Кейго рассказал мне о кастах за два дня до отплытия.

Мы сидели в той самой библиотеке, где я очнулась после пожара. Камин догорал, тени плясали по корешкам книг, а старик говорил тихо, будто боялся, что стены услышат.

— Твой отец не хотел для тебя этой жизни, — сказал он. — Но выбор сделан за нас. Ты — последняя из рода Янг. Истинная. Это значит, что кастовые способности у тебя в крови, а не просыпаются после инициации, как у большинства.

— Какие способности?

— У каждой касты — свои. Волки — скорость, слух, выносливость. Медведи — сила, холодоустойчивость, защита. Лисы — ум, память, языки. Коты — скрытность, гибкость, интуиция. — Он помолчал. — Но истинные могут больше. Иногда — намного больше. Твоя прабабка Оливия чувствовала ложь за километр. Её никто не мог обмануть.

Старик усмехнулся. Я сжала кружку с остывшим чаем.

— А я?

— Мы узнаем, когда ты пройдёшь обучение. Если согласишься.

— У меня есть выбор?

Кейго посмотрел на меня долгим, усталым взглядом.

— Ты всегда можешь отказаться. Вернуться в город. Жить обычной жизнью. Но Хантеры, Шайен… они не спрашивают. Если они узнают, что ты жива — а они узнают — они придут. И тогда ни я, ни Джастин, никто не сможет тебя защитить.

Я вспомнила дым. Горячий воздух в лёгких. Фигуры в чёрном.

— Я поеду.

Кейго кивнул, будто ждал этого ответа.

— Тогда слушай дальше.

Корабль шёл к Нонфису почти сутки.

Я стояла на палубе, вцепившись в поручни, и смотрела, как берег тает в утренней дымке. Хелена вышла ко мне через час — молча встала рядом, тоже глядя на воду.

— Боишься? — спросила она.

— Нет. — Я помолчала. — А ты?

— Да. — Она улыбнулась краешком губ. — Но это хороший страх. Такой, когда знаешь — дальше будет что-то важное.

Я не ответила. Потому что не была в этом уверена.

Нас встретили на пирсе.

Парень на вид немного старше меня, в серой ветровке и берцах, стоял у самого края, заложив руки за спину. Короткие пшеничные волосы, голубые глаза, оливковая кожа — он походил на человека, который видел слишком много для своего возраста, чтобы удивляться чему-то ещё.

— Аррон Лейд, — представился он, когда мы сошли на берег. — Ваш наставник. На ближайшие несколько лет этот остров станет вашим домом.

— Насколько ближайшие? — спросила Хелена.

— Пока Совет не решит, что вы готовы.

Он не улыбнулся. Но и не выглядел злым — скорее уставшим.

— Идёмте. Познакомлю вас с остальными.

Дом, где жила стая Аррона, стоял в низине, у самого леса. Двухэтажный, из тёсаного камня, с широкими окнами и крыльцом, на котором кто-то забыл пару кроссовок.

Внутри пахло деревом, кофе и старыми книгами.

В гостиной нас уже ждали двое.

— Ран Галлахер, — Аррон кивнул на парня, сидевшего в кресле у окна.

Тот поднялся. Светлые, почти белые волосы, мягкие черты лица, взгляд — внимательный, ни на секунду не расслабленный. Он не выглядел опасным. Скорее — как человек, который слишком долго молчал.

— Привет, — сказал он тихо и снова сел.

— Каллен Рид.

Второй подошёл сам. Блондин, с нахальной ухмылкой и янтарными глазами, которые смотрели на меня так, будто он уже всё про меня понял и нашёл забавной.

— Новички, — он протянул руку мне. — А ты кажешься не из робких. — Он повернулся к Аррону. — Мне нравится.

— Тебе все нравятся, — буркнул Ран.

— Только интересные.

Аррон отвел нас в комнату.

На втором этаже, в самом конце коридора, оказалась наша с Хеленой спальня.

Две узкие кровати с серыми одеялами, письменный стол, шкаф и окно, выходящее на лес. Никаких лишних вещей. Никаких украшений. Только голые стены и запах сырости.

Хелена бросила рюкзак на кровать у окна.

