📖 Глава 5. Изгнание

Симба не сводил глаз со Шторма. В голове снова и снова звучала одна и та же мысль:

«Он ведёт себя так, словно хозяин здесь он…»

Пока длился бой, Симба не успевал задумываться. Но теперь, когда кровь перестала шуметь в ушах, всё произошедшее складывалось в единую картину.

Шторм отдавал приказы. Командовал прайдом. Командовал самим Симбой.

И… самое страшное… Он подчинился. Пусть лишь на несколько мгновений. Пусть ради спасения жизни. Но подчинился. От этой мысли короля будто обожгло.

«А ведь именно этого он и добивался…»

Всё внезапно обрело смысл. Появление. Загадочные разговоры. Тренировки Витани. Таинственные слова о голосе, который заставит его слушать. А теперь — эта битва.

Шторм спас прайд именно так, чтобы все увидели его силу. Чтобы все увидели, кто способен вести львов за собой. Даже последние слова после победы…

«Вон с моей земли…»

Моей.

Внутри Симбы что-то окончательно оборвалось.

«Вот она… месть за Зиру.»

Сам Шторм, пошатываясь, медленно подошёл к прайду. Каждый шаг давался с огромным трудом. Белая грудь почти полностью стала бурой от крови. Глубокая косая рана на лбу продолжала кровоточить, и алая струйка стекала по морде, заливая левый глаз. На боку зияли глубокие следы когтей Саманьи. Из разорванной шкуры сочилась кровь.

Ещё утром он казался непобедимой горой. Теперь перед ними стоял смертельно уставший лев, едва державшийся на лапах. Только взгляд оставался прежним — спокойным и преданным.

Шторм хотел сесть, но силы изменили ему. Он медленно осел на землю.

— Папа!

Витани тут же бросилась к нему и начала торопливо зализывать самые тяжёлые раны. Из строя львиц отделилась ещё одна фигура. Триша. Она сделала несколько шагов вперёд, но, встретившись взглядом с Симбой, застыла на месте.

Король медленно вышел вперёд. Шторм, собрав последние силы, вновь поднялся.

— Всё кончено… — тяжело выдохнул он. — Саманья мёртв. Его отряд больше сюда не придёт. Можно возвращаться домой…

На губах Симбы появилась холодная усмешка.

— Спасибо за разрешение… король Шторм.

Шторм медленно поднял голову.

— Не шути так…

— А кто сказал, что я шучу?

Голос Симбы стал ледяным.

— Думаешь, я ничего не понял?

Шторм нахмурился.

— О чём ты?

— Не притворяйся!

Симба сделал шаг вперёд.

— Теперь я вижу весь твой план. Ты хотел, чтобы прайд увидел, кто настоящий защитник. Чтобы львицы начали смотреть на тебя. Чтобы звери признали тебя сильнейшим.

Он ткнул лапой в грудь Шторма.

— Ты командовал МОИМ прайдом. Ты отдавал приказы МОИМ львицам. Ты отдавал приказы МНЕ.

— Чтобы спасти вас!

— Не лги!

— Я не…

— Молчать!

Эхо его рыка ударилось о стены ущелья.

— Витани проговорилась Кову. Он рассказал мне всё. И мы слышали ваш разговор. Ты кого-то ждал. Ты говорил о голосе, который заставит меня слушать. А сегодня пришли они!

Шторм потрясённо смотрел на него.

— Ты… решил, что Саманья пришёл по моему зову?..

— Именно так!

— Предатель!

Витани метнулась к Кову и с размаху ударила его лапой.

— Ничтожество! У Нюки было больше чести, чем у тебя!

— Сама предательница! — оскалился Кову. — Ты первая отвернулась от семьи!

— Лучше бы Зира перегрызла тебе горло вместе с Нюкой!

— Дети… хватит…

Голос Шторма сорвался почти до шёпота. Он поднял взгляд на Симбу.

— Прошу… дай мне объяснить…

— ДОВОЛЬНО!

Симба почти рычал.

— Ты нарушил закон гостеприимства! Вмешался в дела моего прайда! Назвал эту землю своей!

Эти слова ударили сильнее когтей Саманьи. На мгновение Шторм даже перестал чувствовать боль ран. Он знал, что будет дальше. Лишь внутри медленно закипало другое чувство.

Не ярость. Нет.

Горечь. Предательство. Столько засух и ожиданий… Столько надежд… И всё это сейчас растаптывалось одним обвинением.

Симба продолжил:

— Поэтому я изгоняю тебя с моих земель. Если ты ещё хоть раз здесь появишься — умрёшь.

Он перевёл взгляд на Витани.

— Ты тоже изгоняешься за участие в заговоре против короля и своего брата. Приговор окончательный.

