МойФанфик

— Вы уверены, что это нормально? — поинтересовался скрестивший руки на груди Генма с неизменным сенбоном во рту, скептически оглядывая большую зелёную ёлку, воздвигнутую посреди самой большой комнаты в доме клана Хатаке.

Так как Какши был единственным из них, кто жил в своём доме в полном одиночестве, то встречу Нового года решили провести у него. Единогласно. Мнение самого Какаши, конечно же, никто не спрашивал. Потому что все знали, какой ответ получат. Наверное, если бы не Саюри, то, он наверняка выставил бы всю компанию, но план Ранари и Котецу сработал идеально: они не знали как, но Саю умудрилась убедить хладнокровного парня в том, что провести новогоднюю ночь в компании друзей явно веселее, чем в одиночестве.

— Конечно! Мы это каждый год делаем! В Нагисе всегда в Новый год все ёлки украшены, по еловой аллее пройти невозможно незамеченным, по ночам в деревне светло, как днём.

— Допустим. А зачем вот эти шарики на ветках? Это что, какое-то оружие? — Котецу ткнул пальцем игрушку, которая громко звякнула от столкновения с висевшей рядом золотистой шишкой.

— Ага, дымовые шашки, — засмеялась Ранари, доставая из коробки красивый бело-синий шар со снежным узором и вешая его на дерево.

— Между прочим, у нас в деревне есть одна интересная традиция, — проговорила Рохару, расправляя сосновые ветки и окидывая окружающих хитрым взглядом, задержав его сначала на сестре, а потом на Какаши, заставив первую смущённо отвернуться, а второго сощуриться в недоумении.

— Что за традиция? — с интересом спросил Асума, не упустив из виду все эти двусмысленные переглядывания.

— Что-то вроде службы знакомств, — ответил за неё Изуто, вешая на одну из верхних веток большой красный бант. — У нас такую делают на самой большой ёлке в деревне. Все кто хочет найти свою «половинку» участвуют. В результате сложилось даже несколько счастливых семей.

— УХ ТЫ! ЭТО ОПРЕДЕЛЁННО НАСТОЯЩАЯ РОМАНТИЧЕСКАЯ ТРАДИЦИЯ!

— Гай, ты ещё даже не знаешь, в чём она заключается, — Куренай улыбнулась, повязывая на одну из веток блестящую ленту.

— ЗАТО Я ТОЧНО ЗНАЮ, ЧТО МЫ ПРОСТО ОБЯЗАНЫ ЕЁ ПОПРОБОВАТЬ!

— Так а что делать-то надо? — прочавкала Анко с набитыми щеками и пустой шпажкой от данго в правой руке.

— Каждый из нас выбирает и вешает на ёлку одно из этих украшений, — Саюри указала на стоявшую на столе корзину, в которой было гораздо меньше маленьких украшений, названных группой из Нагисы «ёлочными игрушками», и к которой никому не разрешали притрагиваться до этого момента. Девушка первой взяла небольшую серебристую снежинку и повесила её на одну из веток. Изуто и Рохару тоже последовали её примеру, выбрав по одной фигурке, совершенно непохожих друг на друга. Ранари с радостным возгласом последовала примеру подруги. Переглянувшись между собой, Анко и Куренай также заглянули в корзину и вытащили оттуда по игрушке. Украшений становилось всё меньше, пока, наконец, не осталось всего два. Последними были Какаши и, непонятно каким образом и с какой целью оказавшийся в этот вечер в его доме, Сета Саето. Какаши взял себе маленькую прозрачную сосульку, Саето же достался большой яркий красно-зелёный шар.

— Ёлка выглядит просто великолепно! — ахнула Куренай, хлопнув в ладоши.

— Или так, будто вот-вот набросится на нас как минимум с несколькими техниками тайдзюцу, — пожал плечами Генма.

— А что теперь? — Асума повернулся к Изуто, пока Какаши и Саето о чём-то спорили в стороне: хозяин дома с очень хмурым лицом внимательно слушал, как самый незванный из всех гостей, что-то сосредоточенно объяснял ему и, кажется, выглядел так, словно только что нашёл сундук с драгоценными камнями.

— Об этом немного позже. Предлагаю переодеться и накрывать на стол.

Предложение было принято с общим энтузиазмом и компания разделилась на две половины: девушки ушли в одну комнату, а парни — в другую. Вскоре на кухне послышались негромкие шаги.