— Уютно, — сказала она без иронии.

— Ты так думаешь?

— Лучше, чем ночевать в машине. Или на вокзале.

Я не стала спрашивать, что она имела в виду. В этом месте никто не хотел быть открытым.

Ночью мне приснился пожар.

Снова дым. Коридор. Крики. Фигуры в чёрном, разбившие окно.

Я проснулась в холодном поту. Хелена спала, свернувшись калачиком, и даже не пошевелилась.

Я лежала, глядя в потолок, и слушала, как бьётся сердце.

«Ты последняя из рода Янг».

Интересно, что бы сказал отец, если бы знал, что я здесь. С трудом я заставила себя уснуть обратно.

Разбудил нас грохот кастрюль.

Каллен носился по кухне с такой энергией, будто выпил три чашки кофе на пустой желудок. Ран молча нарезал хлеб. Аррон сидел за столом с планшетом и даже не поднял головы, когда мы вошли.

— Завтрак через десять минут, — бросил Каллен. — Кто не успел — тот опоздал.

— Ты всегда такой громкий? — спросила я.

— Только когда рядом есть кто-то, кто слушает.

Мы ели молча. Овсянка, яйца, тосты — просто, но сытно. Аррон отложил планшет только когда все закончили.

— Сегодня кросс. Хелена, Ран — южный маршрут, до границы Лис. Шайен, Каллен — западный, к водопаду. Четыре мили. Сбор через час. У вас есть время подготовиться.

Каллен усмехнулся и подмигнул мне.

Час пролетел быстро. Я проверила обувь, натянула ветровку, выпила воды. Хелена сидела на кровати, перематывая шнурки.

— Ты справишься, — сказала она.

— Откуда знаешь?

— Ты выглядишь подготовленной.

Лес встретил нас сыростью и тишиной.

Тропа вилась между сосен, уходя вверх, к водопаду. Каллен бежал легко, почти не сбивая дыхания. Я — тяжело, хватала ртом воздух уже на второй миле.

— Ты всегда так медленно бегаешь? — спросил он, не оборачиваясь.

— А ты всегда так бесишь?

— Только когда рядом есть кто-то, кто реагирует.

Я попыталась ускориться — и сбилась с ритма. Ноги загудели, в боку закололо.

— Отдохни, — вдруг сказал Каллен, останавливаясь.

— Я в порядке.

— Ты белая, как мел. Отдохни.

Он сел на упавшее дерево, достал флягу, протянул мне.

Я сделала глоток. Вода была холодной, почти ледяной.

— Почему ты здесь? — спросила я.

— В смысле?

— На острове. Почему ты приехал?

Каллен посмотрел на лес. На секунду его лицо стало серьёзным — совсем не похожим на того шута, которого я видела за завтраком.

— Семья развалилась. Отец пил. Мать ушла. Оставаться там не имело смысла. — Он пожал плечами. — А ты?

— Родители погибли.

Он не сказал «мне жаль». Не произнёс ни одной из тех дежурных фраз, которые я уже ненавидела. Просто кивнул.

— Тогда нам есть что терять.

Мы побежали дальше, я плелась сзади. На развилке потеряла Каллена из вида и как оказалось свернула не туда. Так, кажется, начинаются все фильмы ужасов?

Лес вокруг водопада оказался другим — гуще, темнее, с запахом мокрой коры. Я поняла, что потерялась, когда Каллен исчез из виду. Крикнула — тишина.

— Чёрт.

Я пошла наугад. Тропа петляла между камнями, уходя всё глубже в чащу. А потом — щелчок. Боль.

Я рухнула на колено, закусив губу. Лодыжку сдавило железо — старый капкан, проржавевший и злой.

Я попыталась разжать челюсти — бесполезно.

— Ты далеко забрела, волчонок.

Голос раздался из-за деревьев. Двое — парень и девушка, чуть старше меня, крепкие, с тяжёлыми взглядами. На плечах — нашивки с медвежьей мордой.

— Территория Медведей, — парень сплюнул на землю. — Как ты здесь оказалась?

— Заблудилась.

— Заблудилась, — повторила девушка. — А мы поверим?

