📖 Глава 15. 25. Сон о хорошо знакомом месте (Shadow Fight 2)

Фандом: Shadow Fight 2

Рейтинг: PG-13

Направленность: джен

Персонажи: Тень, Вдова

Метки: fix-it, АУ, мистика

Примечания: Пятый акт игры гордо именуется «Величайшим искушением», и в нем Вдова вовсю пытается соблазнить главного героя (Тень). Однако он, оставив побежденную Вдову, уходит в следующую провинцию. И получается нелогично — ведь если Тень в романтическом плане до поры до времени совершенно безразличен, то какое же это искушение?

Но в самом начале игры говорится, что Тень был великим воином, который искал настоящей битвы и достойного противника (и именно поэтому открыл Врата Теней). А что если искушение состояло как раз в том, что Вдова была готова дать ему и то, и другое?

P.S. А еще в седьмом акте, когда Титан по сюжету показывает Тени его двойников, в определенный момент свернувших с пути, двойников этих только пять — по одному за каждый акт, кроме пятого.

* * *

Раньше Тень был уверен, что давно уже потерял способность ощущать холод. Но первый же подъем сюда, в горы, доказал ему обратное.

Ледяной ветер жжет не прикрытые доспехом участки кожи. Сабли в ножнах, в начале подъема почти ничего не весившие, оттягивают плечи. Мороз проникает внутрь с каждым вздохом и все прочнее обосновывается где-то в груди. От необъятного горного простора кружится голова. Куда ни посмотри, нигде нет ничего, кроме снега, камня и пронизывающего холода.

Уже один путь по горам к жилищу Вдовы — тяжелое испытание. Пока он нашел короткую дорогу, успел несколько раз пожалеть, что вообще взялся ее искать.

Слежавшийся снег почти не скрипит под босыми ногами, но беззвучно подойти к фигуре в красном, замершей на пороге промороженного дома, все равно не удается. Еще один шаг — и Тень чувствует на себе внимательный взгляд.

Вдова терпеливо ждет его. Ровно на том же месте, что и три дня назад, будто и не уходила. Стоит, полуприкрыв лицо веером, бумажным только на первый, невнимательный взгляд, и совершенно не обращает внимания на жгучий холод.

Ничего не поменялось. Все то же красное шелковое платье, все те же смертоносные боевые веера в руках, все те же тонкие губы, изогнутые в чарующей полуулыбке. Все те же глаза, полностью белые, без зрачка, без радужки, как у всех демонов. И как у него.

Они не произносят ни слова. Вдова дает ему ровно столько времени, чтобы подготовиться — снять плащ и опустевшие ножны, положить их на каменный выступ и взяться за парные сабли — после чего кроваво-красным мазком срывается с места, утягивая в боевой танец.

Она — воплощенный хаос, непредсказуемость. Тень не может точно сказать, в какой момент закончится бой, в какой момент неуловимо быстрым движением она окажется рядом и приставит острый край веера к горлу, вынуждая остановиться.

А пока они кружатся по утоптанному снегу, ни на секунду не теряя друг друга из виду, и холод из тела уходит, вытесненный азартом.

Выпад с саблей в вытянутой руке и с падением на одно колено. Медленное, наигранное как будто, а на деле донельзя стремительное уклонение Вдовы. Свист веера, брошенного умелой рукой, перекат по снегу. Разворот-пируэт с раскинутыми руками, болевой захват. И все та же опьяняющая едва ли не сильнее битвы, сводящая с ума улыбка.

Он уже давно потерял счет своим поражениям. Но с каждым следующим все четче понимает: Вдова — та единственная, кто способен дать ему азарт настоящей битвы. Она — по-настоящему достойный противник, тот самый, которого он много лет назад искал за Вратами.

Взмах обоими веерами сразу, знакомое зеленоватое сияние. Чужое дыхание за спиной, режущее давление на уязвимый участок шеи. Надави она чуть сильнее — и рассечет ему сонную артерию. Неприятная даже с учетом его бессмертия травма.

— Сдаешься? — и даже теперь Вдова не перестает загадочно улыбаться.

— Сдаюсь, — почти беззвучный выдох.

— Приходи снова, когда будешь готов, — и отворачивается.

«Приду».

Раз от раза происходящее все больше напоминает сон или непозволительно затянувшееся наваждение. Но даже если все это — сон, Тень не хочет просыпаться.