— ГАЙ!!!

Хор из нескольких тонких голосов заставил парня в лёгком костюме из зелёных шорт и такой же футболки и с алым платком на шее подпрыгнуть, задев локтём железный половник, который с грохотом упал сначала в миску с нарезанными овощами, перевернув её и рассыпав содержимое на пол, а затем с громких звоном рухнул следом, по пути зацепив вилку, которая воткнулась острыми зубцами прямиком в торчавшую из-под стола пятерню Ханаге Котецу. Бедный парень, не ожидая атаки с воздуха, громко закричал от боли, резко выпрямившись, и в это же мгновенье стукнулся головой об стол. Крики заглушил громкий хохот Асумы, Изуто и Саето, примчавшихся на шум, доносившийся из кухни.

— Если они разнесут мне дом, это будет на твоей совести, — услышала Саюри негромкое ворчание, тёплым дыханием щекотавшее левое ухо, и улыбнулась, стрельнув глазами в сероволосого юношу, который, так же, как и все, переодевшись в свободную серую пижаму, стоял, сунув руки в карманы, за её спиной с самым несчастным видом, какой только мог демонстративно изобразить. Он не сводил взгляда со сцены, в которой остальные девчонки буквально пинками выпроваживали парней из кухни, слушая извинения Гая и негромкую ругань Котецу себе под нос.

— АЙ! А это ещё за что? — пробормотал обиженный парень, получив в довершение тем же многострадальным половником по голове уже у самой бумажной двери.

— Чтобы следил за языком! — крикнула Анко, запуская ему вслед вилку. А потом обернулась, взяв со стола ещё одну и, подбросив её в руке, вопросительно посмотрела на Ранари, которая у плиты занималась варкой собы. — Какой необычный кунай, я таких не видела. Хотя, конечно, не функциональный.

Кухня тут же наполнилась звонким смехом.

— Это не кунай, это столовый прибор. Вместо палочек. Мне их отец привёз после одной какой-то важной миссии в качестве заграничного сувенира, — со смешком ответила Рохару, доставая из духовки большой металлический лист, от которого исходил насыщенный, но совершенно незнакомый своим сочетанием, но от этого не менее приятный, аромат: мёд, корица и, кажется, мускатный орех…

Какаши вопросительно поднял брови, глядя на тихо хихикающую в кулак Саюри — они спрятались за столом, молча собирая с пола пострадавшие в результате выходки Гая овощи, стараясь быть незаметными и, кажется, пока им это удавалось.

— Эх, а я уже хотела попросить себе такой, мало ли где пригодится…

— Ну да… он отдалённо напоминает кунаи Минато-сама.

— Точно! значит, всё-таки их можно использовать как оружие!

— Только не говори об этом Котецу, — засмеялась Рохару, — мне кажется, ещё одной встречи с вилкой он не переживёт.

— Я буду долго смеяться, если он окажется твоей «парой» на этот вечер, — подхватила Ранари, доставая из кастрюли последнюю партию собы.

— В каком это смысле?

— Позже всё узнаешь.

Под смешок Рохару Какаши снова вопросительно склонил голову, но Саюри, приложив палец к губам только улыбнулась, зажмурив глаза, давая понять, что сейчас он ответов не получит.

— Какаши, а ты ещё долго будет здесь сидеть, а?

— Кажется, нас раскрыли, — прошептал парень и со вздохом поднялся из-за стола.

— И что ты здесь делаешь? — окинула парня оценивающим взглядом Ранари и все девочки, как одна, скрестили руки на груди, не сводя с него взгляда.

— Ещё пару часов назад я здесь жил. Но теперь уже в этом не уверен.

— Будешь подслушивать чужие разговоры, точно выселим тебя в общагу! — с довольным лицом махнула шпажкой Анко, но тут же выронила её, встретив холодный оценивающий взгляд человека, который (пока ещё) считался хозяином этого дома.

— Во-первых, я посмотрю, как вы попытаетесь это сделать, — самоуверенно проговорил он, — а во-вторых, я не подслушивал.

— А что же ты делал под столом? — с любопытством вступила в разговор Куренай.

— Овощи собирал. Не хочу завтра отскребать это всё, когда оно засохнет и прилипнет.