Шторм медленно поднялся. Каждое движение отдавалось болью. Он подошёл вплотную к Симбе. Капли крови с его лба падали прямо на лапы короля. Тихо, но твёрдо он произнёс:

— Нет. Я не уйду, пока ты меня не выслушаешь.

Симба отвернулся.

— Мне неинтересны твои оправдания.

И тогда что-то внутри Шторма окончательно оборвалось. Он одним последним усилием бросился вперёд и повалил Симбу на землю. Король, измученный боем, даже не смог сопротивляться.

Львицы мгновенно зарычали. Витани встала рядом с отцом. Шторм тяжело дышал. Кровь капала на камни.

Но голос вдруг стал неожиданно громким.

— Ты уже осудил меня! Так выслушай хотя бы! Иначе это расправа! Даже Муфаса никогда не позволил бы себе такого! Он был справедливее тебя… Гораздо справедливее.

Шторм отпустил Симбу и сделал шаг назад.

— Или хочешь ещё раз опозориться перед собственным прайдом? Докажи всем, что боишься даже моих слов.

Повисла тяжёлая тишина. Симба медленно поднялся, отряхнулся и сквозь зубы произнёс:

— Закон моего отца выше моей злости. Говори. Но после этого исчезни. Мне всё равно нечему тебе верить.

Шторм закрыл глаза. Глубоко вдохнул. Он понимал, что долго уже не простоит. Каждое слово вытекало вместе с кровью. Но теперь он уже говорил не ради оправдания. А потому что был обязан сказать правду до конца.

— А мне всё равно, веришь ты сейчас или нет! — Голос Шторма дрожал не столько от слабости, сколько от ярости и смертельной обиды. — Думаешь, я гость на этой земле? Ошибаешься. В день, когда тебя представляли на Скале, я встретился с Муфасой. Мы заключили союз. Он принял меня в прайд, а я поклялся защищать вас до конца жизни. Я обещал научить тебя быть королём — так же, как мой отец учил твоего.

— Ложь! — взревел Симба. — Ты всё это выдумал!

Шторм тяжело втянул воздух. На белую грудь одна за другой падали тёмные капли крови.

— Спроси Сараби. Она видела меня в тот день. Тогда же я познакомился с Рафики. Он знал всё с самого начала. Макс был связным между нами. Я должен был уйти, закончить своё обучение и вернуться. Но Муфаса погиб… всё изменилось. Только связь не оборвалась. Поэтому Рафики и позвал меня.

Он на мгновение прикрыл глаза, пережидая приступ слабости.

— Я понимал, что ты встретишь меня враждебно. После истории с Кову окончательно убедился: ты боишься каждого, кто сильнее тебя.

— Кову был частью замысла Зиры! — резко бросил Симба. — И я признал свою ошибку!

Шторм поднял голову.

— Дело не в этом…

Теперь его голос уже не был громким, но в наступившей тишине звучал ещё тяжелее.

— Ты осудил его за то, чего он не совершал. При всех. Не дал сказать ни слова. Сегодня ты сделал со мной то же. Только я не Кову. Мне нечего скрывать. И тебя я не боюсь.

Он перевёл дыхание. Каждая новая фраза давалась заметно тяжелее.

— А мой сын боится. Боится, что ты снова осудишь его без вины. Потому и молчит. Потому всё время ловит твой взгляд, прежде чем что-то сделать.

Шторм качнулся. Витани инстинктивно шагнула вперёд, но он едва заметно остановил её взглядом.

— Я специально не рассказал тебе всего сразу — особенно после нашего поединка. Думал, ты окажешься мудрее. Что сам захочешь узнать, кто я. Спросишь Рафики или Сараби. Хоть кого-нибудь. Но ты запретил даже говорить обо мне.

Он грустно усмехнулся.

— Тебе оказалось проще запретить правду, чем услышать её.

Он с трудом выпрямился. Казалось, это последнее усилие стоило ему почти всей оставшейся жизни.

— Я ошибся в тебе, Симба.

Эти слова прозвучали неожиданно спокойно.

— Переоценил тебя. И себя. Ждал. Терпел. Не давил. Хотел, чтобы ты пришёл сам. Но что бы я ни делал, ты всё обращал против меня.

Шторм закашлялся. Вместе с кашлем на камни брызнула кровь.

— Мы спасли тебя, — продолжил он после паузы. — А ты обвинил нас в сговоре с тем, кого я только что убил.

Он опустил голову, затем снова заставил себя посмотреть Симбе прямо в глаза.

— Если бы я хотел мести, ты был бы мёртв уже давно.

Голос начал срываться.

— Но твой страх оказался сильнее разума.

Он сделал ещё шаг вперёд. Лапы дрожали.

— Ты предал меня…

Пауза.

— Витани…

Ещё один вдох.

