возлюбленного.

— Я уже всё оплатил. Обещаю — мы побывает везде, где захочешь, — тихо говорит Пуберт. — Если… если Макс не потащит ещё дальше, в Арвиэр!

— Ой, да пусть хоть куда тащит, — отмахивается Йорунн. — Лишь бы мы были вместе.

— Будем, — тепло улыбается Пуберт и мягко прижимает голову Йорунн к груди и гладит по макушке. И бережно утыкается в неё носом.

Микроавтобус с пассажирами едет по высокому берегу океана, и Пуберт, сидя с Йорунн возле окон, первым замечает здание отеля, отсюда похожее на бесформенную кляксу. Солнце уже касается горизонта, а ведь прошло пять часов после вылета в полдень. Под мерное гудение и неторопливое движение по трассе экскурсовод рассказывает об истории Островной Твердыни. Пока Пуберт слушает вполуха, как период независимости второй раз сменяется периодом порабощения, — отель всё приближается, разрастается ввысь и вширь. Когда между микроавтобусом и отелем остаётся не больше мили, колоссальная вспышка озаряет закатное небо, а через несколько мгновений в приоткрытые окна доносятся громкие хлопки. Над «Объятиями Медведя» распускают цветы гигантские фейерверки.

— Что там происходит? — вытягивает голову Пуберт, когда ехать остаётся меньше минуты.

— То, о чём я рассказывал ещё в самолёте, — отвечает Макс. — Сегодня — день традиционного карнавала, здесь приветствуют Солнце и блещут красками всего мира. Сам праздник солнцестояния длится три дня. Корнями он уходит…

— Позвольте мне рассказывать как экскурсоводу, — вежливо просит Макса молодая львица. — Я скоро закончу. Если я что-то упущу — вы дополните, ладно?

Пуберт замечает, как Макс широко улыбается и кокетливо подмигивает львице, пользуясь случаем, что Дарлесса не смотрит на него. Но слышит и качает головой, а в глазах блещут весёлые искорки. А экскурсовод продолжает свой рассказ, Пуберт же с Йорунн, не особо обращая внимания на равномерное повествование, восхищаются буйством красок. Пуберт что-то слышит о тысячелетней традиции и о лучших производителях вин на Островной Твердыне, но его внимание занято разворачивающейся картиной.

На большой площади перед «Объятиями Медведя» толпятся, наверное, все гости — отель вмещает более тысячи гостей разных видов. На огромной территории — основной корпус для крупных зверей и аквапарк, бассейны для взрослых и детей; за аквапарком — корпуса поменьше. Это Пуберт увидел ещё тогда, когда просматривал сайт отеля. Но увидеть такое в реальности — совсем другое.

— Тот момент, когда не успел оставить вещи в номере, — подмечает Макс.

Пуберт, конечно же, думает о том, как быстро заселиться — шум вокруг стоит невообразимый. Музыка, крики, естественные звуки, издаваемые зверями, звучные хлопки от продолжающихся фейерверков. Пуберт вспоминает, что сегодня — третий день Торжества, из рассказов Макса он многое запомнил. И всё сейчас наблюдает.

Большая сцена с куполом, построенным в виде восходящего солнца. Взрыв восторженных голосов и криков, и все собравшиеся воздевают лапы и машут ими. На сцену выходит… ну, кто бы мог сомневаться, что Газелле посетит празднество? Пуберт с улыбкой смотрит на Йорунн — на песнях анималийской поп-дивы выросли оба. Только одета Газелле в традициях Торжества. Тонкие изящные рога украшены чем-то вроде короны — в виде опять же солнца. Танцоры-тигры — в белых обтягивающих одеждах, расшитых маленькими солнцами. Пуберту становится весело — обычно спутники Газелле щеголяют в одних трусах, чтобы похвалиться мускулами и мощными телами. Однако сила тигров видна даже сквозь одежду. Йорунн думает так же, а Макс просто покатывается со смеху. Дарлесса — вместе с ним.

— Кто клонировал нашу диву? — говорит он.

Пуберту не остаётся ничего, кроме как скромно улыбнуться — ведь здесь дело в традициях. Другая страна, как-никак, но среди собравшихся Пуберт различает анималийский, каррэнтианский и другие языки. Какая-то экзальтированная особа в своём отзыве назвала отель «сердцем мира, которое бьётся всегда, и там хочется жить вечно». Кто бы сомневался в том, что «Объятия Медведя» — для всех стран и континентов, слоган гласит: «Мы обнимем весь мир и каждого!»

Макс уже держит в лапе бокал со сладким белым вином, Дарлесса весело разговаривает с встреченной бывшей однокурсницей, когда толпа гостей расступается, и к подъехавшему микроавтобусу подходит владелец отеля. Пуберт даже не удивляется, что это — медведь, одетый в ослепительно белое. Здоровенный и даже какой-то картинно-прекрасный.

— Всех новоприбывших прошу подойти! — зычно возвещает владелец.

Название отеля оправдывает название — каждого прибывшего медведь награждает объятиями. Макс и его спутница, намного ниже ростом, утыкаются в широкую грудь поочерёдно, чтобы обнять двух рысей, медведь опускается на колени.