— Какие овощи, Хатаке? — подала голос Ранари, то тут же замолчала, когда две ладони показались из-под стола и с громким стуком поставили на деревянную столешницу миску с овощным салатом. Правда, слегка помятым. Спустя мгновение показалась и сама Саюри, красная до корней волос.

— Даже знать не хочу, чем вы тут занимались, но Какаши, будь добр, иди к парням.

Саюри, казалось, покраснела ещё больше, если такое вообще было возможно, а Какаши, точно также скрестив руки на груди, упрямо мотнул головой:

— Нет. Я останусь здесь.

— Поближе к Саюри? — хмыкнула Ранари.

— Подальше от Гая, — фыркнул юноша в ответ.

— Ну-ну…

— Ну как хочешь, — Анко пожала плечами, хитро стрельнув взглядом в его сторону и повернулась спиной. Другие девушки вернулись к прерванным делам а Саюри, с лёгкой улыбкой бросив на него взгляд, взяла в ладонь большой нож и приступила к нарезке новой порции овощей, потому что предыдущие результаты её стараний были уничтожены. — Может тогда расскажешь про этого милашку Саето? Кажется, он твой подчинённый?

— Ты спрашиваешь лишнее, — фыркнул Какаши, вставая рядом с Саю, и, не глядя на неё, взял в руки луковицу, принялся снимать с неё шуршащую золотистую шелуху.

— А зачем ты его позвал? — не поднимая головы, проговорила Рохару и сложила в большую чашу последнюю горсть больших коричневатых печений, от которых снова потянуло насыщенным запахом пряностей. Какаши не удержался и глубоко вдохнул, прикрыв глаза, что не укрылось от зорких девичьих глаз.

— Нравится? Расскажешь про этого вашего Генму, дам тебе попробовать одну, пока не остыли, — засмеялась Ранари, махнув двумя длинными рыжими хвостами на голове, и украшавшие её резинки маленькие колокольчики радостно зазвенели.

— Я что, похож на человека, который продаст друзей за печеньки? — Какаши поднял на девушку хмурый взгляд, но вместо удивления в ответ получил лишь несколько смешков.

— А за поцелуй? — невозмутимо перебила та.

— Я не целуюсь с первой встречной, — фыркнул парень, но краем уха различил слева от себя тихий, едва слышный смешок — Саюри. И тут же ощутил, как начинает краснеть.

— А кто сказал, что я про себя? — Ранари откусила голову у маленького пряничного человечка и, пожевав пару мгновений, продолжила. — Рядом с тобой есть другой сладкий плод…

Какаши чуть не задохнулся в собственной маске, чувствуя, что его щёки мгновенно загорелись, и услышал, как, прекратив стучать по разделочной доске, нож с громким звяканьем упал на пол.

— Только не говори, что вы ещё ни разу не целовались, не поверю! Ты не похож на того, кто будет просто стоять и смотреть, когда перед ним уже начерчен план действий, — девушка продолжала прожигать его взглядом, не скрывая нахальную улыбку, а подруги с любопытством изучали готового провалиться сквозь землю от неловкости Какаши.

— Э… я… я не… мы… — ещё ни одна бытовая ситуация не казалась ему столь безвыходной. Ещё никогда сборище девчонок не пугало его так сильно, как сейчас.

Одно лёгкое, едва заметное прикосновение тёплых пальцев к его ладони, скрытое длинным рукавом её пижамы, чуть смазанное, словно пронёсшийся мимо поток воздуха, но он понял.

— Я… э… пожалуй… пойду… к парням…

— Печенье захвати! — со смехом крикнула Рохару, впихивая ему в ладони миску с пряниками, и вытолкала парня из кухни, с хлопком закрыв за ним дверь.

Только, оказавшись в другой комнате, Какаши утёр лоб ладонью и облегчённо выдохнул. И только сейчас понял, что его окружает полнейшая тишина, что, учитывая присутствие в доме Гая и Саето, уже само по себе было ненормальным. Он поднял взгляд и увидел, что, расположившиеся на полу парни неотрывно смотрят на него.

— Ну как? достал? — первым нарушил молчание Асума.

Какаши со вздохом прошёл к низкому столику и водрузил миску с печеньем, после чего сел рядом с Генмой.

— Знали бы вы, чего мне это стоило.

— И чего же, капитан? — хмыкнул Саето, тут же запуская ладонь в миску и доставая из неё маленькую сладость в форме сюрикена.