Она наклонилась, заглянула мне в лицо.

— Дерзкая, — сказал парень. — Я таких люблю.

— Отвали, — ответила я.

Он шагнул ближе. Не агрессивно, но с такой лёгкой угрозой, от которой внутри всё сжалось.

— А если нет?

— Тогда пожалеешь.

Я сказала это скорее для храбрости. Капкан держал крепко.

Девушка замахнулась.

Но удар не пришёлся.

— Хватит.

Голос был тихим. Спокойным. От этого спокойствия становилось только страшнее.

Парень и девушка замерли. Побледнели.

— Возвращайтесь на базу, — сказал человек, вышедший из тени.

Они ушли молча. Даже не оглянулись.

Я подняла голову.

Тёмные волосы, острые скулы, глаза цвета осеннего неба — серые, холодные, но какие-то… живые. Он не улыбался. Не хмурился. Просто смотрел.

— Айзек, — представился он. — Айзек Райен.

Он опустился на корточки, осмотрел капкан.

— Больно будет.

— Я уже поняла.

Разжал капкан одним резким движением. Я стиснула зубы, но не закричала.

— Сможешь идти?

— Попробую.

Я встала — и едва не рухнула. Айзек подхватил меня за локоть.

— Не геройствуй.

Он поднял меня на руки — легко, будто я ничего не весила — и пошёл к выходу из леса.

В доме нас встретили встревоженные взгляды. Хелена побледнела. Ран напрягся. Каллен стоял у стены, сжав челюсти.

— Ушиб, — коротко сказал Айзек, опуская меня на диван. — Не наступать пару дней. И все будет хорошо. Берцы спасли тебя от рваной раны.

— Спасибо, — сказал Аррон, появившийся из коридора.

Айзек кивнул и перевёл взгляд на меня. Задержался на лице на секунду дольше, чем следовало.

— Не попадайся больше в капканы.

— Постараюсь.

Он ушёл в кабинет Аррона. Дверь закрылась.

Каллен подошёл с аптечкой и виноватым видом, молча начал обрабатывать ногу.

АЙЗЕК

Кабинет Аррона всегда казался тесным — стол, карта на стене, пара стульев. Я стоял у окна, заложив руки за спину.

— Ты узнал её, — сказал Аррон, закрывая дверь.

— Шайен Янг. Наследница.

— Последняя из своего рода. Реймонд постепенно отошел от дел, когда у него родилась дочь.

Айзек повернулся.

– Это было ожидаемо, что ему не удастся уберечь ее от их наследия. Янг – фактически одни из основателей каст. У них волчья сущность входит в наследственность. Шайен рано или поздно присоединилась бы к касте.

– Дом их семьи подожгли неделю назад, Реймонд и его жена не выжили. Кагияма начал расследование.

– Думаешь, кто-то будет охотиться за девчонкой?

– Она последняя из своего рода, Айзек. Когда Шайен будет готова, то займет место своего отца в касте.

– Ей всего семнадцать, к тому времени, когда ее обучат, все кто желал смерти их семье уже забудут о существовании Шайен Янг.

Друг покачал головой.

– Сколько всего родовых семей в кастах? Ну, я имею ввиду тех, кто остался в живых.

– Пять?

– Две, – Аррон достал из ящика толстенную книгу.

– Ты украл книгу у совета?

– Позаимствовал, – он пожал плечами.

– Наш правильный мальчик вдруг встал на путь истинный.

– Заткнись, а.

Сколько я помню Аррона, он всегда был дотошным до мелочей, правильным, в целом идеальным кандидатом в наставники.

– Вот, – он ткнул в разворот. – Из семи в живых остались только наследники Янг и Бьерн.

– К чему ты клонишь? – я закатил глаза. – Ты хочешь, чтобы я тренировал её.

— Не сейчас, — Аррон сел на край стола. — Через месяц. Два. Когда она освоится.

— Я не учитель.

— Ты лучший на острове. И ты это знаешь.

Я молчал.

— Подумай, — сказал Аррон. — Просто подумай.

ШАЙЕН

С того дня Айзека я больше не видела.

Ни через неделю. Ни через месяц.