— Собственного отца…

Его дыхание стало тяжёлым и хриплым.

— И разрушил то, что создавалось до тебя — и ради тебя.

Шторм долго молчал. Казалось, он уже не сможет произнести больше ни слова. Когда он вновь заговорил, голос был почти шёпотом.

— Всё…

Он тяжело сглотнул.

— Мы уходим.

Ещё вдох.

— Здесь нам больше нет места.

Он развернулся. Первый шаг дался с огромным трудом. Затем второй. Сомкнутые ряды львиц медленно расступились. Никто не осмелился преградить ему дорогу.

— Только попробуй войти в мою землю… — бросил вслед Симба.

Шторм остановился, но не обернулся. Несколько мгновений он просто стоял, пытаясь перевести дыхание.

— Даже сейчас… раненый… я всё ещё так страшен для тебя?

Он медленно повернул голову.

— Делай что хочешь.

Тихий вдох.

— Но домой я всё равно пойду.

Больше он ничего не сказал. Закусив губу, чтобы не застонать от боли, Шторм медленно двинулся вперёд. Витани шла рядом, поддерживая его плечом. Позади них на камнях тянулась длинная кровавая полоса.

И вдруг одна из львиц сорвалась с места и побежала вслед за изгнанниками.

Когда они выбрались из ущелья, всё, что ещё удерживало Шторма на лапах, окончательно иссякло. Он сделал ещё несколько неуверенных шагов, качнулся и тяжело осел возле большого валуна. Прислонившись к нему боком, лев с трудом поднял голову.

— Витани… — прохрипел он. — Не… дойду…

Каждый вдох отзывался хрипом.

— Позови… Рафики… Я… здесь…

— Папа! — Витани бросилась к нему.

Шторм медленно покачал головой.

— Иди… за… Рафики…

Глаза его начали мутнеть. И в этот миг кусты рядом дрогнули. Из них стремительно выскочила Триша и, не колеблясь ни мгновения, подбежала к раненому льву.

— Я останусь с ним! — быстро сказала она. — Беги за Рафики! Скорее!

Витани мгновенно оскалилась.

— Ты?! Тебя Симба послал?!

— Нет! — резко ответила Триша, уже подставляя плечо под сползающего Шторма. — Я сама ушла.

Она с усилием удержала его, не дав рухнуть на землю.

— Сейчас не время выяснять отношения. Он не дойдёт. Без Рафики он умрёт. Я доставлю его домой. Беги!

Витани недоверчиво смотрела ей прямо в глаза.

— Откуда ты знаешь, где папа живёт?

На лице Триши мелькнула боль.

— Потом… Всё потом. Сейчас спасай его.

Она глубоко вдохнула и наклонилась к Шторму.

— Шторм… Обопрись на меня. Постарайся держаться.

В ответ донёсся едва различимый шёпот:

— Помоги…

Это слово словно ударило её сильнее любого когтя.

— Помогу, — тихо ответила Триша. — Клянусь, помогу.

— Если ты… — голос Витани сорвался, — если ты задумала хоть что-нибудь…

— Тогда убьёшь меня, — спокойно закончила Триша. — Но сначала дай спасти его...

Шторм окончательно обмяк. Голова бессильно повисла, и он уже не мог удерживаться даже на её плече. Триша попробовала поднять его одна, но почти сразу поняла, что не справится.

— Нет… Так не получится.

Она быстро посмотрела на Витани.

— Помоги. Подтяни его выше… ближе к моей шее. Передние лапы положи мне на плечи.

Витани, всхлипывая, подчинилась. Осторожно подтолкнула огромное тело вперёд, расправила передние лапы Шторма вдоль плеч Триши и придержала его голову, чтобы она не свисала.

Триша медленно выпрямилась. Тяжесть едва не придавила её к земле. Она покачнулась, но устояла. Потом крепче стиснула зубами запястье Шторма, чтобы удерживать его переднюю лапу, глубоко вдохнула и сделала первый шаг.

За ним второй.

Массивные задние лапы Шторма тяжело волочились по земле, оставляя в пыли две длинные борозды, смешанные с кровавым следом.

Убедившись, что Триша действительно направилась к их пещере, Витани ещё мгновение смотрела ей вслед. Потом резко развернулась и со всех лап помчалась к дереву Рафики, молясь лишь об одном — чтобы шаман оказался дома и успел вовремя.

Шаман как раз заканчивал готовить целебные мази. Завидев Витани, он радостно спустился ей навстречу.

— Здравствуй, Витани! Саванна уже полнится рассказами о победе Шторма. Я как раз закончил…

Он осёкся. Львица бежала из последних сил. Грудь тяжело вздымалась, а по щекам текли слёзы.

— Рафики… — выдохнула она. — Папа… папа умирает…

Мандрил мгновенно стал серьёзным.

