МойФанфик

Метки: АУ, элементы ангста, мистика, ОМП.

Автор посмотрел фильм «Экипаж» 2016 года... и его понесло.

Суть данной АУ-шки заключается в том, что веке этак в XX появился еще один собиратель душ – в небе. Предположительно он летал на «этажерке» братьев Райт. Позднее (в XXI веке) в результате череды событий его сменил другой – на вполне себе современном для тех лет самолете. И да, проклятие, наложенное на него и на самолет, почти идентично проклятию «Голландца» – только срок не в десять лет, а в 2222 дня.

Действие происходит в XXIV веке, выделенные курсивом несколько предложений подряд – мысли фокального персонажа (за исключением последних двух абзацев).

* * *

Обычно в этой бухте было пусто, и даже неугомонные студенты сюда не совались — в конце концов, до нее еще надо было добраться. Этот географический объект даже не имел названия и не был отмечен на картах, так что студенты звали его просто — Бухта.

Но в этот вечер рядом с ней появилось новое действующее лицо. Это был студент-марсианин, который, решив отдохнуть перед подготовкой к сессии, отправился сюда, чтобы понаблюдать за чайками. На его родном Марсе птицы не водились.

С собой у него был только визор с режимом ночного зрения. Впрочем, этот режим ему вряд ли понадобился бы — он планировал пробыть в Бухте до заката, не дольше. Да и что ему там делать ночью?

Но дальнейшие события неслабо так изменили его планы.

Естественного или рукотворного спуска в Бухту не было. Впрочем, при желании марсианин все же мог спуститься вниз без скалолазного оборудования — его врожденная ловкость вкупе с физической силой, в два раза превосходившей среднюю физическую силу землян, позволяли это.

Присев на крупный валун возле самого края скалы передохнуть, он достал визор, планируя его настроить. Но что-то на горизонте заставило его вздрогнуть, напрячься и вскинуть голову — мелькнула странная зеленая вспышка.

Кажется, это был так называемый «зеленый луч». Марсианин читал про данное природное явление, но чтобы увидеть его своими глазами, да еще так внезапно — к такому его жизнь не готовила.

Однако все оказалось еще интереснее — на горизонте виднелся корабль. И все бы ничего, да только марсианин мог бы поклясться, что буквально несколько секунд назад его там не было. Казалось, он появился в момент возникновения зеленого луча.

Он еще никогда так быстро не настраивал визор. Уже через несколько десятков секунд он поднес прибор к глазам.

Парусник. Старый. Гипотетически — галеон. Века этак XVII–XVIII. Очень старый и визуально тоже — паруса будто из водорослей сшиты, корпус весь в ракушках и кораллах аж по самые мачты. Почему?..

Корабль медленно двигался к берегу — насколько ему это позволял слабый бриз. Вот он остановился — марсианин видел, как ухнул в воду такой же обросший, как и корпус, адмиралтейский якорь. Затем спустили шлюпку, и в нее сел человек.

Увеличив приближение, студент принялся рассматривать команду странного парусника. Они тоже выглядели… экзотично. Он перебирал в голове всевозможные версии того, откуда взялся этот корабль и почему он выглядел так, что случилось с экипажем, не забывая при помощи визора следить за прыгающей по волнам шлюпкой — тоже очень старой и заросшей всевозможными дарами моря. Человек в ней выглядел получше — по крайней мере, со спины.

Ну, подумаешь, водорослями оброс… По сравнению с во-он тем гибридом Homo Sapiens и морского ежа это вообще мелочи.

Он тряхнул головой, ловя себя на совершенно неуместном сарказме, и включил в визоре режим видеозаписи. Потом он выяснит, свидетелем чего стал, а подтверждением того, что все это ему не привиделось, станет отснятое.

Он на мгновение отвлекся на мелькнувшую в облаках тень, но тут же переключил внимание обратно на шлюпку, стараясь игнорировать нарастающий гул непонятного происхождения — и вполне с этим справлялся ровно до тех пор, пока не заметил серебристый силуэт, в лучах закатного солнца отливавший красным.

Шлюпка была забыта почти мгновенно — очень низко, едва ли не касаясь воды, над морем летел самолет. Самый обыкновенный пассажирский А330, какие давно уже вышли из эксплуатации как неэкологичные — четкая, почти безукоризненная память марсианина легко извлекала эту информацию из самых дальних закоулков мозга.

Ну и как он собирается садиться? ВПП поблизости нет, пляжа едва ли хватит для торможения и точно не хватит для разгона при взлете… он что, в скалу врезаться намерен?!

Но, к счастью, самый страшный сценарий не сбылся — в нескольких десятках метров от берега самолет таки коснулся воды, резко начав тормозить за счет увеличившегося сопротивления внешней среды. Напрягало то, что он при касании не взметнул ожидаемый фонтан брызг — хотя по всем законам физики должен был.

