📖 Глава 4. 8. Сон о месте, куда вряд ли захотелось бы вернуться (Кастрианские истории, Приключения Алисы)

Фандомы: Кастрианские истории, Приключения Алисы

Рейтинг: PG-13

Направленность: джен

Персонажи: mirror!Райан, Райан, Вур, фоном mirror!Всеволод Буран и mirror!Ким Янсон

Метки: mirror!verse, АУ, антиутопия, ОМП, постапокалиптика, смерть основных персонажей, фантастика

Примечания: Еще один кусочек миррорверса в Булычевских реалиях. Имеются отсылки на фик «Подарок».

Райан медленно-медленно выпускает штурвал из судорожно стиснутых пальцев. Так медленно и осторожно, словно каждая косточка превратилась в тончайшее стекло, готовое рассыпаться от неосторожного вздоха. Касается приборной панели, выводя на экран отчет о состоянии корабля. С точки зрения бортового компьютера оно более чем приемлемое, после жесткой посадки пострадали только амортизаторы в тяжелой центральной части корабля, носовые и кормовые уцелели. И маскировочная система не выдержала — теперь придется искать другой способ проскочить мимо Имперского флагмана на орбите и не быть сбитым.

Он бросает взгляд на полученные по составу атмосферы данные. Ничтожно малое количество кислорода, водяной пар, азот, самые разнообразные продукты горения — терраформация сделала Кастрию непригодной для жизни на ближайшие несколько сотен лет. Нелогично, нерационально, но очень по-имперски показательно. Весьма красноречивые последствия отказа идти на контакт.

С Нулевого контакта прошло уже около тысячи восьмисот циклов(1), а цедианцы ничуть не изменились.

Райан отстегивает фиксирующие ремни и рывком вскакивает на ноги, едва ли отдавая себе отчет в том, что делает. Шагает в заднюю часть корабля, к шлюзу, снимает с магнитных креплений потрепанный после недавнего инцидента на Гамме-14 скафандр.

Снаружи всего около пятисот градусов(2), это он должен выдержать.

…За бортом его встречает сбивающий с ног ветер, вздымающий с земли облака пыли и пепла. Видимость близится к нулевой, и разглядеть хоть что-то можно только в моменты затишья. Свет Саара почти не пробивается сквозь низко нависшие темные тучи.

На спекшейся земле что-то блестит. Райан сощуривается, приседает, смахивает перчаткой скафандра пепел с потерянной кем-то драгоценности… драгоценности ли? Под ладонью оказывается саара — крохотная, неподвижная, спрятавшаяся в кокон собственных крыльев. Странное существо, одно из тех, что способно летать в космосе, пережить вспышку Саара и перетерпеть ад, разверзшийся на планете совсем недавно…

Мучительно медленно, словно преодолевая чудовищное сопротивление вязкой среды, кастрианец кладет закаменевшее тельце обратно на землю, выпрямляется, отряхивая с перчаток пепел, оглядывается через плечо и замирает, «увидев» за бугром две гуманоидные фигуры.

Инстинкты срабатывают быстрее логики — пригнувшись, он бросается под защиту ближайшего крупного валуна. Ветер тут же жадно слизывает его следы с запыленной земли.

Райан ни на миг не сомневается, что биосигналы — терранские. Быстро выглядывает из-за валуна и находит этому еще одно подтверждение: ярко-оранжевые скафандры двух нежданных гостей — определенно Имперского образца. Такие он узнает где угодно, особенно после событий нескольких последних недель. И появление этих двоих — а ведь они наверняка не одни, двое разумных физически не справятся с тем, чтобы проверить на наличие выживших всю Кастрию — здесь, на планете уже-не-М-класса, может значить только одно — вторичную зачистку, добивание тех, кто зачем-то, как он, вернулся или же чудом пережил пекло терраформации.

А ему не повезло посадить корабль на зачищаемый в данный конкретный момент участок.

Отчаянно хочется сбежать прочь, в космос, туда, где не достанут эти двое и Терранская Империя в целом. Подальше от ее цепких когтей и от того, во что превратилась его родная планета… на которую он уже никогда не вернется. Не сможет заставить себя вернуться.