— Это из тех вещей, произошедших на миссиях, о которых никому ни при каких обстоятельствах не рассказывают.

— А за печеньку? -поддразнил его Котецу, и Какаши тут же взвыл, запрокинув голову под недоумённые взгляды товарищей, быстро сменившиеся смехом.

— Ну, я считаю, что Какаши со своей миссией справился, — довольно проговорил Изуто, откусывая макушку у имбирной ёлки. — Добыть у девчонок что-то с кухни до начала праздника — дорогого стоит.

— Колись, тебе их Саюри дала? — усмехнулся Асума, окидывая взглядом всё ещё красные щёки и уши хозяина дома.

— Нет… это…

— ЭТО ЭНЕРГИЯ ЮНОГО НОВОГО ГОДА! ТЕПЕРЬ МОЯ ОЧЕРЕДЬ! КАКАЯ МИССИЯ ВЫПАДЕТ МНЕ?

— Не ори ты так, девчонки ж не глухие, — прошипел Генма, бросив взгляд на двери в кухню.

— Думаю, они сейчас слишком увлечены, чтобы услышать, о чём мы тут говорим.

— Хм, чем? — усмехнулся Изуто.

— Перемывают мне кости… — устало выдохнул Какаши и тут же указал пальцем на засмеявшегося Генму, отчего тот едва не проглотил собственный сенбон. — Или тебе…

— А мне-то поче…

— Или Саето…

— Э-э-э что?..

— Вот в следующий раз сами пойдёте и узнаете, — Какаши скрестил руки на груди и кивнул, словно подтверждая свои слова.

— Так ладно, кто у нас ещё не играл?

— МОЙ ДУХ ЖАЖДЕТ ПРИКЛЮЧЕНИЙ И НЕВЕРОЯТНЫХ МИССИЙ!

— Ладно, задание для Гая…

Пустая бутылка из-под саке, непонятным образом оказавшаяся в пакете с продуктами навела парней на идею, которая, как думал Какаши, точно обернётся или грандиозным скандалом или разрушенным домом. Но всё оказалось гораздо сложнее. Пока стеклянный сосуд вращался, постепенно сбавляя скорость, ниндзя думал, как его вообще угораздило оказаться в эпицентре шумного сборища, но до того, как он нашёл ответ на вопрос, посуда остановилась, указывая горлышком на слово «пижама». Все вопросительно подняли головы на Изуто.

— Какаши, ты как только что выполнивший своё задание, выбери любую из наших девчонок.

Какаши задумался, а потом, прищурившись, проговорил:

— Ранари.

— Отлично! Итак, Гай, слушай свою миссию. Ты должен убедить Ранари, поменяться с тобой пижамами. На всю ночь.

Глаза всех парней, включая самого Гая, полезли на лоб.

— Э-э-э… а это вообще реально? — негромко спросил Котецу, поворачиваясь к Изуто.

— Кто знает. У нас ещё никому подобное не удавалось.

— И, надеюсь, не удастся, — мрачно изрёк Асума, вспоминая до неприличия короткие чёрные шорты Ранари, обрамлённые тонким белым кружевом, и точно такой же топ на тонких лямках и с весьма и весьма глубоким декольте. Представлять этот наряд на Гае очень не хотелось.

Какаши согласно кивнул. Лучше бы он выбрал Анко.

***

Комната была наполнена молчанием. Молодые шиноби Конохи, широко раскрыв глаза смотрели на гостей из Нагисы.

— То есть как по парам?

— Что значит, на весь вечер?

— Я БУДУ В ПАРЕ С МОИМ ДОРОГИМ ДРУГОМ И ВЕЧНЫМ СОПЕРНИКОМ — КАКАШИ! — раздался привычный пылающий энтузиазмом голос Гая. Все обернулись к нему и… покатились со смеху — кто упал на колени, кто схватился за живот, кто закрыл от стыда покрасневшее лицо ладонями: Гай и Ранари стояли в дверях. Девушка облокотилась плечом о дверной проём, скрестив руки на груди и хитро улыбалась. Зелёный костюм гая был ей совсем не по размеру: тонкая ткань была опасно натянута в области груди, того и гляди, вот-вот расползётся под её напором. Но если щёки Ранари лишь слегка порозовели, то Гай всём своим видом напоминал переспевший помидор. Тонкий шёлковый топ на тонких лямках свободно болтался на уровни груди, а чересчур короткие шорты Ранари прикрывали бёдра меньше, чем бинты в госпитале.