Инерции хватило, чтобы самолет не погрузился в волны и не засосал воду в воздухозаборник — и уже через несколько секунд он синхронно с очередной волной величественно выкатился передним шасси на песок. К марсианину он стоял боком, и тот мог разглядеть характерную для не существующей ныне авиакомпании раскраску.

Двигатели притихли, замолчали. С неприятным гудением изменилась на первоначальную форма крыльев. Утихали системы, выключаемые одна за другой, мелькали внутри какие-то силуэты. Студент будто вплавился в камень, прижав к глазам визор. С того места, где он затаился, ему отлично была видна кабина. И существа, сидевшие там… даже экипаж загадочного корабля выглядел не настолько странно.

Гипотетический командир воздушного судна был бы похож на человека, если бы не абсолютно серая, отражающая свет приборов кожа. Казалось, что у него вместо эпидермиса металл. Мелькнула даже сумасбродная мысль о том, что, возможно, этот металл идентичен сплаву, из которого по большей части изготовлен фюзеляж самолета.

Его одежда была похожа на общепринятую форму того времени, когда эксплуатировались самолеты, при желании можно было даже разглядеть на фуражке значок авиакомпании — тот же самый, что был нарисован рядом с дверью, располагавшейся возле кабины.

Второе существо казалось гибридом человека и птицы. Прямо из его кожи местами росли черные, отливающие металлом перья, за спиной виднелись сложенные крылья, больше похожие на птичьи и покрытые такими же перьями. Когда он повернулся спиной к марсианину, тот с некоторым удивлением отметил типично птичий перьевой хвост и то, что крылья располагались анатомически верно — чуть ниже лопаток, то есть примерно рядом с центром тяжести человеческого тела. Руки марсианина подрагивали то ли от волнения, то ли от напряжения, и он пристроил визор на камень, чтобы изображение не сбивалось.

Открылась дверь возле кабины, и экипаж количеством пять… не совсем человек попрыгал вниз, будто проигнорировав высоту в несколько метров.

Солнце уже скрылось за горизонтом, и теперь стремительно темнело. Щелкнув переключателем, марсианин включил на визоре режим ночного видения — и тут же едва удержал на положенном месте собственную челюсть. Если еще два человека выглядели так же, как второй пилот, а КВСа он уже рассмотрел, то теперь все его внимание сосредоточилось на последнем существе. Оно больше всех остальных походило на птицу — руки, похоже, когда-то давно развились во вторую пару крыльев (при этом на каждом крыле можно было заметить по два когтя), глаза стали фосфоресцирующими и круглыми (ну прямо вылитые совиные), а скелет ног изменился принципиально — теперь это были, кажется, типичные птичьи четырехпалые лапы.

Марсианину очень хотелось услышать, о чем КВС говорил с «моряком», как он про себя назвал того человека, добравшегося сюда на шлюпке, но с такого расстояния это было физически невозможно. Также делу мешал мерный рокот волн.

Окончательно стемнело, в похолодевшем воздухе настырно запели комары. Марсианин, едва сдерживая желание почесать укусы, шипел и изредка ругался сквозь стиснутые зубы от досады. Интересного ничего не происходило — «моряк» и «птицы» во главе с КВСом, который почему-то двигался очень скованно — ему словно бы было больно пошевелиться — нарвали синеголовника, в изрядных количествах росшего прямо на песке у подножия скал, и стали разводить костер. Четверка «птиц» отошла, о чем-то посовещалась, после чего подошла обратно к колдующим над потенциальным топливом КВСу и «моряку». Видимо, они что-то сказали, потому что КВС покосился на «моряка» и кивнул.

После этого все четверо вновь отошли к кромке прибоя и встали там, раскрывая крылья.

Размах — метра три у каждого. Обалдеть! Интересно, а кости у них полые? Наверное, все-таки да — полцентнера и больше даже такие крылья не поднимут.

Он едва успел увидеть момент, когда «птицы» вдруг подпрыгнули, сопровождая прыжок резким взмахом крыльев. Прямо в воздухе они успели принять горизонтальное положение, чтобы набрать скорость и на бреющем полете направиться к стоящему на якоре паруснику.

***

— Все так же летаешь? — отведя взгляд от пляшущих языков пламени, спросил моряк. Пилот криво усмехнулся, хотя усмешка получилась больше похожей на гримасу боли:

— Что может измениться в работе перевозчика душ? Вот разве что еще сильнее с «Высоцким» сросся. Теперь уже в принципе двигаться больно, если не сижу и не занят управлением. Кажется, скоро совсем «частью корабля, частью команды» стану… А у тебя что нового?