А потом страх уходит, и его место занимает отчетливая холодная злость, такая, что, кроме нее, ничего не остается. Губы искажает хищная усмешка, рука сама тянется к ножу, по чудовищному наитию прихваченному с корабля.

Будто заранее знал, что оружие понадобится и что в некоторый момент добыча и охотник поменяются местами.

Он опускает тяжелый и громоздкий трикодер в пыль рядом с собой, прикрывает глаза, «всматриваясь» в окружающее пространство уже внимательнее. За камнем «светятся» два мощных биополя терранцев и множество мерцающих точек, хаотично рассыпанных по земле — саары, такие же, как та, которую он нашел.

В дыму, пыли и пепле не разглядеть котловину Озера Саар, в которой теперь нет ни капли воды, но это и не нужно. Он машинально поглаживает пальцами нож, однако ощущает только гладкое внутреннее покрытие перчатки. Перехватывает оружие поудобнее, насколько это возможно — в швы и крохотные складки перчаток набился пепел, сделав их очень скользкими — и все с той же улыбкой-оскалом дикого зверя поднимается на ноги, чувствуя, как по крови растекается знакомый холод, который теперь если и уйдет, то только вместе со всеми силами.

Нападать снизу, а не сверху — не самый лучший выход, учитывая то, что в скафандре он не может взлететь, но он не намерен тратить время на то, чтобы взобраться на скалы.

Он подбирается к имперцам короткими перебежками, прячась в сумраке и в пыли, замирает на мгновение, собираясь с силами, и бросается наперерез. Успевает еще заметить, как у них изумленно расширяются глаза и как тот, что пониже, вскидывает лучевое оружие — и позволяет ножу практически самому сорваться с ладони в нужном направлении, зная, что не промахнется.

Результат своих действий Райану не видно — он врезается в высокого терранца, со всей силы хватает его за предплечье и на остатках инерции увлекает к обрывистому берегу, песок на котором сплавился в острые стекла и стеклышки, могущие прорезать даже ткань скафандра…

Терранец вырывается из захвата с неожиданной силой. Райан, отпустив его, отпрыгивает назад, уходя от удара. Теперь между ними лежит тот, второй, с торчащим из шлема ножом.

Память совершенно не вовремя подкидывает прочностные характеристики остекления шлема, которое не пробить и огнестрельным оружием…

Времени на ненужные действия нет, и все же с языка срывается причудливой смесью космолингвы и родного кастрианского:

— Скончайся в Saar'ana(3), тварь!

И, уже видя, как терранец точно таким же жестом, как ранее его напарник, вскидывает лучевое оружие, Райан прыгает на него, рассчитывая сбросить в котловину озера. Но случается совершенно невозможное — лежащий, который должен быть уже мертв, вдруг вскидывается, и кастрианец самым глупым образом спотыкается об его плечо.

Дальше все видится как в замедленной съемке — неровный, неудачный «полет» уже не совсем в нужную сторону, удар о хрупкий край обрыва, треск, вспышка…

Хруста ломающегося под его весом стекла на дне озера Райан уже не слышит.

***

— Райанкиртан? Все в порядке?

Райан вздрагивает всем телом, просыпаясь. Невесомость, от которой он успел поотвыкнуть, вновь напоминает о себе, и он рефлекторно пытается расправить крылья, чтобы прекратить «свободное падение». Перья сминаются под натянувшимися ременными фиксаторами, и только тогда до кастрианца наконец доходит, кто он и где он.

— Да… да, все нормально. Это мне та злополучная спасательная миссия отзывается, — улыбка выходит натянутой, если не сказать кривой.

Вур отзеркаливает его неровный мимический жест, кладет на плечо в жесте поддержки крыло — вернувшись на борт корабля, он так и не надел фиксаторы. Он ничего не говорит, но Райану как наяву слышится незаданный вопрос — «Что, и тебе тоже?»

Примечания:

(1) Цикл — время, за которое Кастрия совершает один оборот вокруг своей звезды. Один цикл приблизительно равен десяти земным дням. Тысяча восемьсот циклов — примерно пятьдесят земных лет.

(2) По Кельвину. Примерно +223 по Цельсию.

(3) Озеро Саар (кастрианский).