— Я… это… Это испытание духа!.. И тела!.. И я покажу, на что способен! — громко вещал парень, поджимая губы.

— Я в этом не участвую! — слишком эмоционально для его вечно спокойного характера возмутился Какаши, отходя на несколько шагов подальше от товарища и бросая неуверенный взгляд на Саюри.

— Не всё так просто, — засмеялась Рохару, — и ты, Какаши уже участвуешь, так что отвертеться не получится!

— Не помню, чтобы подписывался на подобное.

— Ты подписался, когда повесил на ёлку игрушку. Так вот, сейчас каждый находит то самое украшение, которое выбрал. Тот, у кого окажется такая же игрушка, будет вашей парой на весь вечер, а дальше как пойдёт.

— Все задания и игры пара выполняет вместе и обязательно заботится друг о друге, иначе к концу вечера вас ждёт штраф, — Продолжила за сестрой Саюри.

— И ещё кое-что, — добавил Изуто, указывая на что-то похожее на нить с мерцающими разными цветами лампочками. — Это не просто гирлянда. В ней запечатана очень тонкая техника, основанная на нестабильной чакре. И она реагирует на чувства и эмоции, особенно, когда они невысказанные. Так что, если здесь кто-то будет скрывать свои чувства, — парень многозначительно посмотрел на Какаши, а тот краем глаза заметил, как Саюри взволнованно сглотнула, — то она совершенно точно взорвётся.

— Ясно, — вздохнул хозяин, — ты собрался спалить мне дом.

— Не волнуйся, она ещё не активирована… пока…

— Как это не активирована? А зачем ты нам всё это рассказываешь?! — возмутилась Анко, тыкая в Изуто вилкой так, что тот попятился.

— Чтобы она не взорвалась прямо сейчас, когда мы будем искать свои «пары», — ответила за кузена Рохару.

— А то уже бывали случаи, — завершила Саюри. — Так. Кто моя пара сегодня? — девушка коснулась пальцем висевшей на ветке серебристой снежинки и тут же услышала довольное «Я»: Генма показался с другой стороны, вытаскивая запрятанную едва ли не у самого ствола точно такую же игрушку, и встал рядом с Саюри.

— Обещаю быть заботливым по отношению к своей паре! — растянул губы в хитрой улыбке парень, бросая хитрый взгляд в толпу. Асума услышал неподалёку от себя негромкий разочарованный вздох: Какаши.

— Теперь я! — радостно смеясь прокричала Анко, подпрыгивая к украшенному дереву. Все остальные затаили дыхание, молясь, чтобы такой «подарок» выпал не им.

Когда девушка повертела в руках украшенный алой летночкой кунай, Изуто со стоном указал на висевший на пару веток выше точно такой же кунай, только с синей лентой.

— Ну что, милый, пойдём, — усмехнулась девушка, закидывая парню из Нагисы руку на плечо, — давай взорвём это вечеринку!

Перебивая возмущения Изуто, Рохару указала пальцем на маленькую фигурку кицуне, блестевшую где-то наверху:

— И кто сегодня моя половинка? Найдись, мой тануки!

— Наверное, это я, — скромно пожала плечами Куренай, подходя ближе и показывая на такую же маленькую фигурку тануки.

— Ого, кажется, мне повезло с парой!

— А я всё Оши расскажу! — хихикнула Ранари.

— Он меня поймёт, — уверенно кивнула девушка и, взяв за руку Куренай, отбежала в сторону, уступая место следующим.

Какаши услышал где-то слева печальный вздох: Асума.

— ГОТОВЬСЯ, КАКАШИ! МЫ С ТОБОЙ СЕГОДНЯ РАЗБУДИМ ДУХ ЮНОСТИ НАСТОЯЩЕЙ МУЖСКОЙ ЗАБОТОЙ ДРУГ О ДРУГЕ!

— Гай, это так не работает, — Какаши закрыл лицо ладонью, пока Гай, пышущий своим неизменным энтузиазмом, пробирался к зелёному символу, не переставая одёргивать неприлично высоко задирающиеся шорты Ранари, заставляя девчонок смущённо прятать взгляды, а парней покатываться со смеху.

