— Невер, что это за фигня? — Илья перелистал девственно чистые страницы один раз, потом второй, будто надеялся, что от этого там снова появятся его торопливые каракули. — Это… еще одна аномалия? Мы что-то сделали не так?

— Это как раз-таки обычное явление. Мы же вернулись назад во времени, туда, где твое письмо еще не написано.

Посреди очередного конца света в некоторый момент засыпают три агента, и неведомая случайность связывает их сны воедино. Только «Эпсилон» об этом не знает.

— Могу я поработать на тебя? — и эта невыносимая, невозможная девчонка, одно присутствие которой вызывало у Тени головную боль, просяще уставилась на него.

Утром двадцать шестого октября жизнь вокруг Марти била ключом. Разводным и по голове. После всех событий прошедшей недели радикальные перемены в его семье не казались чем-то невозможным, но все равно были сродни неожиданному ледяному душу.

Лихорадочный мыслительный процесс не только не помог принять ситуацию, но и выявил в событиях этой ночи еще несколько странностей.

«Сильнее торука в небе никого нет, он летает выше всех… так зачем же ему смотреть вверх?»

Ледяной неподвижный воздух при вдохе казался разреженным, словно на самых вершинах снежных гор, но под крылья он ложился послушно и держал надежно. Держал до тех самых пор, пока инстинкты, доставшиеся от диких летающих предков, не заставляли Джодаха сделать взмах — и вот тут-то все и рушилось. Рушились его планы заново научиться летать без заклинаний, лишь на крыльях, рушился на холодный пол он сам…

Негодный мироходец умудрился фальшивой нотой вмешаться в тщательно играемую, продуманную наперед мелодию, одним своим присутствием смять и запутать плетение вероятностного кружева.

Что нужно для того, чтобы в условиях апокалипсиса за пять минут угнать самолет?

Шесть — нет, уже семь, — чертовых минут назад сигнал маячка, тайком прицепленного на треклятого паренька-которого-не-брал-инвертор, оборвался.

Последствия пересечения Галактического Барьера на скорости, близкой к скорости света, могут быть... странными.

Кроссовер с «Кастрианскими историями».

«Летучий Голландец» всегда ассоциировался у него с холодом...

Дейенерис Таргариен в пламени погребального костра кхала Дрого. Её мысли, чувства, воспоминания. Рождение драконов.

Андрамисса — верная служительница Пылающего Легиона, пылающая Скверной и преданностью Кил’джедену. Но одно задание перевернёт всё: охота за древней Косой Душ — Ултхалетом, оружием, в котором вопиют тысячи заточённых душ. Чтобы завладеть им, Андрамиссе предстоит сразиться с теми, кого она называла союзниками, и с самой собой.

Каждая капля пролитой крови приближает её к могуществу, и к безумию.

Ведь сила, которую даёт Ултхалет, требует цену, слишком высокую даже для демоницы.

История из молодости Какаши Хатаке, которую мы не знаем.

Или настоящая причина того, почему у Копирующего ниндзя нет девушки.

Сборник драбблов.

Несколько зарисовок из совместных миссий, путешествий и просто будней Какаши и Саюри. Истории о том, какие трудности поджидают влюблённых шиноби и как задания отражаются на личной жизни юных ниндзя. Или наоборот.

Это истории, относящиеся к работе "Звёзды" но по каким-либо причинам не вошедшие в основной сюжет (подразумеваются где-то "за кадром", но могут не укладываться в лор, хронологию, чуть отклоняются от характеров канонных персонажей или же являются альтернативными вариантами развития истории).

В ночь Хеллоуина, когда граница между миром живых и мертвых стирается, люди наряжаются в костюмы магических существ, чтобы отвлечь внимание духов, а дети ходят по домам, выпрашивая конфеты. Дариан тоже решается пойти на этот праздник, выпрашивая у матери разрешения пойти одному. Но она даже и представить себе не могла, чего будет стоить ее согласие...

Это история о том, почему никогда не стоит отпускать детей одних на Хеллоуин.