📖 Глава 24. Глава 24

Пустяковое дело для падших ангелов в городе Куо обернулась сущим кошмаром. Планы, вынашиваемые с холодной расчётливостью, разбились вдребезги о непреодолимую силу, явившуюся из ниоткуда. Боль, унижение и леденящий душу страх – вот что стало их уделом вместо триумфа. Тьма, их привычная стихия, теперь казалась враждебной, скрывая в своих тенях образ того, кто посмел бросить вызов их порядку.

Рейналь летела, превозмогая адскую боль. Каждый взмах уцелевшего крыла отдавался мучительным эхом в сломанной кости другого. Мир расплывался перед глазами от слёз – слёз ярости, унижения и паники. Этот… ублюдок… он посмел! Он посмел коснуться её, Рейналь, одной из избранных, служительницы Кокабиэля! Он сломал её крыло так же легко, как ломают сухую ветку!

«Монстр… Чудовище…» — стучало в её висках. Его сила была неестественной, неправильной. Она не подчинялась законам этого мира. Святая энергия, их главное оружие против демонов, просто… испарилась при контакте с ним. Его кулаки несли в себе мощь, способную дробить камень и кости с одинаковой лёгкостью. А его глаза… эти холодные, фиолетовые глаза, в которых не было ни капли страха, ни сомнения, лишь странное презрение… Они преследовали её даже сейчас, в тёмном небе.

Он отпустил её. Просто отпустил, как надоевшую игрушку. Сказал ползти к Кокабиэлю. Это было унизительнее любого удара. Он не счёл её достойной даже того, чтобы убить. Просто сломал и выбросил.

«Кокабиэль… О, Великий Кокабиэль… что он скажет?» Мысль о докладе своему повелителю вызвала новый приступ тошнотворного страха, перекрывающего даже физическую боль. Провал. Полный провал. Ничтожный демон-носитель Красного Дракона жив. Монашка с Сумеречным исцелением упущена. А сама она, Рейналь, изувечена и опозорена неизвестным чудовищем. Кокабиэль не прощает неудач. Он ценит лишь силу и результат. А она не принесла ни того, ни другого.

С трудом ориентируясь, она летела к условленному месту сбора – заброшенному складу на окраине, где они оборудовали временное убежище. Нужно было найти остальных. Доннасика, Миттельта… Калаварнер… Что с ними? Неужели он добрался и до них?

...

Калаварнер сидела на пыльном ящике, морщась от боли в рёбрах. Этот светловолосый ублюдок ударил её всего раз, но удар был такой силы, что она до сих пор чувствовала, как трещат кости при каждом вдохе. Она видела, как он расправился с Доннасиком и Миттельтом у церкви – легко, играючи, словно давил насекомых. Она успела убраться оттуда, пока он был занят монашкой, но страх ледяными тисками сжимал сердце.

Кто он такой? Не демон, не ангел и точно не человек… Его сила была абсурдной, невозможной. Он просто игнорировал их святую энергию, их главное преимущество. Он двигался с нечеловеческой скоростью, бил с разрушительной мощью. И при этом… казался скучающим. Словно вся эта битва была для него лишь досадной помехой.

Дверь склада со скрипом отворилась, и в проёме появилась Рейналь. Калаварнер вздрогнула, увидев её состояние. Одно крыло безвольно висело, покрытое запёкшейся кровью, лицо было бледным, искажённым болью и ужасом.

— Рейналь! Что с тобой?! — Калаварнер вскочила, забыв о собственных рёбрах.

Рейналь рухнула на ближайший ящик, тяжело дыша.

— Он… этот монстр… он сломал мне крыло… — прошептала она, её голос дрожал.

— Тот светловолосый? — уточнила Калаварнер, холодея. — Он добрался и до тебя?

Рейналь кивнула, с ненавистью глядя в пустоту.

— Он появился из ниоткуда… Защитил эту чёртову монашку… Раскидал Доннасика и Миттельта, как щенков… А потом… он просто… сломал меня…

Она замолчала, сотрясаясь от беззвучных рыданий. Калаварнер подошла ближе, положила руку ей на плечо. Она понимала её ужас. Она сама испытала его.

— Где остальные? — спросила Калаварнер, оглядывая пустой склад. — Доннасик? Миттельт?

— Один без сознания валялся у церкви, — прохрипела Рейналь. — Другого он… он просто швырнул в сторону, как мусор… Может, живы… а может, нет… Этот ублюдок… он даже не убивал их всерьёз… Он играл с нами!

Из тёмного угла склада раздался стон. Это был Доннасик. Он сидел, привалившись к стене, держась за голову. Похоже, пришёл в себя и кое-как добрался сюда. Вид у него был не лучше, чем у Рейналь – лицо в синяках, одежда порвана.

— Я… я видел всё… — пробормотал он слабым голосом. — Эта сила… она не от мира сего… Он… он просто смеялся над нами…

Трое падших ангелов. Трое элитных воинов, посланных на важное задание. И все трое – сломлены, унижены, напуганы до смерти одним-единственным противником, чья природа оставалась для них загадкой.

— Мы… мы должны доложить Лорду Кокабиэлю, — с трудом выговорила Рейналь, пытаясь взять себя в руки. Страх перед повелителем был сильнее боли и унижения.