— Честное слово, это самое лучшее, что я видел в своей жизни! — хохотал Котецу, смахивая с глаз слезу.

— ИТАК, МОЙ БРАТ ПО ОРУЖИЮ, ДРУГ ПО ДУХУ И ВЕЧНЫЙ СОПЕРНИК, ИДИ ЖЕ СЮДА, ДАВАЙ ВСМЕСТЕ С ТОБОЙ ПОЗНАЕМ РАДОСТЬ ВСТРЕЧИ НОВОГО ГОДА!

— А можно я домой пойду? — безнадёжно пробормотал Какаши, но тут же вспомнил, что он уже дома, и закрыл лицо второй ладонью. Убрать руки его заставил общий смех и улюлюканье. Подняв взгляд, юноша едва не закричал: Гай радостно держал над головой полупрозрачную витиеватую сосульку, точно такую же, какую некоторое время назад повесил на дерево он сам. — Да быть не может… — прошептал он себе под нос, не в силах пошевелиться и чувствуя, как последняя надежда дожить до утра покидает его.

— Ну что, кто счастливчик? — самодовольно хмыкнул Генма, пока остальные друзья, ещё не нашедшие свою пару, обменивались взглядами.

Какаши поначалу пытался сделать вид, что он тут ни причём, но встретившись глазами с тёплым взглядом Саюри, которая едва заметно склонила голову в сторону, сделал один небольшой шаг, показавшийся ему настолько тяжёлым, словно его держала техника Теневого Подчинения клана Нара.

— ВИДИШЬ, ЭТО СУДЬБА, КАКАШИ! ОНА РЕШИЛА, ЧТО НАШ ДУХ БУДЕТ ОБЪЕДИНЁН НА ЭТОТ ВЕЧЕР!

— Я вижу, что судьба решила, что сегодня мне будет очень шумно, — вздохнул Какаши, окидывая взглядом своего партнёра, — и странно…

— Я ЗАЩИЩУ ТВОЁ СЕРДЦЕ ОТ ХОЛОДА В ЭТУ НОЧЬ!

— Да, я не сомневаюсь, — пробормотал Какаши себе под нос под очередной взрыв смеха, накидывая на товарища на автомате схваченный по дороге к ёлке плед.

— Теперь я! — хитро улыбнулась Ранари, — интересно, кто из вас станет моей парой?

Асума, Саето и Котецу переглянулись: чего ждать от этой рыжей бестии парни Конохи всё ещё не знали, но её лукавый взгляд не предвещал никому из них ничего хорошего.

Саето усмехнулся, выходя вперёд, когда Ранари качнула висящий на ветке красно-зелёный шар.

— И почему ты? — хмыкнула девушка, окидывая его оценивающим взглядом и скрещивая руки на груди.

— Тот же вопрос, — ухмыльнулся в ответ парень, подавая ей руку.

Ранари некоторое время ещё оценивала его, но, наконец, приняла приглашение.

Асума и Котецу переглянулись:

— Белая шишка?

— Белая шишка.

«Не так уж и плохо», подумал каждый из парней, пока все садились в небольшой кружок за столом. Как и полагалось хорошим партнёрам, каждый заботился о своей «половинке», как мог. Гай во всеуслышание не переставал подбадривать Какаши, из-за чего тот постоянно давился едой или чаем, Саето же, неожиданно для своего командира, оказался весьма галантным кавалером, подавая Ранари чашку, миску с едой, которая стояла далеко от неё, или временами взбивая подушку, на которой девушка сидела. Генма тоже подал Саюри подушку, на что получил благодарный взгляд и тёплую улыбку, а затем снова перевёл хитрый взгляд на Какаши, который в эту самую минуту почувствовал укол ревности.

«Ревнуешь? Правильно. Тебе полезно. Может смелее будешь» — хмыкнул парень своим мыслям и, вытащив изо рта сенбон, наклонился, что-то шепча Саюри на ухо. Девушка негромко засмеялась, кивнув, а Какаши, не выдержав, отвернулся и тут же почувствовал, что задыхается, угодив в железные объятия своей пары.