— Год назад повстречал старого знакомого. Точнее, его душу. Он сумел обмануть саму смерть и теперь рассекает по морям на своем корабле. Я не знаю, проклятье ли это, но теперь у людей появился повод еще активнее судачить о кораблях-призраках, — моряк попытался отколупнуть ракушку с ладони, но не смог. Задумался, снова посмотрел в огонь, после чего задал еще один вопрос:

— А каково это — летать?

— Одно скажу — не так, как плавать, — хмыкнул пилот. — Если корабль остановится посреди моря, он просто может дождаться попутного ветра и идти дальше. Если самолет остановится в полете, он упадет. Вот и вся разница.

Они еще немного помолчали. Со стороны могло бы показаться, что оба судорожно ищут темы для разговора — но это было не так.

— Ты мне того самого знакомого напоминаешь, — наконец произнес моряк. — Только он без моря жизни не мыслил.

КВС промолчал. Сотню-другую лет назад он бы просто взорвался на такое заявление — слишком свежа была еще горечь потери родных, горечь от невозможности жить как все. Теперь… теперь было как-то все равно, он словно выгорел. Отчасти заявление моряка было даже правильным — мало кто подается в пилоты, не мечтая летать, не надеясь однажды сродниться с небом — и с металлическими птицами, рассекающими его.

Что ж, он сроднился. Да так, что временами кажется, будто это не множество тонн металла летят, поддерживаемые потоком воздуха, а он сам делает это. Такими темпами уже скоро и помощь второго пилота при управлении не понадобится.

Он украдкой покосился на моряка. Тот, конечно, тоже хорош — в темноте от заросшей скалы не отличить. Через пару тысяч лет — если не раньше — они уже вряд ли будут осознавать происходящее, механически выполняя возложенную на них задачу. Различить Харона и его лодку станет невозможно.

Что ж, это закономерно.

Наверху, на скалах, что-то прошуршало, скрипнуло по камню. Моряк мгновенно оказался на ногах — напряженная поза, рука на эфесе абордажной сабли.

— Да сиди ты, Уильям, — вздохнул пилот, даже не повернувшись на звук. — Очередной турист, наверное, забрел.

— В середине ночи? — недоверчиво усмехнулся моряк.

Пилот пожал плечами. В конце концов, что им грозит? Они бессмертны, тут уж ничего не попишешь.

***

Напряженные вот уже много часов мышцы не выдержали — рука с визором соскользнула с валуна, служившего опорой, и металлический корпус прибора лязгнул о камень.

«Моряк» тут же вскочил на ноги, тревожно заозирался. Марсианин всем телом вжался в камень, моля Вселенную, чтобы его не заметили. Он никогда не верил в мистику, духов и прочее — но каким-то шестым чувством понимал, что оба экипажа как минимум не от мира сего. Веяло от них чем-то необъяснимым с точки зрения логики.

Через небольшой отрезок времени, показавшийся студенту вечностью, «моряк» уселся обратно на песок. И вот тут незадачливый наблюдатель остро, всей своей пятой точкой прочувствовал, что лучше уходить, пока все и впрямь плохо не кончилось.

…По-пластунски отодвинувшись на несколько метров от края, он поднялся с камня, остывшего за прошедшее с заката время — и со всех ног рванул по узкой тропке в ту сторону, откуда пришел, подгоняемый тем самым шестым чувством.

***

Лишь много позднее, спустя две недели, заставив заткнуться надоедливое шестое чувство — во весь голос вопившее, что вся затея с самого начала была отстойной — он решился просмотреть отснятое. До этого выключенный визор просто пылился в дальнем углу, нарочно забытый там.

Но, стоило запустить просмотр последней записи, шестое чувство не просто завопило, а матерно заорало на все сознание и подсознание.

Потому что на видео не было ничего. Точнее, на всех кадрах была запечатлена Бухта, самая обычная, сначала вечерняя, а позднее ночная, без какого-либо признака сверхъестественного.

Снова и снова перематывая запись, марсианин готов был рвать и метать. Ну не могло это все ему привидеться, не могло!

Как показало более тщательное исследование записи — и впрямь не могло. Был один-единственный кадр, где можно было увидеть яркую зеленую вспышку на горизонте — как раз там, где село солнце. На фоне вспышки отчетливо виднелся старый парусный корабль.

Самое интересное, что в тот момент он еще только настраивал визор — и заснять это никак не мог…

Примечания:

КВС – командир воздушного судна сокращенно.

ВПП – взлетно-посадочная полоса сокращенно.

«Владимир Высоцкий» – самолет с таким именем реально существует. В данный момент в эксплуатации.

Визор – электронный бинокль.

Команда «Высоцкого» своим делом занимается исправно, но все равно мутировали все до единого (это отчасти была попытка логически объяснить метаморфозу капитана «Голландца» в пятом фильме – проклято изначально само судно, а не экипаж).