МойФанфик

Ситуация была до неприличия похожа на ту, в которую они попали две недели назад. Опять — аэропорт, — на сей раз для разнообразия Гумрак, — разошедшаяся нелетная погода, отмененные рейсы и рукотворный «Тетрис» в виде экипажей и пассажиров, который руководству требовалось собрать с наименьшими потерями. Опять — шум и гам чистой зоны, гроза за окнами и тщетные попытки бороться со сном.

«Кастрианские истории».

— Это точно хорошая идеяааа?! — на предплечье Криа сжимаются совершенно точно не хрустальные пальцы. В лицо со свистом ударяет, перекрывая дыхание, порыв ветра. Инстинктивно Криа открывает спинные щели — излишки воздуха из переполненных легких устремляются наружу; Аора панически закрывается локтем.

— Нам необходима как можно более подробная информация о нем, — палец утыкается в экран с трехмерным изображением самолета. Сверхзвуковой, пассажирский — таких было создано совсем немного. — Вы проведете его инициацию.

У Руви шерсть тусклая, вечно взъерошенная, выпирают ребра, а в карих глазах и на хвосте ярость все чаще сменяется страхом. У Руви по шерсти в стороны от основного шрама змеятся тонкие, цвета солнца полоски-завитки, уже не меняющие цвет в темноте. И Руво знает: каждый раз, когда глаза подруги в преддверии опасности вспыхивают золотым, эта вязь растет, расширяется во все стороны.

Покой Древнего из раза в раз осмеливается нарушать только Кали. Вот и в эту бесконечно длинную ночь, не пугаясь призраков Каменного леса, — привыкла уже, — она приводит к нему очередного разумного-якобы-способного-победить-Титана.

«Кастрианские истории».

Важнее всего цепляться за реальность, когда все вокруг кажется иллюзией.

...И первым, что они вспоминали в своей жизни, было падение.

Алекс с малых лет знает: в их поселении Край — запретная тема, его порождения — страшные чудовища с одним на всех наименованием Крайние, а смелые путешественники, сумевшие побывать там и вернуться — не иначе как безумцы, спутавшиеся с Крайними и потому к ним приравненные даже в имени.

Сбегая в море, амарийцы задумывались не о том, чтобы жить, а о том, чтобы выжить.

«Ведьма.

Чудовище.

Исчадие ада.

Тварь».

Предат заново вспоминает все оскорбления и обвинения от поселян — и запрокидывает голову, чтобы хрипло, с рыкающими нотками рассмеяться в низко нависшее серое небо. Столько нелепостей в свой адрес только на примитивных планетах и можно услышать.

— Как же вы могли ремонтировать живую птицу? — удивилась Алиса.

«Приходи… — шептал ей голос в снах. — На сама-знаешь-какую поляну приходи перед рассветом… узнать кое-что о мире, в котором жила и живешь… Я буду ждать».

«Кто ты?» — рычала, шипела, требовала ответа она у серой пелены сновидения.

«Я — Фаэ, а большего тебе до срока знать не нужно…»

Впереди две недели отпуска в полюбившейся стране, практически наедине с природой и океаном… океаном… а она вчера вечером даже не пришла поздороваться с ним, как так можно было-то?!

Нам разум дал стальные руки-крылья,

А вместо сердца — пламенный мотор (с)

Сборник зарисовок на челлендж.