— Что случилось?

— Его очень тяжело ранили… Триша донесла его до нашей пещеры… Пожалуйста… спаси его…

— Разве он не с Симбой? — нахмурился шаман.

Витани опустила голову.

— Нет…

Голос её дрогнул.

— Нас… изгнали.

Рафики замер. Несколько долгих мгновений он молчал, словно не веря услышанному.

— Изгнали?..

В следующий миг он уже взлетел по стволу дерева. Через несколько мгновений снова оказался рядом с Витани, держа в лапах охапку лекарственных трав.

— Возьми.

Он вложил их ей в пасть, затем привычно забрался ей на спину.

— Быстрее.

Когда они достигли подножия скалы, перед ними открылась тяжёлая картина. Триша, согнувшись под непосильной тяжестью, медленно ползла вверх по склону. Почти всё её тело было перепачкано кровью Шторма.

— Триша! — вскрикнула Витани. — Я помогу!

— Не надо… — тяжело выдохнула львица, даже не оборачиваясь. — Если отпущу… он упадёт…

Она продолжала медленно взбираться вверх. Каждый шаг давался ей с огромным трудом. Добравшись до площадки перед пещерой, Триша осторожно опустила Шторма возле входа и лишь после этого сама бессильно легла рядом. Её собственная спина была сбита в кровь тяжёлым телом огромного льва. Но она словно не замечала боли.

Рафики сразу приступил к делу.

Он быстро осмотрел глубокие раны, осторожно очистил их, смазал мазью, затем приложил свежие листья папоротника сначала к животу, потом ко лбу Шторма и закрепил их новой порцией лечебной смеси. Работал молча. Очень долго.

Наконец Витани не выдержала:

— Он… выживет?

Рафики посмотрел на неподвижного льва.

— Думаю… да.

Он вздохнул.

— Но крови потеряно много. Теперь всё зависит от его сил… и от времени. Будем молиться.

Повисла тишина. Первой её нарушила Витани.

— А у Симбы почти никто серьёзно не пострадал…

Она зло усмехнулась.

— Только несколько царапин… да один родственничек, который оказался полным…

Она оборвала себя. Рафики покачал головой.

— Не говори так о брате.

— А ему можно так поступать с отцом?!

В голосе Витани вновь зазвенели слёзы.

— Они сейчас, наверное, празднуют победу… Все живы… все дома…

Она посмотрела на неподвижного Шторма.

— А мой папа…

Голос сорвался. Витани прижалась мордой к его лапе и заплакала. Рафики молча положил ладонь ей на плечо. Когда рыдания немного стихли, львица подняла голову.

— Пожалуйста…

Она посмотрела прямо на шамана.

— Не уходи сегодня. Если ночью станет хуже… я одна не справлюсь.

Рафики кивнул.

— Не уйду.

— Спасибо…

Витани перевела взгляд на Тришу.

— А ты… Ты можешь возвращаться. Спасибо тебе. Сегодня… только ты одна не бросила нас.

Триша медленно подняла голову.

— Нет.

— Что?

— Я останусь.

— Но… Мы ведь изгнаны.

— Знаю.

— Тогда зачем?

Триша долго молчала.

— Потом объясню. Когда он проснётся.

— Ты уверена?

— Да.

Она посмотрела на неподвижного Шторма.

— Пока он не откроет глаза… я никуда не уйду.

Затем спокойно добавила:

— Давайте дежурить по очереди. Кто-нибудь должен быть рядом постоянно и не спать. Я начну первой. Потом разбужу тебя, Витани. Рафики, оставайся тоже. Эта ночь будет тяжёлой.

Шаман кивнул.

— Останусь. Мне ещё нужно приготовить новую мазь. Старой может не хватить.

— Ты точно не уйдёшь к Симбе? — тихо спросила Витани, устраиваясь у входа в пещеру.

Он посмотрел на лежащего Шторма.

— Сейчас я нужнее здесь. Даже если завтра и сам стану изгнанником.

— Не станешь… — сонно прошептала Витани.

Усталость наконец победила её. Через несколько мгновений Витани уже спала. Рафики тихо растирал в каменной чаше новые травы.

Триша дождалась, пока никто не смотрел на неё. Медленно подошла к Шторму. Осторожно легла рядом, боясь причинить ему хоть малейшую боль. Очень бережно положила голову ему на шею и долго вслушивалась в слабое, неровное дыхание.

Оно было. Значит, он ещё жил.

Триша закрыла глаза. Потом едва заметно коснулась губами его гривы и прошептала так тихо, что даже Рафики не смог бы расслышать:

— Любимый…

Она помолчала, чувствуя, как на глаза вновь наворачиваются слёзы.

— Только… пожалуйста… живи. Всё остальное я смогу вынести. Только живи…