— Вы по-настоящему дома! — громко говорит он на анималийском, покончив с фирменным приветствием. Эту же фразу он повторяет, приветствуя пожилую супружескую пару из Орестии и многодетную семью из Каррэнтиана.

Из приличия Пуберт и Йорунн берут по бокалу вина. Йорунн чуть пригубливает, а Пуберт думает — угощали бы не алкоголем, а едой. Будто прочтя его мысли, появляется официант-тигр с огромным подносом, на котором лежат рыбные сэндвичи в форме солнца. Пуберт с вежливой улыбкой благодарит официанта, что выше их обоих с Йорунн, вместе взятых, и угощает любимую. Через мгновение оба жалеют, что взяли всего по два сэндвича — на языке они просто тают. В Твердыне живут не только выдающиеся виноделы и модельеры, но и кулинары.

А ещё — сюда могут наведаться друзья. Пуберт слышит восторженный крик:

— Пуб! Пуберт! Слева!

— Ух ты! — выдыхает Пуберт и оказывается в объятиях Джимса. — Ты-то откуда здесь, Джимми?

— От спорта беру перерыв, — весело отвечает Джимс. — Тот чемпионат я выиграл, почему бы не расслабиться и не предаться кайфу с друзьями? Кстати, — Джимс суёт лапу в карман, — вот тебе. Положенные магнитики, я же не знал, что ты прилетишь сюда!

Джимс всегда отвечает на телефонные звонки, но редко заходит в мессенджеры. Зная об этом, Пуберт шлёпает друга по затылку и смеётся.

— Красота же здесь, верно? — широко улыбается Джимс и замечает Макса. — Эй, Макс! Макс!

Кто-то произносит на местном языке, который Пуберту немного знаком: «Какая сильная дружба в Анималии!» Макс, уже опрокинувший в себя несколько бокалов вина, с радостным хохотом подхватывает Джимса и кружит. В этот момент прямо на макушке медвежьей головы, венчающей крышу отеля, загорается яркий свет. И Пуберт вспоминает ещё кое-что. Торжество в Островной Твердыне — местный Новый год. Конечно же, всем праздником заправляет владелец отеля. И весь персонал «вооружает» каждого посетителя миниатюрным солнцем — формой небесного фонарика для запуска. И вскоре в небо их взмывают сотни. Газелле первая отпускает фонарик. Главный символ отеля вспыхивает ещё ярче, и небо в очередной раз озаряют фейерверки… а Пуберт только сейчас замечает, насколько он устал от этого шума. Пусть и праздничного и весёлого, но — шума. Но нужно ещё кое-что сделать.

— Вам один на двоих или отдельно? — с улыбкой спрашивает Газелле, глядя на Пуберта и Йорунн поочерёдно.

— На двоих, — решительно заявляет Пуберт.

Газелле очаровательно качает головой и выводит на куске бумаги — конечно, в виде солнца — желаемое Пубертом: «Будущим супругам от Газелле». Благодаря диву, Пуберт отходит в сторону — очередь желающих получить автограф от Газелле наверняка растягивается на милю.

— Как тебе праздник Торжества? — спрашивает Пуберт, пока они поднимаются на лифте на одиннадцатый этаж.

— Прекрасно и ярко, — отвечает Йорунн. — Спасибо тебе.

— За что? — деланно удивляется Пуберт.

Вместо ответа Йорунн притягивает любимого к себе и с нежностью целует.

— Я же знаю, милый мой пушистик! — шепчет она.

Пусть знает, думает Пуберт. Йорунн всё равно это получит. Такой шаг лучше сделать в прекрасной атмосфере.

Йорунн, поцеловав Пуберта, вдруг смеётся.

— Ты чего? — удивляется он.

— Представляю, как Макс выигрывает спор с Джимсом! — говорит Йорунн. — Макс хорошо набрался — и сейчас пытается нести на лапах свою Дарлессу на десятый этаж!

Двери лифта открываются. Номер Пуберта и Йорунн — прямо напротив.

Пуберт открывает дверь и с восторгом осматривается. Опять убеждается, что реальность красивее, чем её имитация на фото. Огромное помещение с террасой, откуда открывается прекрасный вид на море и на «лапы» со смотровыми площадками. Здесь витает сладкий дух гостеприимства — всё красивое, всё белое. Вещи обоих уже доставлены персоналом.

— Девиз этого места — забыть о заботах и помнить о любимом… о любимых, — улыбается Пуберт и обнимает Йорунн.

— Времени у нас на счастье хватит, — подмигивает Йорунн и расстёгивает на Пуберте рубашку.

— Постой, Рун, — мягко останавливает её Пуберт. — Нас ждут Макс с Джимсом.

— Подождут ещё немного, — говорит Йорунн. — Иди ко мне!..

Через десять минут Пуберт поднимает с пола рубашку и остальную одежду. Потом приглаживает взъерошенный мех на голове, морде и шее. И поворачивается к Йорунн.

— Макс наверняка выиграл спор, вдруг со своей Дарлессой занят тем же? — задорно спрашивает Йорунн.

— Значит, будем ждать от него звонка, — решительно заявляет Пуберт и улыбается. — У нас есть ещё время!

Йорунн с улыбкой встаёт с кровати и подходит к Пуберту. Он обнимает её и с жаром шепчет:

— Всё время отдыха ты будешь моей и только моей!