Другой Профессор
Джинни Уизли пропала в тайной комнате, и ребята отправляются ее спасать. Но что было бы, если бы они обратились к Другому Профессору?
Джинни Уизли пропала в тайной комнате, и ребята отправляются ее спасать. Но что было бы, если бы они обратились к Другому Профессору?
После использования проклятого заклинания, Сид оказался последним живым существом. Земля погрузилась во мрак. Остался только он, наедине со своими призраками прошлого.
Это история о гордыне и разрушении, памяти и искуплении, о том, что даже после конца всего сущего, может родиться новая жизнь.
— Тебе больно, — говорит она, не глядя прямо на Нео. Ей не требуется смотреть, она видит его и так — разумом, а не последовательностью сигналов от зрительных нервов.
— Я в порядке, — практически моментально огрызается он и принимается яростно шуровать гнутым металлическим прутом в углях. Пламя поднимается выше. — Настолько, насколько это возможно последний месяц.
— Тридцать девять дней и три часа, — автоматически уточняет Бренна время от появления «зеленого неба». — И ты не в порядке.
Молодой лис, мастер на все руки, проходит творческий конкурс у знатной семьи, где встречает её...
Мы все знаем, как выглядят ужасы нормального человека. А давайте-ка вернёмся к первому сезону и предположим: как выглядят Ужасы Уэнсдей Аддамс?
Валенсия — орк с тяжёлой судьбой, которая была изгнана родным племенем.
Новогодняя ёлка работает как служба знакомств: кто повесит такую же игрушку, как и ты, будет твоей парой на празднике. Или не только?
Известив, что теперь они будут работать вместе, их не столько представили, сколько предъявили друг другу:
— Агент Сигнум.
— Агент Невер.
(Сборник драбблов с вечным статусом «закончен»)
В их тупиковом таймлайне в расчеты отдела аналитики вкралась ошибка, и положение суперпозиции здесь, в прошлом, распалось слишком рано. Они-из-прошлого исчезли, так и не вступив в переговоры с первым Прародителем.
А у Ильи-из-настоящего в мозгах давно не было необходимых для двустороннего контакта нейроструктур.
Со временем мир начинает смотреть на Петю в ответ. И этот взгляд сотен невидимых глаз — пронзительно-рентгеновский, как у Невера, только во много раз хуже.
«Мы тебя видим», — словно говорит этот взгляд.
«Ты — аномалия».
«Аномалии подлежат устранению».
Миссия «устранить монстра» — выполнена.
Миссия «договориться с владельцем раскуроченного тварью огорода и убедить его в том, что они не воры» — провалена по всем фронтам.
— Они ведь не должны так драпать? — непонятно у кого спрашивает Илья, глядя на мелькание металлически-синих «зеркал» на крыльях панически улепетывающих птиц. Они не просто спархивают в воду — они разбегаются и улетают. — Туристы их обычно прикармливают. Значит, здесь действительно кто-то обитает и… охотится?
— Семь лет. Не семьсот, — шепчет он в никуда, закрыв лицо руками.
Проснуться и встать в моем нынешнем состоянии — без преувеличения, подвиг. Добиться того же от Шерлока Холмса — подвиг еще больший.