Калаварнер кивнула, доставая из складок одежды небольшой кристалл связи. Он тускло засветился в её руке.

— Давай… пока он не передумал и не пришёл сюда добить нас…

Кристалл завибрировал, и над ним возникло туманное изображение. Лицо Кокабиэля. Резкие, хищные черты, глаза, горящие холодным огнём фанатизма и презрения. Даже сквозь магическую связь его аура давила, заставляя падших съёживаться.

— Докладывайте, — голос Кокабиэля был лишён эмоций, но в этой бесстрастности таилась угроза страшнее любого крика.

Рейналь сглотнула, пытаясь унять дрожь в голосе.

— Лорд Кокабиэль… Задание… провалено…

На лице Кокабиэля не дрогнул ни один мускул. Но воздух вокруг кристалла, казалось, похолодел на несколько градусов.

— Провалено? — повторил он тихо. — Объяснитесь. И лучше вам иметь веские причины для своей некомпетентности.

Заикаясь, перебивая друг друга, Рейналь и Калаварнер рассказали всё. О том, как демон-носитель Усиливающего механизма оказался под защитой монашки с Сумеречное исцеление. О том, как они почти схватили её, но появился он. Светловолосый монстр с фиолетовыми глазами. Невероятно сильный, невероятно быстрый. Тот, кто играючи раскидал их, сломал крыло Рейналь, проигнорировал святую силу. Тот, кто знал имя Кокабиэля и передавал ему «привет». Тот, кто отпустил их, словно ненужный мусор.

— Он… он не человек, Лорд, — закончила Рейналь, её голос срывался. — И не демон… Не ангел… Его сила… она неправильная… Она просто… сокрушает всё…

Кокабиэль слушал молча, его глаза были прищурены. Когда они закончили, он несколько секунд молчал, и это молчание было страшнее любого гнева.

— Значит, — наконец произнёс он, и в его голосе зазвучал лёд, — вы, трое моих лучших воинов, не смогли справиться с одним демоном-новичком и одной монашкой? И были разбиты каким-то неизвестным выскочкой?

— Лорд, он… он был невероятно силён! — взмолилась Калаварнер. — Мы ничего не могли сделать! Наша святая сила была бесполезна!

— Бесполезна? — Кокабиэль усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. — Или это вы бесполезны? Вы упустили Красного Дракона. Вы упустили Сумеречное исцеление, который теперь, несомненно, попадёт в руки этой девчонки Гремори! И вы позволили какому-то неизвестному отродью унизить вас и передать мне привет?

Его голос повысился, зазвенел от ярости.

— Вы – позор! Позор для Григори! Позор для меня! Ваша слабость отвратительна!

Рейналь, Калаварнер и Доннасик сжались под его гневом, не смея поднять глаз. Они знали, что их ждёт.

— Этот светловолосый… — Кокабиэль снова понизил голос, в нём зазвучало задумчивое любопытство. — Сила, игнорирующая святую энергию… Физическая мощь, ломающая кости падших ангелов… Интересно… Очень интересно… Возможно, это новый игрок на доске. Или старый, о котором мы забыли. Это требует изучения.

Он снова посмотрел на троицу с презрением.

— Но ваше фиаско это не оправдывает. Вы провалили ключевую часть моего плана. Риас Гремори получила и носителя Усиливающего механизма, и Сумеречное исцеление. Это значительно усложняет мои дальнейшие действия.

— Лорд, мы… мы искупим… — начала было Рейналь.

— Молчать! — рявкнул Кокабиэль. — Ваше время искупления прошло. Вы бесполезны. Возвращайтесь на базу. Немедленно. Вас ждёт… дисциплинарное взыскание. И молитесь, чтобы я был в хорошем настроении, когда вы предстанете передо мной. Хотя, глядя на вас, в это верится с трудом.

Изображение Кокабиэля исчезло, кристалл погас.

Трое падших остались сидеть в гнетущей тишине заброшенного склада. Воздух был тяжёлым от страха и отчаяния. «Дисциплинарное взыскание» от Кокабиэля – это могло означать что угодно: от жестоких пыток до медленной, мучительной смерти.

Рейналь закрыла лицо руками. Сломанное крыло пульсировало болью, но боль душевная была сильнее. Её гордость была растоптана. Её будущее – туманно и страшно. И всё из-за одного светловолосого монстра, который появился из ниоткуда и разрушил всё.

Калаварнер дрожала, обхватив себя руками. Образ Джина, его холодные глаза, его нечеловеческая сила – всё это стояло перед её внутренним взором. Она поняла, что столкнулась с чем-то, что выходит за рамки их понимания мира. И это пугало её до глубины души.

Доннасик просто сидел, уставившись в стену невидящим взглядом. Он был сломлен. Не столько физически, сколько морально.

Их миссия провалилась. Их гордость растоптана. Их повелитель в ярости. А где-то там, в ночном городе, ходил тот, кто стал причиной их падения. Тот, чьё имя они даже не знали наверняка. Изаёя. Загадка. Угроза. И, возможно, предвестник чего-то гораздо худшего, чем война, которую так жаждал Кокабиэль. Ночь для падших ангелов только начиналась. И она обещала быть долгой и полной ужаса.