📖 Глава 2. Моя маленькая дрянь

Густые хлопья острого снега кружат над покрытым сединой двором, заточенным в коечку многоэтажек. Я раздавил ботинком очередной стеклянный осколок, пока на перине не нашёл маленькую дрянь. Лежит средь снега, как в гнезде, сверкает побитой, грязной кожей. В длинных запутанных волосах застряли мелкие ветки, а из одежды лишь свежий вечерний ветерок. Я то сверху посмотрю, то нагнусь над ней, то ботинком в бок слегка толкну, а она без движения.

Осмотрелся, а рядом не то что людей нет, зверья не найдёшь. Даже ворона поганая не гавкнет. Лишь безмолвные глаза домов прожигают душу до корня тёплым домашним светом. Они видят всё. И мои позорные дни с единственным лучиком света, и мою бедную, затхлую, но родную далёкую квартиру, и мой стыд за всё, что когда-либо делал. Я не выдержал давления ответственности и попытался сбежать, как всегда. Да только не вышло… За спиной раздался хруст снежных костей. Стоило мне обернуться, как позади показалась эта маленькая дрянь. Сидит в снегу и смотрит на меня юношескими голубыми глазами. Ищет во мне то, чего уже давно нет. Тут и мороз подступил, обжигая моё лицо. Меня пробрало до костей, а дрянь будто даже не знает, что сидит нагая средь жуткого холода. Я скинул куртку и набросил на неё, скорее уводя в тепло пещеры.

Уже дома мог гуще рассмотреть её боль и ужас. Дрожит эта дрянь и просится в тепло. Просит жалости, но под слоем кровавой ссохшейся грязи виден свет. Будто ещё немного, и слёзы ледяным градом пойдут. Страшно было видеть её такой. Будто знал её, видел светлую улыбку и в ответ был рад жить и наблюдать её. Отвёл маленькую дрянь на кафель и усадил в ванну. Тёплая вода жгла мои холодные руки, а мыло чувствовалось, как кислота. Только я не отпрянул, вымыливал эту маленькую дрянь, вычищал её душу, как и мне следовало бы. Бухтел под нос, смывая боль и кровь с её плечей. Мне стоило её бросить, оставить, забыть. «Ей не помочь, и так скоро помрёт», — пыхтело в работе моё же предательское сознание.

Да только не вышло её бросить. Я отмыл, накормил и выходил маленькую дрянь. Так мы и оказались вместе. Сидим на диване с обточенными когтями углами пред выключенным телевизором. Она головой на моём плече, а я как в бреду бормочу молчаливой малой фигуре: «Этот мир жесток и нищ, как ни глянь…» Да только из этого потока бессвязных мыслей и переживаний вышел вопрос, что витал всё это время.

— Зовут-то тебя как?

— Любовь, — тихо ответила когда-то молчаливая дрянь.