По стенам колодца иней,
Ледяная гладь у горла,
На ногтях каемкой синей
Проступает ночной холод.
То, что раньше не убили,
Уж не кажется везеньем.
Пусть его не утопили,
Шансов нету. Несомненно.
* * *
Иногда спасение приходит самое неожиданное.
— Поедемте со мной на неделю на континент?
— Куда?
— О, куда-нибудь! Мне все равно.
(А.К. Дойль, «Последнее дело Холмса»)
— Как несправедливо распределился выигрыш! — заметил я. — Все в этом деле сделано вами. Но жену получил я. А слава вся достанется Джонсу. Что же остается вам?
(А.К. Дойль, «Знак четырех»)
А Холмсу осталось одиночество.
Ты слышал голос, что тянется три сотни тысяч лет?
Рассказ в стихотворной форме о восстании 14 декабря от лица несуществующей декабристки Павловой
О государствах мира Kenshi через аналогию с мечами
Валенсия — орк с тяжёлой судьбой, которая была изгнана родным племенем.
Вот один из случаев, которых не было, из еретических записей, которых нет.
Четыре мира, четыре временных линии, четыре истории. И только одно не меняется: они всегда вдвоем.
От Лондона пройдены тысячи миль и год.
Сменилось под сотню различных личин.
Сеть Мориарти подточена, вскоре падет.
Для скуки давно и решительно нет причин.
Жарким летом две тысячи девятого года Невера посылают с одиночной миссией в Лондон.
«Кастрианские истории».
Старая как мир история: представитель одной из враждующих сторон вынужденно узнает другую сторону ближе. И это узнавание не остается односторонним.
Кромешная тьма сжимает, задавливает в своих объятиях. Удушает.