К концу ужина Куренай сидела за столом с красиво заплетённой набок косой, а пшеничные волосы Рохару вились волнами, подобно морскому прибою, и девушки смеясь, о чём-то секретничали. Все пришли к единому мнению, что они самая спокойная и тихая пара в этом доме. Котецу постоянно что-то говорил на ухо Асуме, тыкая в список, а Асума, когда уставал его слушать, предлагал расслабиться и закурить, на что получал новую порцию наставлений уже о вреде курения. Изуто пытался спрятать свою тарелку куда подальше, потому что неожиданно для всех, вместо попыток что-то взорвать, Анко, не переставая, подкладывала ему в тарелку сладости.

— Она определённо решила его откормить, — хихикнула Саюри, наклонившись к Генме.

— Точно, у Анко всегда всё просчитано наперёд.

— Не увлекайтесь, сейчас будем играть, — засмеялась Ранари. Они с Саето выглядели так, словно задумали какую-то пакость. По крайней мере именно с таким выражением лица парень всегда планировал диверсии.

— МЫ ПЕРВЫЕ!

— Подожди, гай! Ты же не знаешь даже, что они задумали!

— Настоящий мужчина не боится испытаний, Какаши! Я защищу тебя!

Какаши снова закрыл лицо ладонью, стыдясь поднять взгляд, он чувствовал, что Саюри смотрит на него. Не хватало ещё выставить себя перед ней слабаком и трусом. Но Гай…

— Отлично! Поехали! — хлопнула в ладоши Ранари, пока Саето делал на полу странные разноцветные печати, изображавшие кружочки в несколько рядов.

— Мне уже страшно, — Генма косо посмотрел на свою напарницу, но та лишь недоумённо пожала плечами.

Куренай и Рохару сделали то же самое.

— Ну что, Гай, вы первые?

— ДА! — сияя, закричал Гай.

— НЕТ! — запротестовал Какаши.

— Куда один, туда и второй, капитан, — поддразнил его Саето.

— Тогда хватай свою пару и вперёд.

— Как прикажете, — усмехнулся парень и окинул окружающих взглядом. — Кто ещё к нам присоединится?

Тишина.

— Саюри-сан, Генма-кун, давайте-ка вы.

— Давайте нет, — пробормотал Генма, жуя сенбон, но, увидев облегчение во взгляде Какаши, тут же вытащил оружие изо рта. — Впрочем, я согласен, — перевёл взгляд на Саюри, которая, помешкав, кивнула.

То, что происходило дальше, шесть человек клялись забыть и никогда не вспоминать. Оставшиеся шестеро же — наоборот, обещали сделать всё, чтобы не дать им забыть об этом.

— Правая нога на красное! Левая рука на зелёное! Левая нога на синее!

— Гай-сан, уйди, пожалуйста! — возмущённо завизжала Ранари, отворачивая нос от опасно обнаживших мальчишеское бедро её же собственных шорт.

— Не могу, у меня там… Саюри-сан…

— Левая нога на жёлтое!

— Ну наконец-то, проворчал Какаши, осторожно пролезая ладонью в свободное пространство и выдыхая. Ненадолго.

Саето, заскользивший ногой в сторону синего кружочка, случайно толкнул Гая и тот покачнулся с громким криком, но едва удержался: недаром цветные кружки были печатями — они не позволяли участниками передвигать конечности до своего хода или выходить за пределы. Так что выбор был невелик: или падать, или ломать руки-ноги. Не хотелось ни того, ни другого, поэтому все держались до последнего. Пока Ранари, чуть ли не сидевшая на коленях своего партнёра не прокричала Саюри прямо в ухо:

— Не прекратишь ржать, я тебя за нос укушу!

— А мне-то за что? — обиженно крикнула Саюри, чувствуя, как ноги трясутся от перенапряжения в неудобной позе.

— Да я не тебе… а этому… — фыркнула рыжая, бросив хмурый взгляд на ещё больше расплывшегося в улыбке Саето.

— А может не за нос, а?

— Тебе не понравится, — с хитрым оскалом пропела девушка, пока остальные четверо краснели.

— Локоть на зелёное!

— Асума, я убью тебя! — крикнул Генма, кое-как пролезая к самому дальнему зелёному кружочку. И случайно толкнул Какаши. Тот со всего маху полетел вперёд и ткнулся носом в пышную грудь куноичи. Увы, совсем не той, на которую бросал взгляды весь вечер. Не той, из-за которой вообще согласился на весь этот хаос в его же собственном доме.

