МойФанфик

Лазурит стояла у фонтана, в стороне от шумного бала. Вода тихо журчала, отражая огни праздника, но ей было всё равно. Она обхватила себя руками, стараясь унять внутреннюю дрожь. Боль от слов Перидот всё ещё жгла, словно свежий ожог.

Внезапно она услышала торопливые шаги. Обернувшись, она увидела Хризолит — запыхавшуюся, с растрепавшимися волосами, но с таким отчаянным выражением лица, какого Лазурит никогда раньше не видела.

Хризолит остановилась в нескольких шагах, на мгновение замерла, а затем сделала последний шаг вперёд и протянула руку.

— Лазурит… — её голос дрожал, но был искренним. — Прости меня. Я была не права. Я не хочу терять нашу дружбу. Пожалуйста… останься.

Лазурит посмотрела на протянутую руку, затем — в глаза Хризолит. В них читалось столько эмоций: раскаяние, страх, надежда…

Медленно, почти нерешительно, она вложила свою ладонь в руку подруги.

— Хорошо, — тихо ответила она. — Я остаюсь.

Музыка, доносившаяся из зала, сменилась плавными аккордами вальса. Хризолит улыбнулась — впервые за этот вечер по‑настоящему искренне — и мягко потянула Лазурит за собой.

— Тогда… давай потанцуем? Примирительный вальс?

Лазурит улыбнулась в ответ, и на этот раз улыбка получилась тёплой, настоящей.

Они вышли на площадку, и Хризолит осторожно положила руку на талию подруги, а Лазурит — на её плечо. Медленные, осторожные шаги — и вот они уже кружатся в танце, постепенно забывая обо всех обидах и сомнениях.

Вокруг мерцали огни, играла музыка, а где‑то в глубине зала Нефрит, наблюдая за ними, удовлетворенно кивнула и подняла бокал с медовухой в безмолвном тосте за дружбу.

Они начали танцевать — плавно, осторожно, постепенно подстраиваясь друг под друга.Хризолит слегка улыбнулась, чувствуя, как напряжение последних минут тает. В голове пронеслось: «Спасибо четырём великим Сатанам! Дружба с Лазурит важнее всего в мире».

Ляпис, кружась рядом, думала о своей подруге. «Вроде Хриз и умна, — размышляла она, — а иногда ведёт себя прямо как ребёнок».Но Лазурит не могла отрицать: именно эта черта ей очень нравилась. Она придавала Хризолит какую‑то особую искренность и непосредственность.

«Что нас ждёт дальше? — мысленно задалась вопросом Лазурит. — Хотелось бы остаться друзьями навсегда… А потом вместе чиллить в Эдеме». Внезапно она поймала себя на этой мысли и невольно рассмеялась вслух.

— Лазурит, ты дура! — прошептала она себе под нос, но так, чтобы Перидот услышала.

Перидот лишь усмехнулась в ответ.

— У тебя такой смех…, — тихо добавила она.

Вальс подошёл к концу, но настроение оставалось лёгким и радостным. Лазурит, не сдержав восторга, махнула руками — и в тот же миг вода из фонтана рядом поднялась высоко в воздух, сверкая в свете магических огней. Через мгновение прохладные капли обрушились на обеих подруг.

Они стояли мокрые, с капельками воды на волосах и одежде, но это ничуть не испортило настроения. Лазурит добродушно посмотрела на Хризолит и рассмеялась:

— Ну вот, теперь мы обе мокрые!

— Зато… — Хризолит на мгновение замолчала, а потом с тёплой улыбкой добавила, — зато даже промокание не испортит нашу дружбу.

В этот момент откуда‑то из‑за деревьев вышли Аметист, Жемчуг и Нефрит. Аметист, окинув взглядом мокрых подруг, шутливо воскликнула:

— Какие люди в Болливуде!

Хризолит рефлекторно зажала рот руками от страха.Лазурит же просто смотрела вдаль и улыбалась — спокойно, безмятежно, по‑настоящему счастливо. В этот момент она чувствовала, что всё правильно: они вместе, они друзья, и никакие слова или недоразумения не смогут это изменить.

Нефрит подмигнула, Жемчуг мягко улыбнулась, а Аметист подошла ближе и хлопнула Хриз по плечу:

— Ну что, мокрые вы наши, идёмте к столу?Там ещё медовуха осталась — надо спасать положение!

Все дружно рассмеялись, и компания направилась обратно к праздничному столу, оставляя за спиной фонтан и мокрые следы на каменных плитах двора академии.