— П… п-прости… — выдавил парень, заливаясь краской до корней волос и крепко зажмурившись, но в той позе, в которой он находился, пошевелиться и даже отвернуться никак не мог. Дышать едва получалось, и это уже было хорошо.

— Хей, капитан, это моя пара, может вы к своей пристроитесь, а? — крикнул ему подчинённый, тут же получив злобный взгляд.

— Саето, если ты сейчас же не заткнёшься, то на следующей же миссии будет стоять в дозоре двое суток!

Дружный смех оглушил очередной волной, а пытающаяся вывернуться Ранари перекинула ногу над спиной Саюри, которая с криком «Осторожнее, Ран-чан!» не выдержала и рухнула. Прямо на Какаши. Тот от неожиданности, только успев свободно вдохнуть, оказался придавленным к полу. Следом, как башня, посыпались все остальные. В криках, смешавшихся с безудержным хохотом, Какаши, осторожно обнимая Саюри за талию, едва услышал её голос:

— Прости… за это… я не хотела…

— Я знаю… Пожалуй, это единственное, что мне понравилось во всём этом хаосе… Ты в порядке?

— Ага…

— Тогда… Давай сбежим.

Бросив быстрые взгляды вокруг, пока друзья старались выбраться из клубка запутавшихся тел, а остальные покатывались со смеху и даже не пытались помочь товарищам, парень и девушка, незаметно выскользнув из комнаты, выбежали на улицу.

— А я просто хотел тихий Новый год… — посетовал Какаши, накидывая на плечи Саюри тёплый мягкий плед.

— Ты хотел… но судьба выбрала цирк, — хихикнула девушка, укутываясь потеплее.

— Ещё какой, — усмехнулся парень, и несмело коснулся тыльной стороны её ладони кончиками пальцев. И тут же послышались шаги двух пар ног. Бросив быстрый взгляд, Какаши, которому надоело играть в своём доме по чужим правилам, схватил Саюри в охапку и прижал её к стене за углом дома, спрятавшись в тени. На энгаве тут же показались ещё два человека. Какаши и Саюри молча переглянулись и с любопытством выглянули из-за угла, оставаясь незамеченными.

— Видел их? — раздался звонкий девичий голос.

— Неа.

— Давай разделимся, ты — налево, а я — направо.

— Подожди, — парень легко поймал девушку за запястье, заставив остановиться, и развернул к себе лицом.

— Если они решили спрятаться, — а я в этом уверен, — то мы их уже точно не найдём. Так может и не стоит пытаться?

— Намекаешь, что нам стоит оставить их наедине?

— Они явно ждали этого весь вечер. Впервые вижу, чтобы капитан так плохо подавлял эмоции. Твоя подружка сильно на него влияет.

Ранари ухмыльнулась.

— А что ты? Ты не похож на человека, который держит эмоции при себе.

— Ну я же не на службе, — хмыкнул Саето, — многим это не нравится, но как-то старшие сказали, что не каждый может разделять в себе воина и человека. И настоятельно советовали мне это не терять.

— Тогда вернёмся? У нас есть ещё три пары, которые буквально ждут, когда над ними поиздеваются.

— Там Генма взял бразды правления, а этот парень тот ещё демон, просто скрывает это.

— А с виду такой спокойный.

— Только с виду. Думаю, он из-за Саюри-сан держался. Но раз Хатаке увёл у него партнёршу, он может оторваться по-полной.

— Тогда что мы будем делать?

— Давай прогуляемся.

— Это не обязательно.

— Нет. Но я хочу.

— Зачем?

— А вдруг это судьба?

Ранари хмыкнула и, взяв протянутую ей руку, последовала за Саето вглубь сада.

— Во дают, — хмыкнул Какаши, отступая от Саюри на пару шагов и провожая товарища взглядом.

— Необычное сочетание: девушка из Прибоя и парень из АНБУ Листа.

— А мы тогда кто? — он со смешком во взгляде посмотрел на неё и, взяв за руку, повёл в противоположную сторону сада.

***

Какаши и Саюри сидели в беседке в глубине сада, вдали от шума, запрокинув головы и держась за руки.

— А знаешь, — хмыкнул парень, устремляя взгляд в ночное звёздное небо, осыпающее их множеством полупрозрачных искрящихся снежинок, — это далеко не самый худший Новый год в моей жизни.

Саюри ничего не ответила. Только улыбнулась, подсела ближе и положила голову ему на плечо, закрыв глаза.